Страница 32 из 103
– Ну а как же. Ты думаешь, я бы любого мужика, валяющегося под помойными баками у чёрного входа, потащила домой? Тем более, морячка, который накануне активно на чай напрашивался и вениками пытался меня подкупить! Не знай я, что ты – приятель Астора, да ни в жизнь! Так что, когда поправишься, можешь ему… как это вы говорите…
проставиться
…
Эйв схватил её за руку.
– Ты чего?! – она отдёрнулась испуганно.
– Астор жив?
– А что с ним будет-то? Он же не военный. Эй, отпусти. Ты мне синяки оставишь. Не то чтобы я очень синяков боялась, но предпочитаю получать их самостоятельно. И вообще, лежи смирно.
Он разжал пальцы и закрыл глаза. Глаз. Закрылся ли второй – Эйв не знал.
Всё сложилось, все пазы соединились, и картина обрелась. Стало очевидно: Елисель не догадывается, что Астор – принц. Видимо, брат предпочёл частичное инкогнито. Назвал имя, но не титул. Девчонка ещё не в курсе, что её… её кто? в общем, что Аст погиб. И не знает, что Эйв – его брат и наследник престола… Теперь уже даже больше, чем просто наследник.
Морячок…
Отсюда и её смелость, и фамильярность, и… Эйв почувствовал одновременно и облегчение, и разочарование. Не будь тупой боли, он бы, пожалуй, даже рассмеялся. И что теперь? Назваться? Заманчиво. Как изменит Елисель отношение к нему, узнав кто перед ней? Но… рискованно. Не продаст ли девица его Ширану? А в том, что Старик ищет сына убитого им короля, сомневаться не приходилось. Странно было, что до сих пор не нашёл.
Эйв вздрогнул, когда губка коснулась его бёдер. Судя по всему, трусы наследнику всё же оставили. И, кажется, только их. Вдохнул глубоко и выдохнул медленно-медленно.
– Как вы познакомились? – уточнил глухо.
– Кто?
– Ты с Астором.
Эйв решил, что имеет право перейти на «ты», раз девушка уже сделала этот шаг.
– А, ну я просто на другом факультете учусь, – отмахнулась Елисель равнодушно и перешла на его ступни, тщательно протирая каждый пальчик. – И на другом курсе. В библиотеке пересеклись, делов-то. Аст помог мне найти книгу про треклятую битву с упырями на Призрачных болотах. Ненавижу историю. Все эти бесконечные битвы. Герои там всякие, короли…
– … прекрасные принцы, – нашёл в себе силы пошутить принц.
Ему не было смешно, но удержаться от сарказма Эйв не мог ни при каких обстоятельствах.
– Ага. Принцессы, принцы, что б их! И у каждого ещё по десять детей, а тебе запоминай, кто куда и когда. Брр. Другое дело – физика.
– Три теории воздушных потоков?
– Да, – она мечтательно вздохнула, набросила на него одеяло, заботливо укутала. – Вот ты знаешь, морячок, кто такой Пай Шар Эль?
– Нет.
Елисель снова села рядом, и снова её коленка уткнулась в его тело. На этот раз, в плечо. Пальцы коснулись волос. Судя по ощущениям, коротко постриженных. Совсем кротко. Ну, не обрили и на том спасибо. На затылок лёг бинт.
– Зато точно знаешь, кто такой Кальдер Первый, убийца Забытых королей, верно? Памятниками ему весь город утыкан! А между тем именно Пай Шар Эль первый высказал предположение, что, если наполнить газом баллон – он называл его сосудом – то можно оторваться от земли.
Она принялась снова бинтовать раненному голову.
– Понимаешь, человек мечтал о полёте в небо. Оторваться от земли и взлететь. Как драконы, прикинь? Вот оно, настоящее. А не все эти рубки друг друга на мясо и удобрение земли. А знаешь, как он погиб?
– Какой-нибудь злобный король казнил?
– Не удивилась бы. Нет. Пай сделал воздушную машину. Рассчитал, начертил чертёж, зарисовал, оставив потомкам и расчёты, и чертежи. Разбежался и прыгнул с горы. И разбился: ошибся в расчётах. Это было триста лет назад, морячок. Триста! А учёные мужи до сих пор не могут найти роковую ошибку. До сих пор никто не знает, в чём Пай Шар Эль был неправ.
Она говорила так воодушевлённо, с такой страстью, что Эйв поневоле заслушался. «Кажется, я понимаю, почему Астор скрыл от неё, кто он». И усмехнулся. Нет, скажите: девица, которая терпеть не может принцев! Живой оксюморон.
– А я найду, – заявила Елисель и закрепила повязку. Снова приподняла его голову, убрала валик и осторожно уложила на подушку.
И хотя всё, решительно всё не располагало к юмору, принц снова не удержался:
– А вот эта вонь – тоже попытка построить летающую машину?
– Это попытка сделать искусственный каучук, – буркнула девушка.
– Зачем, если есть натуральный?
– Зачем селёдка, если есть лосось? – ехидно передразнила девушка. – Всё. Не люблю общаться с тупыми собеседниками. Пока ты молчал, выглядел умнее. Давай-ка, выпей снотворное.
Эйв скривил губы:
– Убери. Не стану. Не старик и не ребёнок.
– Во-первых, боль тебе не даст спать, а снотворное обезболит. Иначе ты будешь орать и ругаться всю ночь. И на стены лезть. Во-вторых, мне в моей спальне посторонние неспящие мужики не нужны. Давай-давай, пей. А то к Нойсе отправлю.
Принц подумал, что, возможно, спать у неизвестной ему Нойсы куда приятнее, чем у известной Елисель, но покорился и выпил вино из чашки, поднесённой к его губам.
– Ну вот и славно, – порадовалась Елисель, вставая. – Поживёшь здесь до Благодарного дня.
– А сейчас какой?
– День Мольбы. Ты у нас находишься чуть меньше двух суток. Ещё четыре дня.
Голова закружилась. Боль действительно начала смягчаться, и сознание заволакивала приятная, тёплая темнота. Но Эйв усилием воли заставил себя разлепить губы:
– А потом?
Голос Елисель донёсся откуда-то издалека:
– В Благодарный день мы обычно встречаемся с Астором. Передам тебя с рук на руки твоему другу. Я так понимаю, ты чужак в Персике, раз не спрашивал и не волновался о своей собственной семье. И раз твоя семья до сих пор тебя не ищет.
***
Ночью разразилась гроза, ломая небо на куски, вычерчивая яркими вспышками черноту спящего города. Почти сразу хлынул ливень, побежал по мостовым, растворяя пятна крови и унося их прочь. Залаяли собаки, проснулись и заплакали дети: уж очень грохот грома напомнил жителям звуки канонады.