Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1753 из 2266

Глава 7

Я шёл не торопясь. После всего, что здесь произошло, у меня не было ни нужды, ни желания спешить. После схватки с усиленной гончей тело всё ещё ныло, но это чувство только подогревало настроение — напоминало, что я жив, что пламя во мне по-прежнему горячее, плотное, уверенное. Оно больше не комментировало, не нашёптывало — просто было частью меня, как ещё один слой движения, сила, продолжение моего дыхания.

Воздух над равниной был неподвижным. За спиной у меня оставался обугленный силуэт того места, где закончилась последняя битва. Впереди — чёрные стены крепости некромантов. С того расстояния они казались живыми: мелкие вспышки магии смерти плясали на зубцах, словно кто-то незаметно жевал тени.

На стене мелькнули силуэты — несколько фигур. Они выстроились вдоль парапета, как вороны, высматривающие падаль. Только в отличие от ворон, эти знали, что падаль может в любой момент повернуться и сжечь их к чёртовой матери.

— Стой! — выкрикнул один. — Не подходи! Уходи отсюда, огневик!

Несколько рук вытянулись вперёд — магические барьеры, слабые. На вид — чистая формальность, набросанная в спешке.

Смешно.

— Расслабьтесь, — сказал я. — Мне нужно кое-что забрать. И всё.

На стене повисла тишина. Потом тишину проткнули нервные переговоры — едва слышные, быстрые. Я различил только обрывки: «Он…», «сердце…», «мы…», «подставил!».

Наконец один из них скрылся за зубцами стены.

Я ждал.

Пламя во мне было ровным, собранным. Никаких всплесков, никаких комментариев — просто спокойствие. Я чувствовал, как оно разливается внутри, согревает мышцы, поднимает лёгкую дрожь предвкушения, но не в виде голоса. Это было моё. Часть меня.

Через минуту ворота дрогнули. Узкая щель между створками раскрылась. Показался некромант. Тот, что нервно оглядывался прошлым утром. Сгорбленный, с лицом, которое было серее местной земли.

На вытянутых руках он держал сердце стража — ядро. Тот самый некротический комок силы, который я припрятал под их домом. Теперь он явно жёг ему руки, хотя физического огня там не было.

— Забирай! — выкрикнул он, даже не пытаясь скрыть облегчения. — Забирай и проваливай! Из-за тебя нас всех перебьют!

Я подошёл ближе и взял ядро. Оно лежало в ладонях тяжело, неровно, будто внутри него что-то билось — ритм неестественный, вязкий. Как будто чужое сердце пыталось подстроиться под мой пульс, но каждый раз делало это неправильно.

— Ой, да успокойтесь, — сказал я, спрятав ядро в рюкзак. — Ни сегодня — завтра вас бы всё равно сравняли с землёй. Так что не нойте.

Некромант дёрнулся, словно я ударил его с ноги.

— Ты нас подставил! — выкрикнул другой, выглянув с башни. — Теперь за нами придут проверяющие! Из-за тебя!

Я фыркнул.

— Скучные вы, — отмахнулся я. — И трусливые. Удивляюсь, как вы вообще добрались до этого круга. Быть может, дуракам везёт?

Фраза попала точно по цели. Некроманты на стенах замерли. Кто-то прикусил губу. Кто-то сжал кулак. Один наклонился так низко, будто хотел плюнуть вниз, но не решился.

Но никто не ответил.

Даже в этом они были предсказуемыми.

— Ладно, — сказал я. — Живите, как умеете. Я к вам больше не вернусь. Скучно у вас.

Я развернулся и направился прочь от укреплений. Некроманты на стенах следили за каждым шагом, будто ждали подвоха. Но я даже не обернулся. Не видел смысла.

Через пару сотен метров крепость скрылась за складками рельефа. Тишина этого мёртвого мира вернулась. Пустыня, тьма, редкие тени скальных игл, мёртвое небо.

Я остановился ненадолго и достал ядро.

Оно было холодным — но не мёртвым. Внутри что-то будто перетекало, перекатывалось. Сила? Остаток стража? Его суть?

Или что-то хуже?

Я покрутил его в руках.

— Чемодан без ручки, — сказал я. — Таскать опасно. Бросить жалко.

Ощущение было странным. Внутри ядра будто жила тонкая нить — невидимая, но ощутимая. Сила, которая притягивала к себе всё вокруг, как магнит.

И я знал, что некроманты почуют его.

И архимаги.

И, возможно, те самые «иные», о которых никто так и не смог толком рассказать.

Таскать его с собой — значит приглашать проблемы.

Спрятать — значит оставить кому-то сюрприз.

Бросить — значит потерять потенциально ценную вещь.

Разрушить — кто знает, что тогда случится?

Я усмехнулся.

— А ведь сражаться с неумирающими было интересно. Но однообразие быстро надоест. Значит…

Я поднял ядро к уровню глаз.

Тёмный свет внутри медленно двинулся, словно реагируя на меня.

— Нужно придумать что-то более… увлекательное.

Пламя во мне согрелось, расправилось, будто кивая моим мыслям.

Не голос.

Не слова.

Просто внутреннее согласие.

И я пошёл дальше, с ядром стража в рюкзаке и мыслью, что ближайшие дни в этом мире точно не будут скучными.

На какое-то время я просто шёл по равнине, прислушиваясь к собственным мыслям. После последней битвы всё тело ощущалось не уставшим — а разогретым. Внутри не было ни голосов, ни нашёптываний. Пламя во мне больше не отделялось от моего «я» — оно стало частью каждой мысли, каждого импульса, каждого решения.

И теперь это единое целое подкидывало мне идею за идеей, обрывки планов, варианты действий. Без слов. Без диалога. Просто естественный поток.

И, чем дальше я шёл, тем яснее становилось:

Если мне нужно пройти в следующий круг — дорога лежит через некромантов.

Их там тысячи.

Армия.

Секта смерти, пропитавшая этот мир до костей.

Я остановился, оглянулся на пустынную гряду, откуда недавно пришёл.

Тысяча некромантов.

Даже с огнём, смертью, тьмой и усилением — веселуха закончится очень быстро. Не в мою пользу.

— Эх, — проговорил я вслух, — с армией драться, конечно, интересно… но уж больно низкая вероятность выживания. Совсем не тот азарт.

Я провёл рукой по виску. Песок от ветра прилипал к коже.

Значит, раз фронтальный штурм крепости архимагов — вариант для самоубийц, остаётся один правильный путь: сокращать их количество заранее.

Разбить их по частям.

Охотиться на гончих.

На мастеров.

На тех, кто патрулирует круг.

Пусть к моменту встречи со мной их будет не тысяча — а пятьсот. Или триста. Или сто.

Уже веселей.

Я прошёл ещё немного, и мысль о том первом некроманте — том, что четырежды умирал и сбежал — вернулась сама собой.