Страница 86 из 103
– Ты сдашься, – прохрипел мучитель, вгоняя член снова и снова, глубже и глубже, заставляя её безвольное, опьянённое низменным желанием тело выгибаться навстречу. – Настанет день, и ты сама будешь умолять меня, чтобы я взял тебя. Забудешь о стыде и гордости, станешь моей игрушкой по-настоящему. Будешь скулить и тереться об меня, забыв обо всём, охваченная лишь похотью. Так будет, Ирис. И чем сильнее ты сопротивляешься, тем сильнее я буду мучить тебя тогда.
Она, одурев от волны похоти, обхватила его бёдра ногами, вжимаясь, помогая ему войти глубже, ещё глубже. Стонала и плакала, действительно забыв обо всём. Желание и ненависть сплелись в тугой узел, разгорелись, выжигая всё внутри.
Вдруг Ширан замер. Ирис поёрзала. Мучительный спазм скрутил тело.
– Пожалуйста, – захныкала она, насаживаясь на его член, целуя шею и плечи мучителя.
Внутри всё жаждало разрядки, изнывая от сумасшедшего напряжения.
– Пожалуйста что?
Она молча начала сама пытаться получить удовлетворение, необходимое сейчас как воздух. Ширан резко вышел и приподнялся.
– Пожалуйста что? – повторил, взяв её за шею и сжав. – Скажи, Ирис, чего ты хочешь.
Она бессильно заплакала. Заелозила по постели.
– Скажи.
– Войди в меня, – сломалась Ирис. – Возьми меня и…
Он послушался. Забросил её ноги себе на плечи, руками приподняв таз. Вошёл рывком, и девушка захлебнулась от ощущения наполненности. Мир тотчас взорвался и рассыпался. Ирис забилась в его руках, задыхаясь от спазмов наслаждения. Почувствовала, что и он взорвался.
Ширан наклонился и поцеловал её в распухшие солёные губы. Лёг рядом. Дождался, когда пройдут судороги её оргазма.
– Ирис, – позвал тихо.
Она посмотрела на него. Он осторожно погладил её щёку.
– Я обещал твоему отцу никогда не жениться на тебе, – сообщил мягко. – И сдержу моё слово. Но и тебя никуда не отпущу и никому не отдам. Запомни это. Чем быстрее ты привыкнешь к своему положению, тем тебе самой же станет легче. Ты – не принцесса. Не женщина. Ты – вещь, игрушка. Запомни, наконец, это и прими. И да, Эстэль станет моей женой. Ты не должна так себя вести по отношению к моей жене. Ты плохо себя вела, Ирис. Невоспитанных сук наказывают плетью. Ты пойдёшь и попросишь прощения у Эстэль.
Ирис смотрела него воспалёнными сухими глазами.
– Ты – чудовище, – просипела она.
– Я – полудемон, – он взъерошил её волосы. – Ты услышала, что я тебе сказал?
Ирис закрыла глаза. Пожар отполыхал, оставив от её души лишь пепел.
– Я вас обоих убью. И тебя, и её, – сказала слабым голосом, устало, сломлено, но Ширан вздрогнул.
Наклонился, поцеловал снова, а затем спрыгнул с кровати.
– Отдыхай, – разрешил бесстрастно. – Извинишься завтра. Я пришлю Аарху, чтобы она помогла тебе привести себя в порядок. Завтра мы празднуем победу над Перехом. Будет бал, на котором я объявлю помолвку с Эстэль. Хочу, чтобы ты тоже была. И чтобы ты была самой красивой и милой из девушек.
– Я не буду. Я никуда не пойду.
Ширан мягко усмехнулся. Быстро оделся.
– Будешь, Ирис. И будешь танцевать и улыбаться. Как же мне надоела твоя глупая строптивость!
– Не буду. И ты меня не заставишь.
Он подошёл, присел, подвернув ногу на постель. Снова провёл пальцем по её щеке. Коснулся губ. Ирис отдёрнулась.
– Если ты не выполнишь мой приказ, – шепнул герцог нежно, – то после бала я повешу Дайна на воротах. Но мы же не хотим этого? Да, Ирис?
Она задохнулась и уставилась на него.
– Это подло даже для тебя…
Ширан добродушно хмыкнул:
– В языке демонов нет слова «подлость». Просто будь послушной девочкой, и всё у тебя будет хорошо. Подумай над моими словами.
Ирис проводила его взглядом, дождалась, когда дверь за герцогом закроется, и резко села. Тело откликнулось болью.
На столе лежала газета. Принцесса заставила себя подойти – каждый шаг отзывался болью. Изляпанный буквами лист казался ей сейчас глотком свободы, глотком той, нормальной жизни, в существовании которой Ирис уже начала сомневаться. Пробежалась по печатным буквам. Пролистнула страницы. На развороте красовалось объявление о предстоящем празднике. О победе над несчастным мальчишкой Перехом и гибели второго герцога Юга. О помолвке Ширана с Эстэль. О бале.
«Этот праздник своим присутствием почтут знатнейшие люди королевства, – вещал репортёр Спелого Персика. – Как говорят, будет даже сама чудом выжившая принцесса Ирис, ныне находящаяся под покровительством Его Светлости…». Газета выпала из ослабевших рук.
Ирис упала на колени, ткнулась в них лицом.
Вот для чего эти платья! И вот для чего её присутствие на балу! Это ловушка для Эйва. А она, Ирис – лишь приманка.
– Эйв, – прошептала, плача, – Эйв, пожалуйста, не приходи…
***
Елисель сразу догадалась, что что-то не в порядке. Едва зашла и увидела Эйва, лежащего на кое-как починенном диване, закинув ноги на его спинку. Лицо его было красным, губы стиснуты. На сколоченном столе валялась газета. Девушка молча подошла, заглянула, пробежала текст глазами.
– Это ловушка, – заметила негромко.
Эйв перевёл на неё лихорадочно блестящий глаз.
– Нет, – прохрипел, откашлялся и ровно, без эмоций договорил: – Это приглашение, Лися. Не явиться было бы невежливо.
Она закусила губу, села на стол и посмотрела на него.
– Смотри, что я принесла, – протянула завязанный платочек.
Эйв рывком переместился в вертикаль, забрал подарок, развязал батист и хмыкнул. У него в ладони стеклянно переливался искусственный глаз. Синий, с жёлтым ободком вокруг зрачка.
– Когда успела заказать?
– Сразу, когда папа только сказал, что второй глаз, возможно, удастся спасти.
– Это очень дорого.
Елисель передёрнула плечами. Эйв притянул девушку к себе и поцеловал в висок:
– Спасибо.
– Когда Ширан будет тебя убивать, попроси его вернуть мне глаз. Может, удастся продать, – проворчала Елисель и встала.
Свистнула Нойсе, и обе вышли.