Страница 86 из 128
– Бессития не плаксива, – как бы между прочим заметил Ярнис. – Ей всего четырнадцать, но моя сестра умеет скакать на коне, танцевать, у неё отличное чувство юмора и…
– И ей всего лишь четырнадцать лет, – фыркнул Валир. – Совсем девчонка. Ваше Величество, вы точно хотите жениться на плаксивой малолетке и вытирать её сопли?
– Я попрошу! – Ярнис схватился за эфес сабли, но вынимать в присутствии короля не стал.
– Я не о вашей сестре, а вообще… Четырнадцать лет это… Ну ребёнок же. Прыщи, слёзы без причины, долговязая фигура…
– Герцог, вы забываетесь!
– Не хочу, – сморщил носик Дайн. – Не хочу жениться на малолетке.
– Моя дочь… – открыл было рот Урваз, второй герцог Востока, но на него накинулись разом:
– Помилуйте, она перестарок! Двадцать семь!
– Не первой свежести…
– Вряд ли ещё способна продолжить династию Его Величества!
Валир положил руку на плечо подгерцога:
– Друг мой, меня до крайности заботит судьба Эспин, и я обещаю, что не пройдёт и года, как мы непременно найдём ей мужа, подходящего ей по статусу.
Хэлтор Багряноликий молчал: у него все дочери и сёстры уже были замужем. Возможно, прямо в этот момент второй герцог Запада о сожалел о собственной поспешности. Как знать: на его лице сложно было различать эмоции.
– Ну хорошо, – рассердился Дайн. – Эта молода, а эта стара, и тогда на ком мне прикажете жениться?
– Позволите вам показать кое-что, государь? – спросил Валир мягко.
– Валяйте.
Дайн знал, что король не должен отвечать герцогу подобными словами, но он злился. Почему вопрос с женой нельзя было решить заранее и без него? Он уже час или, может, полчаса, но долго сидит на королевском совете и просто ужасно устал.
Валир вышел в коридор. Очень быстро вернулся, а за ним двое слуг несли картину, закрытую шёлковой пеленой.
– Совершенно случайно у вас в Китовом дворце оказался нужный портрет? – тонко усмехнулся Хэлтор.
– Вы представляете, именно так, – с улыбкой развёл руками Восточный герцог, обернулся и скинул пелену. – Посмотрите, Ваше Величество, какая красавица! Какая грация! Сами боги будут завидовать её мужу.
Дайн посмотрел. Девушка как девушка: светлые кудряшки, голубые глаза. Она напоминала Лили, только у Лили были лиловые глаза. Ему стало скучно.
– Богиня! Само совершенство! – восхитился герцог Урваз.
– Её Светлость Эстэль необыкновенно мила, – согласился Горий.
– Герцог Ширан, – Ярнис сдвинул брови, – а правду говорят, что вы знакомы с её милотой не понаслышке?
Ширан тяжёлым взглядом смерил красавчика. Король покосился на Южного герцога, пытаясь понять, что означают эти слова.
– Правду. Её Светлость в настоящее время гостит в моём замке.
– А что… ну вы более близко знакомы? – гнул своё Ярнис. – В интимном, так сказать, смысле?
– Клевета, – равнодушно возразил Ширан, – за которую я любому вышибу душу из груди, если, конечно, найдётся тот, кто осмелится повторить ложь в моём присутствии.
– И всё же девушка с подмоченной репутацией… – начал было Ярнис, но Радорм перебил его:
– Замечательно умна и превосходно воспитана. Отличный выбор, Ваше Величество. Хоть вы и молоды, но во вкусе вам не откажешь.
Хэлтор открыл глаза и склонил голову:
– Мои поздравления, Ваше Величество!
– Достойному королю – достойную королеву! – радостно заулыбался Урваз, Второй герцог Востока. – А кто, как не Эстэль, дочь герцога Исольва, может претендовать на это звание?
И все вокруг принялись поздравлять растерявшегося Дайна. «Но я же ещё не дал согласия!» – чуть было не выкрикнул он. Но все вокруг, кроме одного лишь Ярниса, пожалуй, были так счастливы и довольны… Король снова оглянулся на портрет. Да вроде и ничего… Прищурился, пытаясь представить на ней золотое платье. Неплохо в целом…
– Да, – кивнул важно, – она будет славной невестой короля.
– Поздравляю вас с выбором, Ваше Величество, – заулыбался и Ярнис.
Дайн обрадовался, что со скучным делом наконец закончено, и все, по-видимому, довольны его выбором и больше не спорят. Теперь можно было приступить к более интересным делам: например, к осаде Серебряного замка и запуску воздушного шара. И… кстати, Эстэль же взрослая, так? Так. А, значит, Ширан разрешит ему запускать шар вместе с ней, и не надо будет звать всех этих глупых слуг. А ещё паровоз.
На душе короля стало радостно.
***
Утром после ночи, когда Эйв отказал сестре, Ирис попыталась обмануть Ширана, заявив, что им не удалось встретиться. Ширан перевернул её на колено и больно шлёпнул по попе.
– Тебя спасает сейчас то, что ты больна, – сдержанно пояснил он. – Ирис, врать мне – плохая идея, и когда ты встанешь на ноги, просто шлепком за ложь не отделаешься. Можешь не продолжать: я понял, что Эйв не согласился.
Она вывернулась из-под его руки, уставилась в бешенстве в бесстрастное лицо:
– Ширан, если ты… если по твоей вине мой брат умрёт, я…
Ширан сгрёб её, прижал к себе, целуя дрожащие от злости губы, сверкающие глаза.
– Я постараюсь, Ирис, – прошептал хрипло. – Обещаю, я сделаю всё, что смогу. Но я не всё могу. Пойми, девочка, у нас не всегда есть выбор. Твой брат становится опасным для королевства.
– Он – мой брат!
– Я знаю.
А потом Ирис долго-долго занималась на тренажёрах доктора эль Диара, но без самого доктора: девушка потребовала, чтобы занятия с ней проводила Елисель. Ширан встал на сторону принцессы, и Айтонас, пожав плечами, демонстративно скинул йотпов с плеч.
– Ты как будто не стараешься! – сердилась Лися. – Делаешь всё кое-как.
– Тебя бы на моё место! – зашипела Ирис в ответ, и подруги поссорились.
Елисель бросила «лентяйку» и убежала заниматься оборудованием ангара. Его устраивали специально для неё неподалёку от скалы Одинокого Упыря, на Ведьминой пустоши – месте, которое в Персике считали про́клятым: там не росло ничего, кроме соквинца и бледно-розовых, почти прозрачных ядовитых грибов.
На обед герцог не явился. Ирис скучно ковыряла вилкой рагу, а потом покосилась на молчаливого Баэрда:
– Его Светлость не появится?
– Боюсь, что нет. Его Светлость на королевском совете.
– Понятно.
Ирис снова уткнулась в свою порцию.
– Боюсь, что его не будет до вечера, – мягко пояснил Баэрд.