Страница 19 из 128
– Вам понравилось, мой господин? – бархатно промурлыкала Жанлис.
– Неплохо, – кивнул он. – Но я не твой господин, малышка. Я всего лишь проверил, достаточно ли ты хороша. У моего друга праздник: сестра выходит замуж. Хочу подарить ему что-нибудь приятное. Если ты ему понравишься, обретёшь хозяина. Он не из тех, кто делится своими подарками с другими. Нет – не обессудь. Придётся работать на общих основаниях. А сейчас посиди, подожди. Мы скоро вернёмся.
Он встал, взял висящий на стене шёлковый алый шарф и завязал им глаза пленницы.
– Не сиди ты как прачка, – фыркнул пренебрежительно. – Прими товарный вид.
И вышел, оставив женщину в смятении и тревоге.
Прошёл в круглый зал, окружённый восемью малахитовыми колоннами. Здесь пылали жаровни в бронзовых блюдах. На ворсистом ковре, чей узор изображал дельфинов, сплетённых в страстные пары, стояли три алых кресла. Два из них были заняты: в одном сидел принц Эйв в серой дорожной куртке и тёмных штанах, в другом – незнакомый парень.
Это был юноша лет двадцати или, может, чуть больше, с гладкими длинными тёмными волосами, собранными в хвост. С узкими глазами, чей цвет невозможно было увидеть в свете факелов. Голубой мундир и алые штаны свидетельствовали, что гость музея зла принадлежал к числу морских офицеров. А вот взгляд… В нём не было ни почтительности, ни суровой мужественности. Насмешливый, свободный, почти наглый, как будто юноша был принцем крови, не меньше.
– Приветствую вас, Ваше Высочество, – мучитель Жанлис поклонился сидящему, – простите за приглашение в этот вертеп разврата, но во всём Апельсине, боюсь, сейчас нет иного места, где не шныряли бы шпионы герцога Ширана. Особенно после смерти моего брата.
– Выражаю вам своё соболезнование, Валир, – мягко отозвался Эйв и приветливо кивнул. – Я надеялся, что лекари справятся с действием яда, но увы. Есть ли известия о другом вашем брате?
– Боюсь, что и Лион, если он жив, и крошка Эстэль по-прежнему находятся в плену нашего врага. Если, конечно, живы. Впрочем, герцог уверяет, что их жизни может угрожать лишь моё сопротивление.
Эйв прищурился.
– Вы хотите сказать, – вмешался его спутник весело, – что Ширанчик уже сделал вам предложение, от которого нельзя отказаться?
– Дар, – кивнул принц в сторону спутника, коротко его представляя. – Это, конечно, не его настоящее имя, Валир, но, понятное дело, имя и фамилию я вам не назову.
– Обойдёмся без конкретики, – улыбнулся младший сын убиенного герцога Исольва.
Опустился в третье кресло и уставился на гостей радостным взглядом.
– Да, вы правы, Дар. Герцог Ширан потребовал, чтобы я ехал в Персик. Через два дня предполагается коронация вашего брата, Ваше Высочество.
– Я знаю. Однако Дайн не имеет прав на престол, пока я жив. Эта коронация не будет являться законной.
– Думаете? Вы меня успокаиваете, признаюсь. Потому что – одно дело воевать с мятежным герцогом и цареубийцей, и совсем другое – с законным королём Мурсии. Кстати, вы уже читали сегодняшний номер «Кукушатника»?
– Не успел, – процедил Эйв.
«Кукушатник» выходил в Персике в день моления, а в Апельсине появлялся лишь два дня спустя, и чтобы его прочитать, нужно было чтобы кто-то привёз свеже напечатанный выпуск поездом.
– Очень любопытный, – простодушно улыбнулся Валир. – На главной полосе, конечно, объявление о коронации, но обратите внимание на разворот… Ну знаете, рубрика «Сплетни и слухи».
Он взял газету, лежащую свёрнутой на стеклянном столике, подошёл и протянул наследнику. Эйв взял, развернул, быстро пробежал глазами. Краска бросилась в его лицо. Дар вскочил, заглянул через спину своего принца, быстро просмотрел текст и рассмеялся:
– Что за чушь? – Эйв с трудом удержался от желания разорвать газетёнку. – Ширан не мог придумать что-нибудь достовернее? Всем известно благочестие моей матери, кто поверит, что первенец короля – бастард?
– Есть те, кто верит, – заметил Валир скромно.
Сложил руки домиком над животом и меланхолично улыбнулся, прикрыв глаза.
– Дальновидно, – похвалил Ширана Дар. – Это ведь бьёт не только по вам, мой принц. Если королева – шлюха, то под подозрение попадают все дети. И Дайн, и Ирис… Главное – начать процесс. Сегодня новость кажется дикой и сомнительной, а завтра она превратится в то, во что верят и считают само собой разумеющимся.
Эйв резко обернулся:
– Ты не заговаривайся, Дар, – заметил холодно.
Встал, отбросил газетёнку на стол.
– Валир, вы меня позвали, чтобы сообщить гнусную сплетню? Или была какая-то иная цель?
– Ваше Высочество, я знаю, что мой брат заключил с вами союз против того, кто убил моего отца и пленил моих брата и сестру. Но поймите и меня: как бы гнусно и лживо не выглядела статья, увы, в неё всё-таки поверят. Ваше право на престол, ваше право на священную войну с цареубийцей окажется сомнительным…
Принц стиснул зубы и прищурился. У него сегодня был тяжёлый разговор с фабрикантами, производящими оружие. Ночью – сложный с послом ирбисов. А ещё, скорее всего, Эйв подхватил какое-то поветрие: тело знобило, лоб пылал, и все мускулы ныли. Хотелось добраться до снятой квартиры, рухнуть и закутаться в одеяло.
И Елисель. Она снова не ответила на его телеграмму. Это бесило.
Но Эйв всё же взял себя в руки. Не время было раскисать и поддаваться эмоциям. Сейчас, после смерти старшего из сыновей герцога Исольва, да ещё и после грязной инсинуации в столичной газете… Но зачем всё это Горию? Он всегда казался Эйву здравомыслящим человеком. Или чем угрожал Первому советнику Ширан, что тот дал вот такое, омерзительное интервью? Валир коснулся его руки, заглянул в лицо сочувственно: