Страница 83 из 129
– Что значит «с отклонениями»? Что значит «останется инвалидом»? – запаниковала Самира. В ее глазах нарастали ужас и разочарование одновременно.
– А вот то и значит, дорогуша. Диагноз – детский церебральный паралич тебе ни о чем не говорит? Внутриутробная гипоксия на протяжении всего периода беременности и родовая асфиксия повлекли за собой такой плачевный результат. Ты как рожала? Ты даже тужиться не хотела, себя жалела. Ребенок чуть не задохнулся, но успел пострадать, пока выходил. Мы сделали все возможное, остальное дело за детскими врачами, – проговорила доктор и вышла из родильного зала. У Самиры началась истерика. Лежа на кресле, она кричала, ударяя кулаками подлокотники кресла. Она кричала на врачей, что это их вина, это они искалечили здоровье ее сына, но было уже бесполезно. Истина остается истиной, даже если мы не хотим в это верить. Девушка была в глубочайшем отчаянии, чувствуя себя беспомощной и несчастной. Однажды она даже поймала себя на том, что доктор была права, что лучше бы ему умереть, но потом одернула себя, вспомнив, что она его мать, и как вообще может думать о таком?
Конечно же, она не сомкнула глаз в эту злополучную ночь до самого утра, находясь в палате совершенно одна. Было достаточно времени о многом подумать и переосмыслить все. Пару раз она вспомнила Джаннет и ту маленькую девочку, место которых заняла в жизни и доме их семьи. Думала о Мурате, которого стала ненавидеть в какой-то степени. Все взвешивая «за» и «против», в конечном итоге приводило ее к ней самой. Ища все причины происходящего на стороне, она в конце концов находила себя. Но это была Самира, и ей было несвойственно признать себя виноватой в чем-либо, она привыкла считать себя жертвой всегда и во всем, и умело навязывала эти взгляды другим. Ее тщеславие и безукоризненная верность своим амбициям не позволяли винить в чем-либо себя.
Утром Мурат, узнав о случившемся, сразу поехал в больницу. Врачи объяснили ему все как есть. Ребенку нужна была реабилитация, для этого его положили в палату интенсивной терапии, Самиру также оставили в больнице. Впрочем, ее дома никто и не ждал, так как она и так там особой роли не играла, жила как привидение. За весь месяц их пребывания в больнице Мурат постоянно навещал их, обеспечивая всем необходимым ребенка и ее. Когда жизни ребенка уже ничего не угрожало, их выписали. Врачи предупредили, что состояние малыша может ухудшиться в любой момент. Из-за повреждения черепа во время родов его мозг был немного задет и может произойти непредсказуемое.
Что Самире оттого, что она теперь дома? Разве это изменит ее проблему? С больным ребенком на руках, который даже не сможет самостоятельно сосать грудь и пить, не говоря уже о другом, ей предстоит пройти весь жизненный путь, ухаживая за ним как за новорожденным. Она никогда не представляла свою жизнь настолько привязанной к дому и к уходу за ребенком. В ее планах было нанять няньку малышу чуть ли не с первого месяца и сразу выйти с мужем на работу. А что сейчас? Кого она наймет? Ведь ему нужен не только материнский уход, но и медицинский. Мурат смотрел на это терпеливее. Смотря на сына и жену, он винил себя. «Они не заслужили такого, – думал он. – Я совершил подлость, а расплачиваются за это мои жена и сын. Они не виноваты ни в чем», – мучил он себя этими мыслями постоянно, пытаясь отвлечься на работе. Но это не было решением проблемы, и, возвращаясь домой, его ждали больная мать, сын-инвалид и «измученная от всей нагрузки» жена. Самира больше преувеличивала жалуясь на жизнь, чтобы заставить его жалеть ее. Как же она была этим похожа на свою свекровь. Мать Мурата уже почти не вставала, силы совсем стали покидать ее. Рабия стала приходить каждый день, так как матери нужна была помощь даже в походе в туалет. Дочь помогала ей садиться на биотуалет, выходить старуха уже не могла. Они с матерью жили как «отдельное государство» в одном дворе. Никто не обращал на них внимания. И как справляется Рабия с мамой и остальным, совершенно никого не волновало. Мурат так и не выполнил просьбу матери о разговоре с Джаннет из-за внезапно появившейся проблемы, связанной со здоровьем сына. А потом и вовсе забыл. Только сегодня, когда он в очередной раз мимоходом решил заглянуть к матери, он вспомнил тот разговор с ней. Только сейчас он заметил, как она изменилась. Женщина стала выглядеть на десять лет старше, сильно похудела и стала совсем бледной. Увидев сына, она очень обрадовалась, пытаясь с трудом присесть на кровати.
– Мурат, ты совсем перестал навещать мать, хоть и живем в одном доме, совсем забегался. Занятый своими делами бедный мой сын вовсе забыл о просьбе матери, – она говорила тихим полухриплым голосом еще более ласково, чем раньше.
– Мама, извини, я совсем забыл. Как ты себя чувствуешь? Ты совсем бледная, – тревожно сказал он.
– Нормально чувствую. Я в порядке.
– Ты хоть ешь что-нибудь? Ты совсем бледная и сильно похудела.
– Ем. Все хорошо. Как малыш? Почему Самира мне его не показывает? Я что, не могу посмотреть на внука? – беспокойно спросила мать.
– Можешь, конечно. Сейчас скажу ей принести.
– Он в порядке? Как здоровье ребенка?
– В порядке, в порядке. Не волнуйся. Сейчас скажу принести.
– Ты сможешь сделать то, о чем я тебя просила тогда, сынок? Я боюсь не успеть, – умоляюще попросила она.
– Куда успеть? Мать, ты что? Прекращай немедленно. Ты у нас сильная, еще будешь внуков провожать в школу, – бодро ответил Мурат, но Айшат это не впечатлило. Она хорошо знала свое состояние. Увидев ее грустное лицо, он добавил: – Я сегодня же попытаюсь хоть как-то связать вас. Привести ее не получится, она далеко, но по телефону постараюсь. – На лице матери появилась надежда. Уж очень сильно она чувствовала вину за собой, боясь ответа перед Всевышним, с которым предвещала встреча уже, как она чувствовала, в ближайшее время. Зная, что этим не искупить своей вины, она хотела хоть немного снять этот груз, что так терзал ее душу.
Джаннет была слишком сильно увлечена своей работой и активно занималась оформлением заказов, что-то печатая в ноутбуке. На телефон пришло сообщение от Амира:
– Забрать Анису из сада?
– Можно. Но нужно предупредить няньку. Они тебя ведь не знают.
– Через пару минут я буду внутри, у тебя есть время предупредить ее. – Она тихо усмехнулась про себя из-за его настойчивости.
– Ок. Сейчас предупрежу. – Позвонив няньке в сад, она объяснила, что за девочкой придет ее родственник, описав его.