Темное королевство

ГЛАВА 6

6

Я тепло улыбаюсь и благодарю продавца продуктового магазина, когда она возвращает мне кредитную карту. Подняв четыре пакета со свежими продуктами, макаронами ручной работы и другими товарами, я выхожу из маленького рынка и направляюсь обратно в ночь.

В роскошном номере, в котором я сейчас живу, есть полноценная кухня, которая может соперничать с тем, что показывают в большинстве кулинарных шоу. И все же, Адель, Далия и я уже несколько недель живем за счет обслуживания номеров и доставки еды.

Я умираю от желания поесть домашней еды. К тому же, Далия не может жить на макаронах с сыром, которые подают в номер.

Ну, это не совсем так. Она, конечно, могла бы, если бы мы с Адель позволили ей. Но нет. Даже если мне придется готовить самой, она будет есть то, что приготовил кто-то из ее знакомых.

Пока я иду обратно в Dorchester, прохладный ветер проникает в горловину моего пиджака. Словно холодные пальцы пробегают по позвоночнику, я дрожу и ускоряю шаг, чтобы дойти до отеля в трех кварталах отсюда.

На мгновение я клянусь, что слышу шаги позади себя. Я даже оборачиваюсь, закатывая глаза от собственной паранойи, но ничего не происходит. Но так было уже несколько дней, с тех пор как я пошла к Альфи Кейну.

Я знала, что поход к Альфи вызовет проблемы. Я знала, что это вызовет волнения. И я почти шокирована тем, что эти волнения еще не докатились до того места, где я живу, и не привлекли внимание кого-то конкретного.

Я провела исследование. Я знаю, что Альфи и Адриан в некотором роде друзья или, по крайней мере, не враги. Я знаю, что у семьи Кросс и Альфи Кейна есть взаимопонимание в разных частях города, где они ведут совместный бизнес и не мешают друг другу. Я слышала историю о том, как Альфи когда-то работал на дядю Адриана, Джонатана, но когда он начал самостоятельную практику, он ушел без проблем. Теперь эти две организации мирно сотрудничают в городе.

Но я надеялась, что подняв шум и вызвав волнения, я хотя бы получу защиту. Вместо этого я получила удар, когда Альфи Кейн улыбнулся, покачал головой и вежливо, но твердо послал меня прочь без сделки, на которую я надеялась.

Теперь я нервничаю, как кошка, ожидая, когда меня снова ударят. Последние несколько дней я оглядывалась через плечо и подпрыгивала при малейшем шаге позади меня, гадая, когда же Адриан узнает о том, что я делаю, и придет за мной.

Я знаю, какой импульсивный характер у Адриана. И я прекрасно понимаю, что даже человека, которого он считает другом, как Альфи, он воспринимает как соперника. Мирные договоры и даже дружба ни на секунду не означают, что Адриан не сочтет мое обращение к сопернику за деловым соглашением как акт войны.

Даже если Адриан сам передал это деловое соглашение чисто из злобы и, очевидно, ненависти ко мне, мое обращение за ним в другое место обязательно вызовет проблемы.

И все же, пока все хорошо.

Я сворачиваю за угол в квартале от Dorchester, как вдруг передо мной из темноты переулка появляется фигура.

Я резко вскрикиваю, когда он хватает меня за лацканы пальто, и пакеты с продуктами падают к моим ногам. Затем холодный, голый страх охватывает меня, когда он прижимает меня спиной к кирпичной стене в тени.

Мое сердце бешено бьется в груди, прежде чем мои глаза внезапно фокусируются на мужчине, нависшем надо мной — его штормовые голубые глаза сверкают, а смертоносный край его челюсти скрежещет, когда он смотрит на меня.

Адриан.

— Какого черта ты делаешь, Селеста? — мрачно шепчет он.

Я сглотнула, и вызывающе выпятила челюсть, глядя прямо на него.

Я отказываюсь показывать страх. Я отказываюсь уступать его магнетической красоте в его смертоносных темных чарах.

— Покупаю продукты, — огрызаюсь я. — Это проблема?

Его губы опасно искривляются.

— Покинь этот гребаный город.

— Насколько я помню, это свободная страна. Или ты забыл?

— Нет, я помню это совершенно отчетливо, что и доказал на днях, когда понял, что могу свободно сказать тебе, чтобы ты свалила. И что я не буду помогать тебе выбираться из того дерьма, в которое ты вляпалась.

Я вздрогнула от его холодности. От его жестокости. От слов, от которых я должна была бы отмахнуться в этот момент, но которые все еще ранят меня, как лезвие. Но я сосредотачиваюсь и сдерживаю себя, вызывающе поднимая подбородок.

— Что ж, отлично. Могу я теперь уйти?

Его хватка на лацкане моего пиджака дает мне единственный ответ, который мне нужен.

— Альфи. Кейн, — рычит он. — О чем ты думала, Селеста?

Я дрожу. Черт, ненавижу иногда быть правой. И особенно я ненавижу то, что я была права в этом. Но опять же, у меня нет вариантов, и мне некуда идти. Поэтому все, что я делаю, это пожимаю плечами.

— Ты воспользовался своей свободой выбора, чтобы не помогать мне. Я воспользовалась своей, чтобы найти помощь в другом месте.

Я мило улыбаюсь.

— Вообще-то, я полагаю, это был твой собственный о-очень красноречивый прощальный выстрел, Адриан. Пойди и найди это другом гребаном месте, я полагаю, так ты это сформулировал. Ну, я так и сделала.

— Я так не думаю.

Мои губы сжались, когда он жестоко улыбнулся мне.

— Держись, блять, подальше от Альфи.

— Почему?

— Я серьезно. Я больше не буду повторять.

— Почему?

— Не испытывай меня, Селеста.

Я холодно усмехаюсь над ним.

— В чем дело, Адриан? Это потому, что он мужчина?

Он пристально смотрит на меня, но ничего не говорит.

— Или это потому, что он привлекательный мужчина?

Я физически вздрагиваю от того, как грозовые тучи взрываются, словно темный гнев, за его глазами, и от того, как его челюсть сжимается так сильно, что вены выступают на шее.

— Ты уже закончила с этими своими детскими придирками, пытаясь так меня расстроить?

Я снова мило улыбаюсь, подталкивая его.

— А почему мои слова о привлекательном мужчине должны тебя расстраивать, Адриан?

Я играю с гребаным огнем, и я вижу это в его глазах.

— Не играйся со мной, я предупреждаю тебя.

Я густо сглатываю. Но на этот раз мне удается сбросить его руки и оттолкнуть его на полшага назад.

— Мне интересно, считаешь ли ты, что пугать женщин ночью в темноте и приставать к ним...

— Ты боишься, Селеста? — пробормотал он, нависая надо мной.

Да.

— Нет, — огрызаюсь я.

— Ну, тогда некоторые вещи определенно изменились.

— Что? Я никогда не боялась...

— Не это. Я имею в виду, что четыре года назад ты была довольно хорошей лгуньей.