Страница 1788 из 2266
Нет, его не пробило насквозь — тот, кто на это рассчитывал, был чересчур оптимистичен. Но верхние пластины буквально разошлись. Между ними образовались глубокие трещины, некоторые слои сползли, обнажив более хрупкую, менее структурированную породу. Она крошилась, осыпалась вниз кусками.
По этим трещинам стекало сияние — зелёно-белое, густое, как расплавленный камень, которому захотелось стать светом.
Страж… пошатнулся.
Не сильно.
Совсем чуть-чуть.
Но сам факт того, что эта гора сделала шаг не так, как привыкла, — уже был достижением.
— Ага, — пробормотал я. — Попали.
Иные не остановились.
Стабилизаторы загудели сильнее, пусковые установки перенаправили, кристаллы на них вспыхнули новым, более тревожным светом.
Вторая пара метеоритов ушла следом за первой.
И снова — вспышка.
И снова — волна.
Ещё один пласт панциря слетел вниз, плюхнувшись в пыль, подняв в воздух облако мелких обломков.
Камень вокруг точки попадания пошёл сеткой трещин, из которых вырывались тонкие струи светящейся субстанции.
Снизу это, наверное, выглядело красиво.
Сверху — убедительно.
Но страж всё ещё двигался.
Он сделал шаг.
Ещё один.
Каждый шаг отдавался в моём позвоночнике.
Иные начали перестраиваться.
Секторный огонь в одну точку — сработал, но не убил. Значит, надо менять подход.
Пара бойцов с переносными оружейными системами — уже без стационарных стволов, но всё равно куда тяжелее стандартных «жезлов» — двинулась левее, обходя стража по дуге.
Другие пятеро сместились вправо, под острым углом к его траектории.
Они не пытались зайти в тыл полностью — понимали, что великану достаточно развернуться совсем чуть-чуть, чтобы смести их одним махом. Но атаковать с разных направлений — вполне разумная мысль.
Часть огня перенаправили вниз — по ногам.
Снизу, с такой высоты, как у меня, было видно, как вдыхаются в землю светящиеся снаряды. Они ударяли в суставы, в места, где панцирь должен был быть тоньше. В местах соединения пластин вспыхивали новые трещины.
Бесполезно.
То, что у обычного живого существа можно было бы назвать суставами, у стража было больше похоже на монолит с декоративными линиями. Там, где земной гигант давно бы сложился и рухнул, этот только чуть менял угол наклона.
Его убить попытались как зверя.
Он же был ближе к явлению погоды.
Ещё несколько бойцов пошли на риск.
Двое подобрались почти вплотную к одной из ног, выждав момент, когда та поднимается.
Во время следующего шага они одновременно выстрелили в одну и ту же точку — прямо под подошвой.
Метеоритоподобные заряды ударили по камню так, что земля там превратилась в стекло.
Взрывная волна подняла их же в воздух, швырнув в сторону, но они были к этому готовы — экзообвесы погасили большую часть инерции.
Нога стража уходила вниз на разрушенную, осевшую опору — и… просто пробила её, углубившись чуть больше, чем обычно.
Я поймал себя на том, что жду хоть какого-то перекоса, хоть попытки сохранить равновесие, хоть намёка на «ой».
Ага, как же.
Страж перенёс вес, как будто так и должно быть.
Ни одного лишнего движения.
— Да вы издеваетесь, — сказал я уже не очень тихо.
Ответ стража был… неторопливым.
Он не бросился на обидчиков, не попытался растоптать тех, кто только что пытался превратить его в каменную кашу. Он просто… изменил шаг.
Чуть-чуть.
Одной ногой он опустился не там, где должен был, а чуть сбоку.
Затем всем телом сместился в сторону.
Это движение, возможно, не заметили бы те, кто стоял прямо у его ног — для них всё, что делает такая махина, выглядит одинаковым. Но с хребта было видно: он меняет траекторию так, чтобы оказаться ближе к линии, где стояли стабилизаторы и пусковые установки.
Пара секунд — и великан оказался ровно там, где ему никто не радовался.
Он поднял руку.
Я впервые увидел, как он её поднимает не просто для сохранения равновесия, а с намерением.
Это не был взмах ловкого мечника, не укороченное движение бойца.
Это было медленное, но неумолимое поднятие плиты.
Каменная ладонь взлетела выше головы.
И опустилась.
Я не слышал удара.
Я его почувствовал.