Страница 2187 из 2266
— Мы можем пересмотреть условия, — сказал первый.
— Конечно можете, — пожал плечами я. — Только без нас.
Тишина.
Я посмотрел на них внимательнее.
— Или вы думаете, я не замечу, что Петра по дороге пытались «разгрузить»?
Вот тут реакция была интереснее.
— Вы обвиняете нас? — резко спросил один из них.
— Я задаю вопрос.
— Это оскорбление!
— Это осторожность, — ответил я. — Учитывая, как удачно на него вышли грабители.
Они сделали вид, что оскорбились до глубины души.
— Пан не имеет к этому отношения!
— Рад это слышать, — кивнул я. — Значит, мы друг друга поняли.
Пауза затянулась.
Попугай тихо прокашлялся:
— Я бы на вашем месте…
Я посмотрел на него.
Он замолчал. Сжался. Сделал вид, что его вообще тут нет.
— Вот и правильно, — пробормотал я.
В итоге один из людей пана достал лист.
— Три разлома, — сказал он. — Закрыть. Этого достаточно.
— Уже лучше, — кивнул я.
— Нужно подписать…
— Не нужно, — перебил я. — У Петра уже всё подписано. Мы просто помогаем.
Все посмотрели на Петра.
Он кивнул.
— Договор со мной. Могу показать, если надо.
— Не надо, — сказал первый. — Мы знаем.
Конечно знаете.
— Тогда договорились, — подвёл я.
Они отошли.
— Вас разместят, — бросили напоследок.
— Не утруждайтесь, — ответил я. — Сами справимся.
Мы пошли в город.
Улицы узкие, камень под ногами, дома прижаты друг к другу. Где-то пахло мясом, где-то кислым пивом. Люди говорили быстро, с акцентом, половину слов я понимал, половину — по контексту.
— Пан сегодня злой, — донеслось с одной лавки.
— А когда он добрый? — ответили откуда-то.
— Когда не видит людей.
— Тогда он вообще не пан, а святой.
Я усмехнулся.
— Хорошее место, — сказал я.
— Очень, — ответила Настя.
Пётр шёл молча. Видно было — ему тут не по себе.
— Расслабься, — сказал я. — Пока тебя не связали — всё нормально.
— Успокоил, — буркнул он.
Остановились мы в трактире. Внутри шумно, но не весело. Люди говорили, ели, но постоянно поглядывали на вход.
Попугай тут же начал:
— Я говорил, что надо было валить в Питер! Там корм лучше, климат привычнее, и вообще...
Я посмотрел на него.
— Понял, — сказал он и отвернулся.
— Быстро учится, — заметил я.
Кормили здесь нормально. Не сказать, что вкусно, но жить можно.
Я откинулся на спинку и оглядел зал.
И почти сразу поймал взгляд.
Один. Потом второй.
Не местные. Или слишком внимательно смотрят.
Я сделал вид, что не заметил.
— За нами следят, — тихо сказал я.
— Кто? — спросила Настя.
— Те же, кто нас встречал.
Пётр нахмурился.
— Думаешь, боятся, что я снова сбегу?
— Думаю, они вообще не любят сюрпризы.
Я отставил кружку.
— И правильно делают.
Снова поймал взгляд.
На этот раз тот быстро отвернулся.
Я усмехнулся.
— Ладно, — сказал я. — Значит, завтра будет интересно.
И что-то подсказывало — это только начало.
***
Проснулся я рано. Сам. Без будильников, без криков, просто потому что организм решил: хватит лежать, пора страдать дальше.
Полежал пару секунд, глядя в потолок. Тело ныло равномерно, без перекосов. Значит, вчера всё прошло относительно удачно.
— Живой, — пробормотал я. — Уже плюс.
Сел, провёл рукой по лицу. Голова ясная. Это даже немного обидно — значит, сегодня снова работать.
В комнате было прохладно. Сквозь окно тянуло влажным воздухом, с улицы доносились редкие звуки — скрип двери, шаги, кто-то что-то тихо бурчит. Город просыпался, но как-то нехотя, будто ему тоже хотелось остаться под одеялом.
Настя уже не спала. Сидела у окна, смотрела вниз.
— Как спалось? — спросила, не оборачиваясь.
— С перерывами на жизнь, — ответил я.
Она хмыкнула.
Я поднялся, начал собираться. Всё привычно: проверить оружие, поправить ремни, убедиться, что ничего не потерял и не забыл.
Попугай, конечно, проснулся раньше всех.
— Я же говорил! Надо было в Питер! Там тепло, корм нормальный, люди культурные...
Я посмотрел на него.
Он сразу замолчал. Сжал крылья, отвернулся.
— Вот и хорошо, — пробормотал я.
— Он просто волнуется, — тихо сказала Настя.
— Я тоже волнуюсь. Но молчу.
Мы спустились вниз. В трактире почти пусто. Пара человек за столами, хозяин сонный, как будто его вытащили из постели раньше времени.
— Утро доброе, — сказал он без энтузиазма.
— Сомневаюсь, — ответил я.
Он даже не попытался спорить.
Вышли на улицу.
Холодно. Влажно. Воздух тяжёлый, будто ночью что-то случилось и до сих пор не закончилось.
Я сделал пару шагов и почти сразу поймал взгляд.
Короткий. Быстрый. Человек отвернулся, но поздно.
— Мм, — тихо протянул я.
— Что? — спросила Настя.
— Ничего. Пока.
Пошёл дальше. Не спеша.
На следующем повороте снова. Уже другой. Стоит, делает вид, что просто смотрит на улицу. Но как-то слишком внимательно.
Я чуть изменил маршрут. Свернул туда, куда изначально не собирался.
Шаг ускорил. Потом замедлил.
Через пару минут понял — да.
Есть.
Они не прячутся. И не лезут.
Просто держатся рядом.
— За нами продолжают присматривать — сказал я спокойно.
Она коротко кивнула.
— Думаешь, опасно?
Я пожал плечами.
— Пока нет. Если бы хотели — уже бы подошли.
Ещё один поворот. Один из «наблюдателей» остановился у лавки, второй прошёл дальше, но дистанцию держал.
— Даже не скрываются, — заметил я.
— Намекают? — спросила она.
— Контролируют. Или просто не доверяют. Впрочем, это одно и то же.
Мы вышли к условленному месту. Пётр уже был там.
Стоял, оглядывался, как будто ждал, что из-за угла сейчас кто-то выскочит.
— Ну что? — сразу спросил он. — Может не стоит?
Я посмотрел на него.
— Теперь уже точно стоит.
Он вздохнул.
— Мне это всё не нравится.
— Мне тоже, — сказал я. — Но ты же сам хотел разобраться с долгами.
— Хотел, — буркнул он. — Но не так.
— А так всегда, — пожал плечами я.
Настя молчала, просто смотрела на нас по очереди.
Попугай тихо вставил: