Страница 2027 из 2266
Закрались у меня подозрения, что это не случайная встреча, скорее подготовленная операция.
Вперёд выступил парень, видимо считавшийся здесь главным. Маг холода, по походке видно сразу: движения сдержанные, корпус чуть напряжён, будто вокруг всегда холоднее, чем есть на самом деле.
Лицо показалось знакомым. Наверное из тех, кого видел мельком — на расстоянии, в другой обстановке, когда не было повода запоминать. Но память зацепилась.
Он усмехнулся.
— Вот ты и попался, — сказал он с тем тоном, который обычно репетируют заранее. — Выскочка.
Я прищурился, прокрутил в голове несколько лиц, сопоставил интонацию, манеру держаться.
— Слушай… — протянул я, без особой уверенности. — Морозов, кажется?
Он дёрнулся едва заметно. Не шагнул, не напрягся — просто уголок рта дрогнул. Этого было достаточно.
— Вспомнил, значит — сказал он уже без улыбки.
Я кивнул.
— Тогда совет. Разворачивай своих и уходи. Пока цел.
По мне это лучший вариант, при котором всем будет проще. Я не делал шагов вперёд и не отступал. Сказал и оставил паузу — пусть сам решает, что с этим делать.
Морозов рассмеялся. Коротко, зло.
— Ты серьёзно думаешь, что можешь диктовать условия? — он махнул рукой, не глядя. — Ты вообще видишь, сколько нас?
Это он ещё не знает какими толпами меня пытались задавить.
Злость в нём была настоящая, не показная. Но под ней лежало другое — уверенность. Уверенность в цифрах, в подготовке, в том, что сегодня всё уже решено. Он не пришёл мстить. Он пришёл закрыть вопрос.
Я это понял окончательно именно сейчас.
Он поднял руку — коротко, без жестов для публики.
— Взять его.
Слова отпустили, скопившееся напряжение. И сразу стало тихо. Та самая доля секунды, когда все уже знают, что будет дальше, но ещё не начали.
Я выровнял дыхание. Мысли убрал так же, как убирают лишние предметы с рабочей поверхности. Ничего сложного. Ничего личного. Только пространство, дистанции и время.
Центр тяжести сместил чуть ниже, левую ногу назад, корпус развернул не полностью — чтобы видеть сразу двоих. Плечо напомнило о себе тупой болью, но я её отложил. Не сейчас.
Они начали двигаться почти синхронно.
Слева двое подняли щиты. Чтобы держать первые удары и не светиться лишним. Справа кто-то начал подготовку: холод собирался плотным слоем, без вспышек, аккуратно. Ещё двое пошли на сближение — шаги выверенные, без спешки, оружие пока не в руках, но уже в пределах досягаемости.
Я отметил это сразу.
Их готовили к одному — зажать, ограничить движение, не дать развернуться. Взять живым, если получится. Или убрать так, чтобы потом было что писать в отчётах без лишних вопросов.
Никто не кричал. Никто не рвался вперёд.
Даже Морозов остался на месте, чуть позади линии — как координатор, а не участник первой волны.
Я понял, что отступать уже некуда.
Разговорами здесь уже ничего не решишь.
Я успел оценить обстановку в первые секунды после команды.
Трое впереди пошли правильно. Центр держали уверенно, дистанцию — грамотно. Мастера. Один из них — Морозов, тут сомнений не осталось. Остальные подтягивались неровно, кто быстрее, кто с запозданием. Маги. Много магов. Слишком много для узкого пространства.
Лёд начал давить неприятными ощущениямм. Воздух стал плотнее, шаг — короче, звуки заглохли. Промежуточное состояние, которое они считали преимуществом.
Я отметил это автоматически.
Все — одна стихия.
Только холод, только фиксация, только замедление. Узко. Прямо. Предсказуемо.
Первые заклинания ещё не полетели, но подготовка была видна. Руки двигались одинаково. Щиты формировались с одной и той же задержкой. Контуры схожи, плотность одинаковая. Даже стойки совпадали — как будто их учили по одному учебнику и ни разу не заставляли думать самостоятельно.
Я сместился на шаг в сторону, проверяя реакцию.
Двое отреагировали с опозданием. Один — раньше, чем нужно. Морозов дёрнулся резко, будто хотел перехватить инициативу, но тут же сдержался. Контроль держал, но уже не идеально.
Они опасны. Это было ясно сразу. Масса, уровень, подготовка — всё при них. Любая ошибка с моей стороны могла стоить дорого.
Но глубины в этом не было.
Они работали одинаково. Думали одинаково. Реагировали одинаково. И если кто-то из них ошибётся — остальные повторят.
Я это понял ещё до первого удара.
Сила у них была.
А вот пространства для манёвра — нет.
Первые заклинания сорвались почти одновременно.
Щиты вспыхнули по периметру — плотные, холодные, с одинаковой структурой. Следом пошла заморозка пространства. Лёд стянулся под ногами, воздух потяжелел, движение стало вязким.
Я сместился на полшага, дал инерции сделать своё дело и использовал их же лёд как укрытие. Плотные наросты отлично держали линию удара — если знать, где встать. Я прошёл между зонами, где холод ещё не схватился окончательно, и позволил первой волне заклинаний уйти мимо.
Один из магов дал усиление по сектору, не проверив, кто там стоит. Лёд сомкнулся слишком резко, и зацепил своих же. Кто-то успел поднять щит, кто-то — нет. Движение сбилось. Линия рассыпалась.
Морозов заорал. Громко. Команды пошли общие, без привязки к позициям, без учёта углов. «Дави», «держи», «перекрой выход». Он пытался управлять массой, не видя картину целиком.
Я не стал им мешать.
Просто двигался дальше, выбирая траектории, где их заклинания пересекались. Один поток холода накрывал другой. Щит одного принимал удар, предназначенный мне. Я подныривал под заморозку, и следующий маг бил туда же — не проверяя.
Они замораживали друг друга. Сбивали ритм. Теряли темп. Каждый раз, когда кто-то пытался взять инициативу, он мешал соседу.
Я ошибся, думая, что это подготовленный и опытный отряд.
Передо мной была толпа, вооружённая одинаковыми заклинаниями.
Они начали злиться.
Заклинания стали резче, щиты — толще, дистанция — короче. Они ждали, что я упаду. Что сорвусь. Что начну пятиться или отвечать тем же. Этого не происходило, и раздражение копилось быстрее холода.
Морозов сорвался первым.
Он перестал следить за полем. Команды полетели обрывками — «давить», «не отпускать», «не дайте ему уйти». Он реагировал на меня, а не на то, что творилось вокруг. Слишком увлёкся статусом лидера и слишком поверил, что числом можно задавить всё.