Страница 2004 из 2266
Нитка затихла… расслабилась. Сигналка продолжала жить, но уже не на этом участке.
Я поднялся, тихо вдохнул, и только теперь накинул шлем полностью. Повторное включение визора и дом загорелся различными цветами.
Силуэты ровные, тяжёлые, как мешки с зерном — спящие. Один — сидящий: позвоночник прямой, голова чуть наклонена, руки близко к груди. Не спит. Слушает. Возможно, думает, что контролирует вход. Возможно, контролирует.
Ещё два пятна тепла двигались медленно, лениво, как если бы они ходили по привычке: кухня — коридор — обратно.
Дом был живой, но сонный.
Я переместился к пристройке и выбрал точку. Щель под навесом, где доски отходили от камня. Узко, неудобно, но зато никто не ждёт, что туда полезет взрослый человек в доспехе.
Ну… никто, кроме взрослых людей в доспехе.
Я снял с плеча мешающий ремень, чтобы ничего не звякнуло, и просунулся внутрь. Доска царапнула край накидки, но ткань выдержала. Пол подо мной скрипнул — тихо, старо, как будто сам не ожидал, что ещё умеет.
Я замер на секунду. Прислушался.
Ничего.
Только ровное дыхание дома: где-то в глубине потрескивало дерево, а ещё дальше — шевелилась жизнь, не подозревая, что ей сейчас придётся сменить режим.
Я продвинулся дальше, вжавшись в тень, и перевёл взгляд на тепловые пятна. Два спящих на первом уровне, один сидящий ближе к середине, ещё один в дальнем углу — тоже бодрствует, но ходит кругами, как человек, которому скучно.
Я двинулся вдоль стены, не касаясь мебели, не цепляя углы. Каждый шаг — на внешнюю часть стопы. Каждый вдох — тихий, через нос.
Мне нужна была информация.
Если перстень здесь — кто-то об этом знает. И этот кто-то должен остаться способным говорить.
Формат прост: выводим из строя — допрашиваем — потом принимаем решение.
Сначала выключаем всех лишних. Потом задаём вопросы. Потом смотрим, что из этого можно извлечь, кроме трупов.
Я дошёл до внутренней двери пристройки. За ней — основная часть дома, коридор, ведущий к лестнице. Тепловизор показывал: ближайший бодрствующий стоит так, что слышит и видит только парадный вход. На мою сторону он не смотрит. Ему не нужно.
Я приложил ладонь к дверной раме, ещё раз проверил контур — здесь его не было. Пустота. Дыра. Такая же, как снаружи.
Первый был в коридоре.
Стоял, прислонившись плечом к стене, одна нога согнута, вторая выставлена вперёд — поза человека, который уверен, что его здесь быть не должно, но ему платят за присутствие. Тепловизор показывал ровное тепло, дыхание спокойное. Он смотрел в сторону лестницы и парадного входа, как и положено.
Я вышел из тени, когда между его морганиями оставалась привычная пауза.
Ладонь закрыла рот, пальцы зафиксировали подбородок. Рывок вниз и в сторону. Колено в бедро. Тело осело быстрее, чем он успел понять, что происходит. Воздух вышел с тихим хрипом, без крика. Я подхватил его, чтобы не ударился о стену, и уложил на пол.
Проверка — короткая. Обычный нож, пара монет, амулетов нет. Связал руки за спиной, ноги — отдельно. Перетащил в ближайшую кладовку, закрыл дверь, подставил ящик. Всё.
Вторые были в комнате справа.
Дверь приоткрыта. Внутри — тусклый свет. Один лежит на кровати, дыхание ровное, глубокое. Второй сидит за столом, книга в руках, взгляд бегает по строкам, но тело расслаблено. Он не охрана. Он здесь живёт.
Я вошёл без звука.
Сначала — сидящий. Два шага. Удар ребром ладони по шее, сразу — локоть в солнечное сплетение. Он согнулся, воздух вышел резко. Я подхватил его, развернул и уложил на пол.
Спящий дёрнулся, но поздно. Колено на матрас, ладонь на лицо, короткое давление. Он попытался вдохнуть — не получилось. Через мгновение тело обмякло.
Связывал по очереди. Проверил карманы: у читающего — ключи, бумажка с цифрами, кольцо не артефактное. У второго — ничего. Перетащил одного в ванную, другого — в соседнюю пустую комнату. Закрыл двери.