Страница 54 из 128
– Ты про то, что я пыталась тебя убить, да? Ты рассердился? Но… а ты сам не пытался бы убить того, кто угрожает твоей свободе, жизни и…
– Я видел, как ты целовалась с Кьяром, – выдохнул Ширан.
Глаза вспыхнули золотом. На щеках выступили желваки. Герцог стиснул зубы, взгляд его потяжелел. «Он… ревнует», – внезапно поняла Ирис. Как тогда, на балу. Она покачала головой. Обняла его за шею, прижалась лбом ко лбу и закрыла глаза.
Её палач, её мучитель и маньяк. Тот, кто поломал её жизнь вдребезги. Тот, кто планомерно уничтожал и уничтожает её родных и друзей. Тот, кого вот так просто не победить.
– Я тебе не изменяла.
– Это ложь. Я видел…
– Ты ни йотпы не видел! – процедила она и гневно посмотрела в его глаза. – Принц хотел меня поцеловать, но я не позволила ему. Ты видел, как он пытался, и решил, что я с ним целовалась, да?
Ширан резко отстранил её, снял с коленей и поднялся.
– Ты лжёшь, Ирис.
– Я не изменяла тебе! – крикнула девушка, вскочила и рухнула обратно – цепи на руках не дали.
Герцог отвернулся и пошёл к двери.
Ирис останется здесь, в темнице, среди стен, почти замурованная в камне… Он ведь не меняет решений, не жалеет, не…
– Стой! – завопила она. – Ширан, мать твою, стой! Во имя всех демонов на свете, огня, пламени и вулканов или чего там ещё…
Мучитель удивлённо оглянулся.
– Ирис…
– Клянусь, что даже не целовалась ни с кем другим, кроме тебя! – закричала Ирис в отчаянии. – Единственного, кто пытался меня изнасиловать, я убила и сожгла. Последний, кто владел моим телом – ты. И никто иной.
– Ирис, ты лжёшь, – повторил Ширан, но она видела, что герцог колеблется. – Я знаю, что вы с принцем Кьярвалем жили в одной комнате.
– Жили в одной комнате, это ещё не значит спали, – выдохнула Ирис.
Так вот, значит в чём дело! Баэрд. Ему докладывал Баэрд! Сейчас она почти ненавидела его.
– Для ирбиса разницы нет, – равнодушно возразил Ширан, снова отвернулся и шагнул прочь.
Как можно доказать? Свидетелей нет. Она не девственница. И можно только верить или нет, но у герцога нет причин верить, он знает, что она не любит его. А, значит, Ирис останется в подвале навсегда…
– А для меня – есть. Сними цепи, – крикнула Ирис. – Ширан! Стой! Дай мне немного времени, и я тебе докажу, что говорю правду. Клянусь!
Он снова удивлённо посмотрел на неё, непонимающе. Но видимо, отчаянная решимость в её лице убедила.
Ширан подошёл, присел рядом с каменным ложем, взял правую руку пленницы, поцеловал. Повернул крохотный ключик в замке. Ирис затрясла освобождённой рукой. Ширан проделал тоже с её левой рукой. И тоже поцеловал. Глаза мужчины лихорадочно блестели.
– Мне очень хочется тебе верить, Ирис, – прошептал он. – Очень. Но, видят древние, я не хочу верить в ложь.
Принцесса зло посмотрела на него. Выдернула руку. Подошла к масляному светильнику, прибавила огня и простёрла над ним ладонь, совсем низко. Обернулась к мучителю:
– Ширан, герцог Неприветливых островов, муж мой и палач мой, клянусь, что я не изменяла тебе ни с кем. Ни один мужчина ни на этом свете, ни на том, не мог бы свидетельствовать, что мы с ним целовались или совершали нечто большее. Да, я хотела тебя убить. И сейчас хочу. Да, я написала письмо, чтобы заманить тебя в ловушку и убить. Я лгала тебе в нём. Но сейчас и здесь… я не лгу: я тебе не изменяла. Клянусь!
Рука дрожала от боли, Ирис стиснула зубы. Зажмурились. Огонь жадно тянулся к коже, вгрызался в плоть. Запахло палёным. Внутри всё орало, требуя отдёрнуть руку, но принцесса неимоверным усилием заставляла себя её держать над пламенем. Кусала губу, зрение мутилось от слёз, но руку от огня Ирис не отводила.
Крепкие руки подхватили её, прижали к груди. Горячие губы поцеловали глаза, лоб.
– Девочка, – прохрипел Ширан, – что ты делаешь?!
Её трясло от сводящих руку судорог. Ирис всхлипнула.
– Пусти.
Он взял её раненную огнём ладонь, повернул ожогом вверх. Ирис заорала, дёрнулась.
– Тише-тише…
– Ты мне поверил? – прошипела она зло. – Ты поверил или нет? Ты веришь мне?
– Да, – выдохнул Ширан. – Верю.
Пленница всхлипнула.
Волны боли начали утихать, видимо, регенерация демонов вступила в силу.
Но там, в крепости Йошындар, в башне… той женщине, демонице, княгине было больнее? Когда его отец ткнул в лицо факелом… Ирис затрясло.
Ширан поставил девушку на ноги, придерживая за плечи. В его взгляде сквозило удивление и… восторг? Да, определённо, она увидела в золотых глазах какой-то фанатичный восторг и восхищение.
– Накажи меня за то, что я делала, – гордо тряхнула головой Ирис. – Но не за то, чего я не совершала. Накажи за побег, за то, что подсунула тебе Эстэль, что интриговала против тебя, что…
Ширан наклонился и жадно поцеловал её. Подхватил под ягодицы, двинулся на неё, вжал спиной в стену, вклиниваясь между ног. Задышал тяжело и обрывисто. Зарычал яростно. Ирис вновь обожгло яростью. Страх исчез, растворился. Лава растеклась по венам. Девушка вцепилась зубами в шею мучителя. Его руки рванули её блузку так, что пуговицы затрещали. Ирис оттолкнула его, попыталась заглянуть в лицо.
– Как ты меня накажешь за попытку тебя убить? – потребовала зло.
– Никак, – хрипло выдохнул он. – Мало ли кто пытался. Плевать.
Приподнял её, прикусил обнажившийся сосок. Ирис всхлипнула, почувствовав его горячие губы на груди. Ударила кулаком в плечо. Вцепилась в волосы, притягивая его голову, обхватила ногами талию.
Сумасшедшая, порочная, грязная. Демоница.
– Я хочу тебя, – прошептала ему на ухо, дрожа от страсти и стыда. – Очень. И хочу умереть. Мне стыдно, что я тебя хочу. Я недостойна жизни, Ширан. Ты сделал меня такой…
Её руки расстёгивали его рубашку, жадно касались груди, скользили по животу, по дорожке жёстких волос вниз. Коснулись сокровенного, горячо прильнувшего к ним. Пальцы сжали ствол, повели бархатную кожу вверх-вниз. Ширан застонал, дыхание его прервалось, губы приоткрылись.
– Моя девочка, – прохрипел он сквозь зубы, – моя голодная хищница…
Это была правда.