Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1737 из 2266

Я бы его сразу не заметил, если бы не резкий, неправильный силуэт. Всё вокруг было рваным, ломким, случайным. Каменная колонна — наоборот, слишком правильная. Высотой мне где-то по плечи, чёрная, матовая, с идеально ровными гранями… если не смотреть на то, что её всю кто-то исписал.

— Что у нас тут, — пробормотал я, подходя ближе.

На первый взгляд казалось, что поверхность просто исцарапана. Но стоило приблизиться, протянуть руку, коснуться — как царапины сложились в рисунки.

Пальцы прошлись по неглубоким бороздам. Камень был тёплый, не такой горячий, как у лавовых озёр, но явно не комнатной температуры. Слишком живой для обычной породы.

Я отступил на шаг, прищурился и начал рассматривать.

Рисунки казались грубыми, словно их делали не инструментом, а когтями. Линии расплывчатые, местами неровные, но узнаваемые. Вот силуэт, похожий на стража. Широкие плечи, рога, длинные руки, в груди — круг, от которого идут лучи. Рядом — второй. Третий. Все трое стоят, формируя треугольник.

Я невольно улыбнулся.

— Ну здравствуй, знакомая морда, — сказал я тому, что был слева. — Кажется, мы уже встречались.

Я узнал его по рогам. У того стража, чьё сердце я вытащил, рога были чуть изогнуты назад и срослись у основания в одну тяжёлую структуру. Здесь — то же самое. Криво, схематично, но узнаваемо.

Три стража стояли, развернувшись спинами наружу, как стража крепости, и лицами — в центр. В груди у каждого был вырезан круг — то самое ядро. Из кругов были выцарапаны три луча, и все они сходились в одной точке посередине.

Там, в центре треугольника, автор рисунка нарисовал маленькое солнце. Кривый круг, от него короткие чёрточки — лучи.

Я уставился на этот «макет» и некоторое время просто молча смотрел. Потом честно озвучил вывод:

— Ничерта не понятно, но очень интересно.

Схема выглядела как что-то важное. Три стража, три ядра, три луча, маленькое солнце посередине… И никаких подсказок в стиле «здесь нажать» или «сюда не лезть, убьёт». Только грубая картинка, оставленная кем-то, кто явно понимал больше меня.

Я привычно потянулся к огню внутри — показать, что, мол, смотри, что за штука, давай думать вместе.

Огонь промолчал.

Не просто промолчал — он будто отвернулся. Ни образов, ни чувств, ни комментариев. Только глухое тёплое присутствие, как если бы кто-то лежал рядом, демонстративно уставившись в другую сторону.

Странно.

Я нахмурился, подождал. Внутренние видения обычно приходили сами — вспышки, отголоски других мест, чьи-то глаза, древние костры… Сейчас — пусто. Огонь словно откатился вглубь и закрыл дверь.

— А вот это уже подозрительно, — сказал я обелиску. — Настолько непонятно, что даже мой внутренний пироман решил сделать вид, что его здесь нет.

Обелиск, само собой, не ответил.

Огонь тоже.

— Ну и ладно, — пожал я плечами. — И без вас весело.

Я ещё раз провёл пальцами по рисунку маленького солнца. Лучи были выцарапаны глубже, чем всё остальное. Кто бы это ни делал — ему было важно показать именно соединение. Три ядра, один центр.

Не похоже на предупреждение. Больше на инструкцию.

Или на мечту.

— Ладно, — повторил я. — Добавим в копилку загадок. Разберёмся, если выживем.

Я развернулся от обелиска и посмотрел на пещеру в целом. Тоннели уходили дальше — один вверх, по пологому склону, другой — вниз, ещё глубже, к жару, третий — куда-то в сторону, в темноту.

Огонь внутри всё ещё молчал. И это, как ни странно, не мешало. Просто добавляло ощущение, что со мной идёт кто-то слегка обидчивый.

Ну и бог с ним. Я тоже не всегда лапочка.