Страница 39 из 128
– Женщину, которая морит тебя голодом? – заметила она насмешливо. – Моему принцу нравится женщина, которая отталкивает его? Если бы она любила тебя, как я тебя люблю, твой член не вставал бы ни на кого, кроме неё…
Эйв шагнул назад. Брови его сошлись на переносице, черта губ внезапно стала резкой.
– Вы забываетесь, Жанлис, – процедил он сквозь зубы. – Я был добр к вам, памятую о нашей былой близости. Но раз вы злоупотребляете моей добротой, то придётся это изменить.
Она вздрогнула от гнева и льда в его голосе.
– Мой принц…
– Доброй ночи, Жанлис, – бросил тот, свистнул, отвернулся и пошёл к выходу.
Женщина упала на колени, обняла его ноги, прижалась к ним:
– Простите меня, Ваше Высочество, – залепетала, плача. – Я вас люблю, я так вас люблю! Простите мне мою женскую слабость. Я больше никогда не позволю себе подобного. Умоляю вас, простите.
Эйв остановился, испытывая одновременно и раздражение, и досаду, и жалость. Почувствовал, как сильно бывшая любовница дрожит.
– Жанлис, – вздохнул устало, с трудом удерживаясь, чтобы не поморщиться, – прошу вас, поднимитесь. Не унижайтесь передо мной, мне очень больно видеть вас на коленях. Я пришлю к вам врача…
Она запрокинула лицо, вгляделась с отчаянием:
– Но вы прощаете меня?
– Прощаю, конечно.
Он протянул ей руку. Жанлис опёрлась о неё и поднялась.
– Но нам будет лучше проститься, – как можно мягче сказал Эйв. – Поверьте, так будет лучше и для вас.
– Как прикажете, мой принц, – прошептала Жанлис.
Сморгнула слезинку.
– Но в последний раз… Пожалуйста. Утром я вас покину, я никогда не потревожу вас больше… Но ради былого, прошу вас… Я так вас люблю!
Она приникла к нему, раскрыла его губы, обвив его шею руками. У Эйва закружилась голова. В самом деле... в последний раз… Он так любил её тело когда-то, им вдвоём было так хорошо! А Елисель даже отвечать не считает нужным…
Эйв обнял бывшую любовницу, прижал к себе, забыв обо всём, углубил поцелуй. Почему бы и нет? Его пальцы запутались в её волосах, грудь через рубашку почувствовала её мягкость. Как же долго он не испытывал этого!
– Лиса, – пробормотал он, не помня себя, покрывая её лицо и шею поцелуями.
Серо-зелёные глаза. Рыжие, словно медь, волосы. Тонкие, насмешливые губы, тощее, жилистое, гибкое тело… Лиса.
Эйв резко отстранился.
– Доброй ночи, Жанлис.
Шагнул к двери, распахнул её. Позади что-то зашелестело и грохнулось. Принц обернулся. Замер, с недоумением глядя, как Жанлис, лёжа на полу, бьётся в судорогах. Кинулся обратно, приподнял её голову. Женщина захрипела, глаза её выпучились, из губ пошла розоватая пена. Лиса спрыгнула с дивана, принюхалась и зашипела.
– Так она выглядит ещё милее, правда? – нежным голосом заметил Изиргир.
Эйв обернулся, увидел, что демон, улыбаясь, облокотился о притолоку. Ринулся на него, схватил за грудки:
– Что ты с ней сделал?! – заорал, шваркнув о стену.
Изиргир дунул. Эйва отшвырнуло в угол, словно порывом твёрдого ветра, снеся по пути диван. Глаза Нойсы загорелись, шерсть вздыбилась.
– Потише, мальчик, – заметил Изиргир, убирая рога, хвост и крылья, и добавил миролюбиво: – Ты сначала разберись, что к чему, а потом маши кулаками.
– Что было в кофе?
– В твоём? Противоядие.
– В её кофе!
– Усилитель яда, – усмехнулся демон, подошёл к жертве, бьющейся в агонии, присел на корточки рядом. – Если бы она уже не приняла яд, он бы не сработал. Ну, может, понос бы пробрал, я не очень знаю побочку саргалита.
Эйв поднялся.
– Кто мог её отравить? Ты можешь исцелить Жанлис?
– Могу. Но не хочу.
– Она… сама? Объясни.
Золотые глаза поднялись на него. Демон усмехнулся:
– А что тут непонятного, мальчик? Ты думаешь, откуда Валир достал такой остроумный подарочек? И, главное, зачем переть довольно-таки немолодую барышню из Персика в Апельсин? И случайно ли герцогёныш открыл ту дверь? Не слишком ли много совпадений?
– Он… он хотел убить меня через Жанлис? – догадался Эйв. Вздрогнул.
– Ядовитая помада – милое, старое доброе средство. Отлично работает, если мужчина хочет женщину. Отравительница заранее пьёт противоядие, и вот она в безопасности.
– Понятно. И, конечно, Жанлис об этом знала, но саргалит нивелировал противоядие…
– Верно. Отлично, здравый смысл вернулся в твою голову. Я рад. Идём.
Эйв на миг закрыл глаза, чувствуя, как в душе разрастается горечь. Жанлис… Не то, чтобы её предательство удивило его, ведь она уже дважды предавала, но… в этот раз всё произошло по-другому: Жанлис знала наверняка, что с ним произойдёт. И Жанлис имела возможность рассказать ему о заговоре.
– Куда? – спросил он устало.
– В Персик, конечно. Ты вроде хотел туда. Или нет?
Ни о чём не спрашивая, Эйв кивнул. Посмотрел на демона и увидел, как тот чёрным длинным когтем прочертил отверстие в пространстве.
– Тогда пошли.
Они шагнули в искрящийся зелёным круг, и Нойса, ворча, прыгнула за ними.
Стена, оклеенная обоями. Приглушённый свет электрических бра. Мягкий ковёр.
– Где мы? – тихо спросил принц.
– В Китовом дворце, – шепнул Изиргир. – Именно здесь сейчас живёт твой брат. Малый-то дворец вы с Елисель спалили во славу демонов.
– Ты и это знаешь?
Князь хмыкнул. Отвечать не стал. Заговорщики, сопровождаемые лисой, мягко прошли по коридору, нашли нужную дверь. Эйв, готовый ко всему (цепи, соломенный матрас, решётка на окне), распахнул её и замер.
Посередине огромной комнаты пробегало сухое русло реки, видимо, отключённой на ночь, но это определённая была игрушечная река: изящные серебряные и деревянные мостики свидетельствовали об этом. Два замка: золотой и серебряный. Солдатики. Разные: артиллеристы, моряки, кавалерия, инфантерия…
Эйв присел на корточки, взял солдатика, ощутил почти детскую зависть: у него таких не было. Встал, прошёл вглубь, увидел пышное ложе, на котором спал мальчик. Подошёл и коснулся его щеки.
– Доброе утро, братишка.
Дайн завозился под одеялом. Эйв обернулся к Изиргиру:
– Почему его не охраняют?
Демон, разглядывающий пушку, весело глянул на союзника: