Переиграть судьбу

Голова пухла от прочитанного намного больше, чем за все время учебы. С таким усердием я кажется впервые штудирую нудные тексты.

Надеюсь и в последний!

Под сгустившиеся за окном сумерки меня накрывает отчаяние.

Ничего! Я абсолютно ничего не нашла и самое обидное, похоже, я зря потратила время.

Дикое желание разнести все в щепки заполняет меня до краев.

И я почти срываюсь… Магия бурлит в венах, колется на пальцах ледяными иголками. Магия… Какая же я дура. Выбегаю из библиотеки, перелетая через ступеньки, несусь наверх. Дверь спальни бьётся об стену. Горничная растапливающая камин, подпрыгивает от неожиданности и роняет кочергу на пол.

— Фресса, что… — едва не заикается от моего фееричного появления. — Вам помочь?

— Сама справлюсь. — Хватаю дорожную сумку, дергаю молнию, едва не вырывая ее с «мясом».

Вытряхиваю на кровать все содержимое. Полотенце, щетка, банные принадлежности — все не то. Я же брала его. Ныряю в сумку и проверяю каждый кармашек. Нащупав в одном из них стеклянный флакончик, выдыхаю.

Горничная продолжает стоять с кочергой на изготовку и хлопать глазами. Кажется, я знаю, о чем будут сегодня говорить на кухне за вечерним чаем. Плевать!

Стою посреди библиотеки. В руке сжимаю флакон с духами, каким-то чудом решила взять его с собой. Используя магию Чтеца вполне возможно смогу понять где искать.

Настраиваюсь на внутреннюю искру, позволяю магии спокойно течь внутри и погружаюсь в отголоски эманаций.

Темно. Тихо и пусто. Не могу уловить отпечатки своих эмоций. Почти сдаюсь. Голова болит и кружится от перенапряжения. Еще немного и обморок мне обеспечен.

Делаю глубокий вдох. Воздух обжигает легкие.

Ловлю настолько яркую эмоцию от которой подкашиваются ноги. Падаю на колени, но продолжаю держать эманацию. Руки дрожат, пот струится по виску.

Иду к стеллажу в самой дальней части библиотеки. Меня тянет к третьей полке. Пыль щекочет нос. Веду пальцами по корешкам ожидая намека. Есть! Ладонь словно натыкается на острые шипы. Открываю глаза и возвращаюсь в реальность. В руке тетрадь в кожаной обложке с инициалами моего отца. Открываю его и замираю в недоумении. Это его дневник.

Глава 19

— Почему именно здесь? — Спрашивает Сира стоит моему виджасу остановиться у одноэтажного строения с покосившейся вывеской.

Осторожно поднимаемся по покрытой льдом лестнице. Всего три ступени, а душа чуть в пятки не ушла. Перил то нет.

— Ребрышек захотелось. — Смеюсь, видя удивленное лицо подруги. — Тут, говорят, они самые вкусные. Одним словом, язык проглотишь.

Решая, где встретиться с Сирой, в памяти всплыл разговор охранников. Одному так не терпелось попасть к Варгасу на рёбрышки, что он готов был гнать меня пинками на казнь.

Зал был полон. Пахло жареным мясом, пряностями и кислым вином. Громко играла музыка. Трое музыкантов в углу зала терзали инструменты, извлекая из них поистине пугающие звуки. Видимо, чтобы перекричать ее, посетители чуть ли не глотки драли, пытаясь докричаться друг до друга.

— Колоритное местечко. — Оглядываясь в поисках свободного места, наткнулась только на два свободных столика. — Может, у окна присядем?

Второе место было рядом с беснующимся трио решивших оглушить весь зал.

Нашу нерешительность заметила одна из подавальщиц. Ее сильные руки легли нам на плечи, и в два шага мы уже стояли у столика.

— У нас лучше не зевать, столики вмиг разбирают. — Немного грубоватая на вид девушка имела тонкий голос и приятную улыбку. Кончик карандаша она то и дело подносила ко рту и прикусывала. — Как определитесь с заказом, зовите.

На стол легла замусоленная картонка с приклеенным на нее листком с меню.

— А мы уже определись. — От запаха мяса уже слюнки текут. — Нам самую большую порцию рёбрышек, пожалуйста.

Без капли удивления подавальщица приняла мой заказ. От вина, которое тут явно не самого лучшего качества, категорически отказалась, а вот на графин морса, посоветовавшись с Сирой, согласилась.

— Всё-таки ты и правда изменилась. Ты и ребрышки просто не совместимы. Не поверю, пока не увижу, как ты их ешь.

— Не представляешь, насколько я изменилась, — Грустно улыбаюсь, перехватывая вопросительный взгляд подруги. — Даже не знаю, с чего начать. Поверишь или нет тому, что расскажу. Но мне и правда надо выговориться, иначе меня просто разорвет.

— Лира, если я кому и могу верить без сомнения, то это тебе. — Ее слова значат так много и почти до слез.

Я давно настроилась на этот разговор, осталось только собраться и не тянуть.

Ненадолго момент оттягивается возвращением подавальщицы с нашим заказом. На большом блюде дымятся и исходят соком томленые ребрышки с аппетитной коричневой корочкой.

Один их запах вводит мой желудок в гастрономический оргазм.

— Выглядит аппетитно. — Сира примеривается к кусочкам выбирая какой взять. — По твоему лицу вижу беседа будет не легкая. Серьезные разговоры на пустой желудок я тяжело переношу, так что давай налетай пока я все не умяла.

Первый раз вижу как Сира ест без ножа и вилки, смачно причмокивает и облизывает пальцы измазанные мясным соком. Следуя ее примеру беру кусочек и вгрызаюсь в сочную мякоть. Мясо тает на языке. Хочется мурчать от удовольствия. Не зря конвоир так торопился сюда боясь что не успеет отведать местный деликатес.

В зале становится все шумней. Хотя казалось бы куда еще больше. И дело не в музыкантах. То ли они на обед ушли, то ли просто их время закончилось, но больше никто не терзал музыкальные инструменты. Шумит четверка гостей завалившихся в заведение принеся с собой запах гари и мороза. Скорей всего служащие пожарной части, по крайней мере нашивки у них на рукавах курток говорили об этом — языки пламени в черном круге.

— Я подумала вам не помешает бутылочка хорошего вина. — Наша подавальщица вернулась с пыльной бутылкой из темного стекла. — Хозяин держит это вино для своих гостей, вкус у него получше нашего кисляка.

Кажется кто-то напрашивается на хорошие чаевые.

— Давай за нас, — поднимаю стакан с вином. — Пусть в этот раз судьба будет на нашей стороне.

— Хороший тост.

Чокаемся, но звон стекла тонет в стоящем гвалте голосов.

А вино и правда ничего так. Уж в букете я разбираюсь. Кислинка хоть и присутствует, но вполне допустимая и хорошо гармонирует с дубовыми нотками.

— Кажется я лопну, — подруга откинулась на спинку стула и икнула. — Ребрышки просто огонь. Таких вкусных еще не ела. Теперь я готова к разговору.

Для храбрости глотнула еще вина.

— Начну с того, что я умерла и это моя пятая попытка все исправить.

Глаза у Сиры расширяются. С лица слетает расслабленное выражение уступая место сосредоточено-настороженно.

— Похоже я погорячилась говоря что готова к разговору.

— Сира, я понимаю что мои слова похожи на бред. Любой другой сразу сдал бы меня в надежные руки металлистов, но ты хорошо меня знаешь. Таким шутить я бы не стала.

Даю немного подруги прийти в себя. Проанализировать мои слова и понять, верит она или нет. На меня она не смотрит. Буравит взглядом стол, вид за окном и пару раз обегает взглядом зал. Наконец начинает барабанить пальцами по столу — это знак что она приняла решение.

— Не ошибусь, если скажу, что помогла тебе Хранительница вашего рода. Инфидра, кажется…