Страница 64 из 129
– О, и размер подошел как! – воскликнул довольный Амир. Джаннет направилась к плите, чтобы налить себе чай в кружку, но почти сразу почувствовала, как сзади Амир подошел так близко, что между ними не оставалось и полшага. У Джаннет сильно застучало сердце, когда она почувствовала его дыхание у себя за спиной, и она не решалась даже пошелохнуться от непонимания его действий, но спустя пару секунд парень нежно содрал этикетку, небрежно висящую на ее спине, и протянул девушке.
– Ты забыла снять этикетку. – Джаннет глубоко вздохнула.
– Ой, я… я и не заметила, – улыбнулась Джаннет, повернувшись к нему лицом. Но Амир стоял на месте и смотрел ей в глаза, пока Джаннет не отошла в сторону, обойдя его.
– Я поднимусь с чаем наверх и там попью, – сказала она.
– Хорошо. Конечно, как хочешь. А Аниса уже побежала разбирать игрушки. Она пока побудет здесь, пусть немного поиграет, а я ей помогу разобрать железную дорогу. Если ты не против, конечно.
– Я не против. Похоже, сегодня и так уже сна не будет даже у ребенка… – обернувшись, с легкой улыбкой сказала Джаннет, когда поднималась по лестнице.
– Оу, Джаннет. Завтра в 11-ть у меня пара дел на работе. Примерно на полчаса, плюс-минус. Может, пойдете со мной вместе с Анисой? Я вам город покажу, а заодно и закупимся в супермаркете к приезду родителей.
– Даже не знаю. Можно. Хорошо.
– Вот и отлично. До завтра тогда.
– Аниса! – обратилась она к девочке. – Через десять минут я тебя жду наверху.
– Хорошо, мам, – ответила она, не поднимая головы.
Утро для них наступило поздно. Джаннет проснулась только в 9:15, нужно было уже готовиться, так как она обещала Амиру, что они с Анисой пойдут с ним. Через 10 минут девочки уже спустились вниз. Джаннет вошла на кухне, где Амир уже допивал свой кофе.
– Доброе утро, – поздоровалась она с ним.
– А, вы проснулись. Доброе утро. Выспались?
– Да еще бы, встали чуть ли не под вечер.
– Да вы же вчера не спали почти до четырех. Готовы? Через полчаса выйдем.
– Ага. Почти.
На Джаннет было красивое, немного свободного покроя прямое платье мятного цвета и цветной платок с элементами мятного, сиреневого и бежевого цветов, которые гармонично сочетались с платьем и ботинками. Бежевое пальто прекрасно дополняло образ. На Анисе было зеленое платье с цветочным принтом и коричневая кожаная курточка на замке. Когда девочки вышли за калитку, Амир их уже ожидал, стоя у машины. Высокий, спортивного телосложения молодой мужчина в кипенно-белой футболке, черных прямых, слегка зауженных книзу брюках и кожаной черной куртке. Его безупречно стильный образ дополняли очки-авиаторы, которые идеально гармонировали с его прической и образом.
– Ну что, поехали?
Амир направился по улицам, затем выехал на шоссе.
– У меня кое-какие дела по работе, как я и говорил, буквально на полчаса, максимум на час. Вы можете за это время сделать покупки. Я вас заберу в супермаркете прямо напротив нашего объекта, что мы строим.
– А что вы строите? – внезапно спросила Аниса.
– Строим что? Школу. Будет скоро новая школа, чтоб многим детишкам было где учиться.
Амир остановил машину у дверей супермаркета.
– Вон, видите, стройка через аллею и дорогу? Там я буду. Если хочешь Джаннет позвони, как закончишь.
– Хорошо.
Прошел почти час, когда девочки закончили с покупками. Было всего два небольших пакета, и Джаннет решила, что они сами смогут подойти к месту работы Амира, чем отвлекать его и звать сюда. Когда они вышли из магазина, Аниса заметила исламский магазин и попросила маму пойти туда. Джаннет в недоумении согласилась с дочкой и повела ее. Подойдя к прилавку, Аниса взяла белую вязаную крючком тюбетейку и бархатный молитвенный коврик черного цвета с белым полумесяцем и звездой по краю и белой бахромой. Аниса, умный не по возрасту ребенок, шепнула маме, чтобы та попросила уложить это все в красивый пакет. Довольная девочка взяла пакет и вприпрыжку вышла из магазина. Джаннет улыбаясь последовала за ней. Подойдя к строящейся школе примерно на двадцать метров, девочки сразу заметили Амира в компании с несколькими молодыми людьми, которые увлеченно что-то обсуждали.
– Давай присядем вон на ту скамейку, – предложила Джаннет дочке. Девочки присели и решили дождаться своего сопровождающего. Скамейка находилась на аллее, прямо напротив школы через неширокую дорогу. Пока Аниса разглядывала все вокруг, Джаннет незаметно для самой себя стала наблюдать за Амиром, который увлеченно, но в то же время очень профессионально объяснял план действий. Наблюдая, как Амир объясняет, размахивая руками, Джаннет немного засмеялась, как обычно, прикрыв рот рукой, и, как совпало в этот момент, Амир заметил их и заметил, этот ее жест. Он улыбнулся и сначала немного смутился, застыв на секунду, а затем продолжил разговор с коллегами, иногда бросая взгляд на девушку. Его поведение заметил рядом стоящий молодой мужчина сухого телосложения, выше среднего роста. Одет он был в строгий стильный костюм с галстуком. Короткая стрижка, темные очки, натертые до блеска ботинки. Было видно, что парень из успешных людей.
– Кто это? – спросил он Амира.
– Кто?
– Это, – показал он головой в сторону Джаннет. – Ты их знаешь?
– Да, они временно проживают у нас.»
– А, так это и есть твоя гостья? Так вот какие они.
– Да. Джаннет и ее дочка Аниса.
– Оу. Понятно. А почему они здесь? Она замужем? Где ее муж?
– Он бросил ее.
– Бросил? В смысле? Почему?
– Ладно. Это не важно. Оставим этот разговор.
– Но почему? Ты мне не доверяешь? Мы же друзья!
– Нет, доверяю. Просто я не могу, это ее история. Ее оклеветали, она мне доверилась и… я не могу. Ладно, забудь.
– Ами-ир! Не могу поверить. С первого курса университета, с первых дней мы работаем и воплощаем в реальность все наши задумки и планы, а здесь ты мне не доверяешь в такой ерунде. Она тебе никто, а я твой друг. В чем дело, Амир? Я ни словечком никому.
– Я не могу… Девушка невинна, ее оклеветали. Из-за этой клеветы ей угрожали жизнью ее же близкие, и ей пришлось бежать. На время. Сейчас все выяснится и она вернется в семью.
– А в чем ее оклеветали?
– Да ну, Закир. Не заставляй меня. Я обещал молчать.
– Так я ведь никому ничего не скажу. Я не подведу тебя, даю слово. Ну же? В чем ее оклеветали? Просто любопытство, ничего личного.