Темное королевство

— Это мое предположение. Татуировки ирландской мафии, которые они не заработали... русские татуировки, которые они получили на спор... и, судя по дерьмовому качеству, в тюрьме. И не от русского, между прочим. Орфография искажена. Что означает, что они и не русские.

Внутри меня вспыхивают гнев и раздражение. Я очень, очень не хотел, чтобы это был гребаный тупик.

— Подождите. Подождите.

Кристофф нахмурился.

— Что за...

Его брови нахмурились еще больше, когда он увеличил изображение другой татуировки на груди мужчины — строчки странных надписей.

— Я тоже видел эту, — ворчит Ноэль. — Но на русскую она не похожа.

Что-то темное мелькает на лице Кристоффа.

— Это не русский. Это что-то французское, зачеркнутое. — Он хмурится. — Вообще-то, вырезанное. Смотри.

Он еще больше увеличивает чернила, и моя бровь выгибается дугой.

— Пошел я, — бормочу я.

Он прав. Присмотревшись, я могу прочитать обрывки французского: Ho

— Это девиз французского альянса, — бормочет Томас.

Кристофф кивает.

— И когда он так вырезан, это означает, что их выгнали при плохих обстоятельствах.

Ноэль хмурится.

— Так что, наемник?

— Я бы на это поставил, — бормочет Кристофф.

Что-то мелькает в моей голове — что-то, что выскочило на поверхность после того, как Магдалена только что пересказала свою историю о мусоровозе, лимузине и водителе с пистолетом.

— Кстати, о наемниках... — Я поднимаю взгляд на Кристоффа. — Ты когда-нибудь слышал об организации под названием Синдикат призраков?

Он хорош. Очень хорош. Он оступился всего на одну восьмую секунды. Но это все, что требуется: один маленький взгляд на долю секунды в темноту, которая скрывается за глазами моего русского друга.

— Нет.

Вот так просто он отмахивается от него.

— Никогда об этом не слышал.

Любопытно. Но я отношу это в раздел: вещи, о которых никогда больше не стоит вспоминать.

Потому что у Кристоффа, как и у всех нас, я уверен, есть секреты, которыми он явно не собирается делиться. Никогда.

Поэтому я никогда не буду спрашивать.

Позже, когда я провожаю Ноэля, Томаса и Кристоффа и благодарю их за помощь, я снова обращаюсь к Кейду.

Я стиснул челюсть.

Что-то не давало мне покоя. Угроза, о которой я знал уже много лет, но всегда держался на расстоянии, потому что не был заинтересован в борьбе с ней.

Но совпадения начинают накапливаться, как и трупы. И кости домино начинают выглядеть слишком аккуратно и искусно расставленными.

— Мне нужно, чтобы ты нашел кое-кого, — тихо говорю я.

Кейд кивает, и я улавливаю голодный, жаждущий блеск в его глазах, который всегда появляется у него при обещании погони или охоты.

— Имя есть?

— Да, есть. — Мои глаза сужаются. — Джон Фланнери. Я бы начал с Аскота.

— Я займусь этим.

— Спасибо.

— Мертвым? Или...

Я покачал головой.

— О, нет. Очень даже живым. Мне нужно, чтобы он мог говорить, Кейд.

Потому что у меня есть несколько вопросов. И если он ответит на них так, как я думаю, то у меня будут все необходимые для войны боеприпасы.