Страница 93 из 160
Из дома, в развевающихся желтых платьицах, выбежали две маленькие девочки. Они скользнули по крутому склону между нами и своим домом, а затем изящно перепрыгнули через воду, заставив двух греющихся черепах нырнуть в глубину. Девочки взобрались на ближний берег канала и выбежали на дорогу прямо перед моим «Хаммером», улыбаясь и махая морпехам из группы Эсперы. Машина остановилась. Гарза отвернул пулемет подальше от девочек и наклонился, держа в перчатке два хамрата, чтобы с нежностью положить их в протянутые руки девочек. Я потянулся было за камерой, но пропустил этот момент. Девочки, визжа от радости, перебрались через канаву и побежали домой, где их отец взял продовольствие и торжественно помахал нам рукой.
Медленно, но уверенно атмосфера вокруг изменялась. Наш маршрут слегка повернул назад к шоссе, к небольшому городку, к которому мы планировали приблизиться, прежде чем снова отправиться на восток по другой дороге, чтобы продолжить свою службу тыльного охранения. Мне еще не довелось выработать в бою шестое чувство, но мои изначальные пять чувств стали чуть более отточенными. Мы начали замечать признаки опасности — люди бесстрастно наблюдали за нами, когда мы проезжали мимо; я перехватил взгляд мужчины, ровесника моего отца, который медленно провел пальцем по горлу. Чуть дальше на юг, в противоположном от нас направлении, уходили женщины с завернутыми узелками на спинах; они прижимали к себе детей и украдкой поглядывали на нас. Один мужчина ехал на тракторе, тянувшем прицеп, заполненный детьми и домашними вещами. Это не могло быть нормальным; они от чего-то бежали.
— Это Хитмен-2, нас скоро атакуют! Вокруг много гражданских, стрелять только по отдельным целям!
Мое предупреждение оказалось излишним. Морские пехотинцы могли читать знаки так же хорошо, как и я. Они владели навыками действий при встрече с противником и знали наши правила ведения боя. Но мне стало легче — я официально взвел курок пистолета, и теперь мы просто направляли его в разные стороны и ждали, пока кто-нибудь заставит нас нажать на спуск.
Как по команде, впереди раздались выстрелы, и колонна остановилась. Инстинктивно каждый опустился на колено в грязь рядом с машинами, ненавидя то, что мы оказались заперты внутри колонны.
— Рота «Альфа» вступила в бой. Всем приготовиться!
Эта рота возглавляла колонну.
Как только мы остановились, ветер усилился. Вихри пыли ограничили видимость до нескольких сотен метров. Пыль щипала глаза, заставив меня надеть очки, что еще больше ограничило обзор. Шамаль… Эти песчаные бури возникали без предупреждения и забивали песком все вокруг — воздушные фильтры «Хаммеров», патронники пулеметов, рты и глаза. Разведчики сидели в небольшой ложбинке, которая давала нам небольшую защиту от ветра и вражеского огня. По радио я узнал, что рота «Альфа» вызвала артиллерию, чтобы сломить любое сопротивление, с которым она столкнулась. До нас доносилась спорадическая стрельба из стрелкового оружия, перемежаемая более глубоким рокотом пулемета. Из-за расстояния и ветра я не мог понять, был ли это наш огонь или вражеский.
Мы напряженно прождали пятнадцать минут. Морпехи внимательно изучали поля и деревья вокруг нас, выискивая что-нибудь, по чему можно было бы стрелять, но все, что можно было видеть, — это жители деревни, продолжавшие свой испуганный исход. Мы с ганни Уинном лежали на животе на краю насыпи; он сканировал линию деревьев через прицел своей снайперской винтовки, а я прислушивался к эфиру.
— Вон тот город впереди, — наконец, произнес он. — Каждый раз, когда мы приближаемся к городу, они по нам стреляют. К счастью, похоже, мы его просто обойдем, и потом снова окажемся в открытой местности. По крайней мере, мы учимся.
Я согласился с ним. Меньше всего мне хотелось повторять Эн-Насирию, и подозревал, что наши командиры думают так же. Вдруг радиостанция загудела.
— Хитмен-2, будьте готовы к выдвижению. Задача по охранению выполнена. Выдвигаемся на запад к шоссе через центр этого города.