Страница 82 из 129
– Мама, она слишком далеко сейчас – в Турции, и говорить она со мной ни за что не захочет. Я уже как-то пытался. Я, конечно, попытаюсь дозвониться, достучаться до нее, но не обещаю. Но зачем все это сейчас, не понимаю. Поезд давно уже ушел. Выздоравливай, – с этими словами он вышел. Старуха разрыдалась. Раньше никто бы не смог сказать, что Айшат способна так отчаянно и беспомощно плакать, но она понимала серьезность всех этих обстоятельств и понимала, какую ответственность несет за это тоже. В тот момент, когда Джаннет, как никогда раньше, нуждалась в ее поддержке, она первая отвернулась от нее, вышвырнув ее и свою внучку из дома. Тогда эта женщина не придавала значения качествам своей невестки, не видела в ней искренности и доброты, трепетного внимания и ухода. Все это ей тогда казалось естественным явлением и что ничего особенного она для нее не делала. Но мы всегда начинаем ценить то или иное, когда теряем. Это так. И это касается каждого из нас. Пока мы владеем чем-либо, нам кажется, что это так и должно быть и по-другому быть и не может, но, лишь потеряв, мы понимаем, что в руках у нас был драгоценный самородок, который мы упустили своими же руками. Когда Джаннет выполняла все, что требовалось от нее как от невестки и жены, всем казалось, что она делает это не потому, что она такая отзывчивая и добрая, а потому, что знает, что это ее прямая обязанность и что по-другому она и не может. Куда ей деваться? Но плавные меняющиеся течения обстоятельств показали каждому соучастнику во всей этой несправедливости, что всегда может быть по-другому и всегда может быть хуже. И Мурат, и Рабия, и Айшат теперь прекрасно понимали, что имели в своем доме просто доброго и порядочного человека, который также являлся членом их семьи и искренне относился к каждому, а не невестку, которая делала все для них из-за обязательств перед каждым. Но Джаннет продолжала бы все это делать и сейчас, не переоценивая себя, просто потому, что она такая, какая есть, но никто так и не понял бы этого и до сегодняшнего момента, не случись в их жизни тех непредвиденных событий.
Полный парадокс заключается в том, что самая главная участница и организатор всего этого «мероприятия» не была довольна своей жизнью. Не о такой жизни она мечтала. Ходить, изнемогая из-за беременности и не получая должного ухода и внимания от человека, ради которого она пошла на такой страшный поступок, – это не то, к чему она стремилась. Дома старуха, которая все время ноет от недомогания, и полно обязанностей, которые все лежали на ее плечах, но которые она пока на себя ни разу не взяла, как должна это сделать каждая домохозяйка и хранительница очага. За все время пребывания в этом доме она ничего не успевала. То это было по причине бесконечного ухода за своей внешностью и плотного якобы графика работы, то по причине беременности. Еженедельные косметические, а то и генеральные уборки по дому проводила Рабия, так как не могла бросить свою мать в таком положении и одиночестве. За все время проживания здесь новая невестка всего несколько раз приготовила полноценный ужин или обед, чтобы можно было поесть человеку. В основном все было пригоревшим или безвкусным. Но и в этом ее никто не упрекал, а упреки и бурчание свекрови никто и не воспринимал. И, несмотря на все эти снисхождения, – это не то, что хотела в своей безоблачной жизни Самира. И беременность она не планировала так рано, пошла на это из-за риска потерять Мурата по причине наплывающей напряженности. Всегда нужно подстраховаться, считала она. Девушка была уверенна, что во всех своих затеях она все рассчитывает и учитывает, но у Всевышнего все не рассчитаешь. У Него все давно расписано, но, к сожалению, это не все понимают, идя на свои гнусные и безбожные поступки.
Под утро раздался звонок. Мурат ответил. Ему сказали, что это звонят из роддома и что у его жены отошли воды. Он спросил, что нужно, и сказал, чтобы в случае чего звонили ему, после чего снова уснул. Медсестра позвонила по просьбе Самиры, которая ожидала, что он сразу же приедет с сестрой для поддержки. Но и его сестра не могла приехать, оставив малыша на больную мать, и свекровь, естественно, не в состоянии была там находиться. А мужчинам и вовсе делать нечего у дверей роддома, соответствующий менталитет этого не позволяет. Девушка осталась сама с собой и со своим малышом. Она еще какое-то время ждала звонка от мужа, но он так и не поступил, и ее отвели в родильный зал. Роды проходили тяжело. Из-за полного отхождения вод они были сухими и она не могла вытолкнуть плод во время кратковременных схваток. Процесс продолжался долго. Врачи опасались за жизнь малыша, которому еще в утробе по УЗИ предположительно ставили не очень хороший диагноз. Обвитие пуповины вокруг шеи и живота повлекло за собой сильную гипоксию, ребенок задыхался, и ее стали быстро готовить к операции. Но в последний момент, собрав все усилия, она сделала последние потуги и ребенок вышел. Его унесли и реанимировали. Малыш не закричал и был весь синий.
– Мальчик? – спросила, еле дыша, Самира, не понимая неважности на этот момент своего вопроса.
– Мальчик, – хладнокровно ответила врач. Ее недолюбливал персонал всей больницы, включая и родильное отделение. Хоть она и работала в отделении хирургии, но хорошо успела себя показать не с хорошей стороны и здесь. Немало было инцидентов между ней и другими коллегами. Она везде успевала внести свою лепту, отбрасывая назад всех на своем пути к росту карьеры и для достижения своих целей. К примеру, еще пару лет назад ассистентом Мурата была другая врач, некая Тамара. Образованный, высококвалифицированный врач с большим карьерным успехом, которая и не успела понять, как оказалась за пределами больницы. На фоне стресса девушка тогда еще уехала работать в другой город.
Счастливая мать уже ни о чем не думала, кроме о том, что родила сына Мурату и что теперь он точно принадлежит ей и будет носить ее на руках. Но ее грезы быстро разрушили слова врача, которые прозвучали как гром среди ясного неба:
– Сейчас, мамаша, тебя не должно волновать, мальчик это или девочка. Должна сообщить тебе как матери, что сейчас врачи борются за жизнь ребенка и что он родился с большими отклонениями и останется инвалидом на всю жизнь, если вообще останется жить. Прости меня, Всевышний. По мне, так лучше умереть в раннем возрасте, чем всю жизнь так мучиться. – Многие доктора, конечно, отличаются хладнокровием, но сегодня эта врач показала высшую степень его, хоть и сказала чистую правду.