Страница 1663 из 2266
Я пошёл первым. При каждом шаге приходилось ловить равновесие. Иногда — карабкаться буквально по царапинам в камне. Желание опереться на воздушные рывки постоянно давало ложные импульсы, которые я с трудом давил.
Когда я дошёл до середины уступа и обернулся, Элена была уже рядом. Дышала чуть чаще, чем обычно, но держалась уверенно.
— Всё нормально? — спросила она шёпотом.
— На этой высоте? — фыркнул я. — Нормально относиться к этому — ненормально.
Она улыбнулась чуть заметно — напряжённо, но искренне.
Мы прошли ещё метров двадцать — и наткнулись на трещину. Почти два метра шириной. Снизу — пустота. Сверху — ничего, что можно зацепить.
Элена тихо выдохнула:
— Без воздуха мы не перепрыгнем.
— Я — перепрыгну. Ты — нет.
Она уже открыла рот, чтобы возразить, но я не дал ей.
— Держись крепче.
Я подхватил её, чувствуя, как она невольно цепляется за мою шею. Её дыхание коснулось кожи — слишком близко, слишком… неправильно для такого момента.
Пришлось отстраниться от мыслей и прыгать.
Без воздуха тело не летит — оно падает. Усиление пришлось включить дозировано, идеально точно. Никаких вспышек. Никаких рывков. Вся магия — только в мышцы.
Удар оказался жестким, но предсказуемым. Мне удалось удержаться.
Элена выдохнула почти у меня под ухом — тихо, протяжно.
— Я… думала, мы сорвёмся.
— Я не планирую умирать из-за двух метров пустоты, — пробормотал я и осторожно поставил её на землю.
Она удержала моё плечо чуть дольше, чем нужно. Я сделал вид, что не заметил.
Дальше каньон стал похож на живой лабиринт — хищный, наблюдающий. Где-то наверху что-то промелькнуло. Тень? Крыло?
Я поднял руку, останавливая Элену.
Три секунды тишины.
И затем — хлопок.
Вниз рухнула тёмная, вытянутая тварь с крыльями, похожими на лохматые плащи. Она полоснула когтями по камню впереди, оставив глубокие борозды.
— Стервятник-теневик, — прошептала Элена.
— Один? — я усмехнулся. — Так бывает?
Мы рванули вперёд. Ещё две тени пролетели над нами. Одна попыталась сбить камни, другая — подрезать путь, но я успел повернуть Элену в сторону узкого прохода.
— Они ведут нас, — сказала она.
— Естественно.
— К чему?
Я поднял голову. Высоко, между зубцами скал, темнел почти идеально ровный уступ. Камень отполирован когтями. На нём часто садились. Тяжёлые. Большие.
— К гнезду Ориона.
Она замолчала. А я впервые почувствовал то, что раньше только угадывал: в этом гнезде что-то уже проснулось.
И ждёт нас.
Гнездо Ориона оказалось выше, чем я ожидал. И гораздо тише. Тишина там была не просто отсутствим звуков — она давила, густела, будто сама скала слушала, как мы поднимаемся. Каждый наш шаг эхом отдавался в глубине камня, но звуки словео проглатывало что-то невидимое.
Я чувствовал лёгкую дрожь под пальцами, удерживающимися за выступы.
— Осторожнее, — сказал я вполголоса.
— Здесь всё опасно, — тихо ответила Элена.
Мы ползли последние метры почти вертикально. На высоте любое движение давалось вдвое медленнее. Рывок вверх — чисто мышечный, без магической подпорки — и я, наконец, дотянулся до края гнезда.
Запах ударил в лицо почти сразу. Жжёные перья. Гнилые ткани. Камень, пропитанный дымом.
И — смерть. Сырая, и что самое страшное — свежая.
Я подтянулся и помог Элене забраться. Она поднялась, тяжело дыша, на секунду облокотилась на моё плечо, потом выпрямилась.
— Оно… большое, — сказала она шёпотом.
Большое — мягко сказано. Гнездо представляло собой круглый участок камня, выглаженный до зеркального блеска. Слишком ровный, слишком правильный, будто тварь каждый день выскребала поверхность когтями, чтобы ничто не мешало её приземлению.
В центре — обугленные останки. Человеческие. Несколько пар ребер. Чья-то рука. Башмак. Похоже, кто-то добрался сюда раньше нас. И на этом их путь завершился.
— Кирилл… — Элена чуть коснулась моего локтя.
— Вижу.
Я осторожно подошёл к телам, не касаясь их. В воздухе висела пыль — серая, едкая, при каждом движении она поднималась, будто живая.
На земле лежало что-то ещё — тёмное, неровное, словно кусок обугленного камня, но с внутренним свечением.
Я присел и посмотрел внимательнее.
— Кристалл? — протянула Элена.
— Похоже на то, только... — пробормотал я. — Он… сломан.
Кристалл пульсировал слабым красным огнём. Но вибрация была неправильной. Слишком быстрой. Нестабильной.
— Не трогай его голыми руками, — сказала она.
— Я и не собирался.
Я достал нож, попытался поддеть артефакт — кристалл вспыхнул и едва не прожёг металл.
— Он реагирует на тебя, — заметила она.
— На огонь, — поправил я. — Или на что-то рядом с ним.
Не стал объяснять, что последнее время усиление будто переплетается с огненной стихией — слишком рано говорить о том, чего я сам не понимал.
Я уже собирался спрятать кристалл в ткань, как почувствовал лёгкое движение воздуха.
Странное. Скользкое.
— Назад, — сказал я.
Элена не задавала вопросов — шагнула мне за спину.
Из тени под нависающим скальным карнизом что-то вытянулось. Тонкое. Гибкое. И обвило камень, оставив на нём след обмертвевшего инея.
— Змеепита, — прошептала Элена. — Они чувствуют тепло.
Плохо.
Тварь показалась целиком: длинное, тёмное тело, покрытое чем-то вроде влажной чешуи. Глаза — две точки жёлтого света. Она извивалась бесшумно, почти плавно, как струя холодного дыма.
Вторая выползла следом.
— Главное не призывай свет, — сказал я тихо. — Они реагируют на движение температуры, не на зрение.
Но свет Элены был единственным, что держало сумрак на расстоянии. Отключить его, значило рискнуть.
И тогда первое змееподобное тело резко метнулось ко мне. Я оттолкнулся, перекатился в сторону. Змеепита ударила хвостом по камню, оставив вмятину, как от молота.
— Кирилл! — крикнула Элена.
— В сторону!