Страница 18 из 124
Выбросив окурок, он вернулся на кухню и занялся приготовлением ужина. Когда она его позвала, он даже не понял этого сразу.
- Тагир!
Он вскинул голову и, бросив всё, быстрым шагом прошёл в спальню. Анны там не было. Рванув дверь в ванную, он влетел в неё и встал как вкопанный.
Она стояла под горячими струями воды. Облако пара окружало её. Вода струилась по её телу, огибая каждый миллиметр. Услышав, как открылась дверь, она обернулась, посмотрела ему в глаза.
- Аня, что случилось? - хриплым, рваным голосом спросил он, чувствуя, что сердце начинает пропускать удары, колотясь как сумасшедшее.
- Прости, пожалуйста. Голова закружилась. - тихо прошептала она, протягивая руку. - Ты не мог бы подать мне полотенце?
Он сделал шаг вперёд, ещё и ещё. Пока не оказался рядом с ней, вдыхая запах её кожи.
- Аня… - хрипло прошептал он, прижимая её к себе, сминая её губы, подхватывая на руки.
Она резко вздохнула и обхватила его шею руками, прижимаясь к нему, отвечая на поцелуй.
Он не помнил, как нёс её в спальню, как уложил на кровать и резкими движениями скидывал одежду. Его руки скользили по её влажному теплому телу, вспоминая его в мельчайших деталях. С его губ слетали только хрипы и грязные ругательства, от которых она вздрагивала, а кожа покрывалась мурашками. Обхватив её тяжелую грудь ладонью, он накрыл тёмно-коричневый твёрдый сосок губами, прикусывая его, всасывая в рот, лаская языком. Она хрипло вскрикнула и выгнулась навстречу его ласкам, запуская тонкие пальцы в его волосы, притягивая его голову к своей груди.
- Анька, сука, где ты шлялась всё это время? - хрипло спросил он, поднимая голову, набрасываясь на её губы, прикусывая их.
- Заткнись, Зайкалов, и делай уже что-нибудь! - прошипела она, опуская руку вниз и обхватывая его горячий, пульсирующий член.
Он застонал, опуская глаза вниз. Дыхание жестко, рвано, толчками вырывалось из его лёгких. Бедра рывками двигались в ритм движений её руки.
- Всё, блядь, не могу больше! - рыкнул он, разводя её ноги бедром, нависая над ней.
Он схватил её руки за запястья и поднял над её головой. Анна вздрогнула от боли в плече и резко вздохнула.
- Прости, солнышко. - Он покрыл её лицо жалящими поцелуями, ослабляя хватку, и тут же почувствовал, как она зашевелилась под ним, сталкивая его в пропасть безумия. - Только двинься, Куница! - прошептал он, наклонившись к её уху. - И я тебе напомню, насколько я могу быть несдержанным, наполняя не только твою киску, но и сладкую попку.
Анна застонала и, взглянув в его глаза, криво улыбнулась.
- Обещаешь?
- Сука, клянусь!
Он вошёл в неё одним размашистым сильным движением, заставив её вскрикнуть и обхватить его ногами.
- Блядь, Анька, охереть! - выдохнул он, замерев, ощущая, как она обволакивает его, сжимает изнутри горячими сокращающимися мышцами лона.
- У меня никого, слышишь… - горячим дыханием обжигая его лицо.
- Я знаю, Куница, знаю… - он целовал её глаза, щеки, губы, чувствуя на языке солоноватый вкус её слёз. - Не надо, слышишь. Прекрати…
Она чуть двинула бёдрами, и он застонал, прижавшись к ней лбом.
- Пиздец! - прошипел он, теряя контроль, срываясь в бездну.
Движения стали резкими, жгуче-болезненными. Она вскрикивала, встречая его на полпути, выгибаясь навстречу. А он входил в неё, проникая так глубоко, как только было возможно. Встав на колени, он подхватил её под ягодицы и рычал, насаживая на себя, останавливаясь в самый последний момент, лаская её грудь, целуя распухшие губы.
- Иди сюда! - он вышел и перевернул её на живот, ставя на колени. Он опустил руку и обхватил пульсирующий, горячий клитор, сдавливая его, перекатывая между напряженными пальцами.
Она выгнулась и закричала.
- Давай, девочка! - прошипел он, входя в неё пальцами, встречая резкие ритмичные сокращения, накрывающего её экстаза.
- Тагир! - вскрикнула она, подаваясь назад. - Я хочу тебя.
Слова срывались. Били в тишине резко, неотвратимо, отзываясь горячей пульсацией и бешеными ударами сердца. Она чувствовала, как по бедрам течёт её влага, наполняя воздух нежным запахом, её запахом, от которого его просто сносило.
- Сука! - прошипел он, подхватывая её под живот, поднимая бедра ещё выше и снова входя в неё.
Замирая, начиная разгоняться, для того, чтобы в этот раз уже излиться в неё горячими пульсирующими струями, чувствуя её ответ, её глубокие внутренние спазмы. Впервые у него возникла жесткая уверенность, что это просто так не закончится. Первый раз у него это чувство появилось с Ольгой, когда она просто отымела его в тире, но тогда оно было мимолётным, сейчас же он был в этом уверен, уверен, как никогда и ни в чём. А это значит, что нужно будет звонить Петру и сдавать анализы, что он не делал последние четыре года.