Страница 32 из 70
— Капитан, на сканерах всё чисто, — доложил Басов, и в его голосе впервые за долгое время прозвучало что-то, отдалённо напоминающее облегчение. — Никаких признаков враждебного флота, баз, патрулей. Только планеты с аномально высокой концентрацией полезных ископаемых. Система... неестественно богата.
«Арго», всё ещё несущий на своём корпусе зияющие раны, которые требовали настоящего ремонта в нормальном пространстве, начал свой методичный обход этого щедрого звёздного архипелага.
***
Сильвестр фон дер Кампф в своей неизменной безупречности превращал любую кратковременную стоянку у каждой планеты в этап грандиозной операции по восстановлению флагмана.
— Господин капитан, — отрапортовал он мне лично, когда я спустился в ангар, — позвольте заверить вас, что повреждения, хоть и выглядят устрашающе, но носят, к счастью, локальный характер. Каркас корабля цел. Это главное. И не стоит забывать, что его создали Предтечи, а эти ребята умели строить на века.
Вокруг корабля кипела работа, масштаб которой поражал. Были развёрнуты внешние рабочие платформы, с которых десятки специалистов, словно рой пчёл, атаковали пробоины, срезая оплавленные края и с ювелирной точностью устанавливая новые секции брони. Если ремонт в гипере был нервной, хаотичной импровизацией, то здесь звучала выверенная, спокойная увертюра. Тот же гул генераторов, то же шипение сварочных аппаратов и тот же стук гидравлических молотов теперь складывались не в какофонию, а в стройную мелодию, где каждый инструмент знал свою партию, и десятки специалистов, словно слаженный оркестр, исполняли второй акт симфонии возрождения.
— Мы заменяем пробитые секции обшивки, — Сильвестр указал рукой на огромный лист новой брони, который медленно поднимали краном. — Используем панели из нашего аварийного запаса. Их хватит. Скоро флагман будет крепче, чем прежде. Как ни парадоксально, но полученный опыт позволил нам усилить наиболее уязвимые узлы. А вот для двигателей мы можем сделать, увы, лишь временный ремонт, но до возвращения на базу этого будет достаточно.
Я смотрел на эту организованную суету и не мог не отдать ему должное. Педант — да, формалист — конечно, честолюбец — несомненно! Но профессионал высочайшего класса. Его люди работали без суеты, чётко, слаженно, каждый на своём месте.
— И когда наш оркестр сыграет финальный аккорд?
— О, можете не беспокоиться, господин капитан. Билли обирает планеты медленнее, чем мы проводим ремонтные работы.
***
Если Сильвестр был дирижёром симфонии ремонта, то Билли вёл свою, не менее азартную войну — войну за «сокровища» планет. Его челноки сновали туда-сюда без остановки. Каждый возвращался в трюмы, отяжелевший до предела, и выгружал не просто руду, а настоящее богатство.
— Капитан, вы не поверите! — его восторженный голос звучал в динамике, как у кладоискателя, нашедшего легендарную жилу. — Это не просто залежи. Это... планетарная сокровищница! Руды выходят на поверхность пластами. Видимо, уникальная геологическая история системы.
На экран мостика вывели сводку. Разнообразие было ошеломляющим.
Массивные залежи железоникелевых руд с примесями кобальта и вольфрама — основа для любой серьёзной металлургии, будь то каркасы для новых модулей Арго или броня для новых крейсеров.
Жилы редкоземельных элементов: неодим, церий, диспрозий, невиданной чистоты — критически важные для производства сверхмощных магнитов, двигателей, высокоточных сенсоров и систем наведения.
Богатые урановые и ториевые руды — решают проблемы энергоснабжения. Можно будет питать и щиты, и орудия, и заводы.
Платиноиды в самородных включениях — идеальные катализаторы для сложнейших химических процессов, возможно, для синтеза новых видов топлива или материалов.
— Капитан, это не добыча, это конвейер! — докладывал Билли, его голос хрипел от усталости, но горел энтузиазмом. — Порода словно ждёт, чтобы её взяли. Концентрации на порядки выше среднего. Мы не копаем — мы собираем!
Карма Сингх, изучавший первые партии, подтвердил:
— Сэр, качество руды исключительное. Минимум пустой породы. Коэффициент извлечения будет рекордным. Эти ресурсы — не просто пополнение запасов. Это возможность для настоящего технологического скачка. Теперь мы сможем не только ремонтировать, но и модернизировать оборудование, строить новые модули для флагмана и закладывать на верфях новые крейсера.
Он ходил по складам с лицом человека, не верящего своей удаче.
— Сэр, мы восполним потери от... тактического гравитационного манёвра с лихвой.
***
Пока корпус «Арго» затягивался новым металлом, а его трюмы наполнялись материальным богатством, в тишине аналитического отдела кипела работа другого рода. Лейтенант Баковский и его команда подготовили сводку данных с компьютеров Фиво. Отчёт чётко делился на две части: первая — самые ценные находки о судьбах целых рас; вторая — всё остальное.
Я быстро пробежал глазами по отчёту, оставляя на полях краткие пометки:
«Бета Геркулеса-2» — ВАЖНО!
«Новая звезда в Циркуле и Чандрасекаре каждые 30 дней» — ВАЖНО!
«Долговременная шутка Умга над Ильрафами» — СМЕШНО, НО ПОКА МАЛОПОЛЕЗНО.
«Теория о Предтечах, укрывшихся идеальным щитом» — ФАНТАЗИИ СПАССИ.
«Десять мусорных свалок Предтечей» — БЕЗ УКАЗАНИЯ МЕСТ.
«Бредни Майконов о глубокой древности» — БЕЗ ПОДРОБНОСТЕЙ.
«Раса по имени — Главное Зло» — ТИПИЧНЫЕ СТРАХИ СПАССИ.
Принять решение было нетрудно. Вторую — техническую часть я переслал Басову. Его аналитический ум и опыт штурмана были идеальны для проверки и обобщения конкретных данных.
«Алекс, разбери это. Нам нужны точные выводы по Бете Геркулеса и аномалии в Циркуле. Встречаемся через час у меня», — оставил я голосовое сообщение.
Первую же часть — ту, что касалась судеб Шофиксти, Йехатов, Андросинтов, всех тех, с кем мы когда-то сражались и у кого надеялись найти помощь, — я оставил себе. Это была работа не для штурмана. Это была работа для капитана.
Следующие пятьдесят минут я провёл, погружённый в эти записи. Обобщая и систематизируя данные, которые могли изменить всё.
Когда в дверь постучали, я с трудом оторвался от экрана.
— Входи, Алекс.
Басов вошёл с планшетом в руке, его лицо было сосредоточенным, как всегда, когда он с головой нырял в цифры.
— Капитан, предварительный анализ готов, — доложил Басов, садясь на стул, который я ему молча пододвинул.