Страница 52 из 129
– Я докажу им, что невинна, посмотрим, что он мне скажет и как поведет себя после. Послушай, Амина, я не могу и не должна здесь больше оставаться. Я хотела вернуться домой, но, вижу, следует немного подождать.
– Я созвонюсь со своей мамой, чтоб она, в свою очередь, созвонилась со своими в Турции, и пока поедешь к ним. Переждешь у них, пока все не наладится.
– Вижу, что пока другого варианта нет. Как же я хочу домой. Надолго ли хватит моих нервов и терпения на все эти перемены и переезды? Почему я просто не могу оставаться у себя дома, со своими родителями и родными? Что же это за испытания меня преследуют в последнее время? – расплакалась Джаннет.
– Немного потерпи, родная, это все временно. Все наладится. Я позвоню тебе после разговора со своей мамой и дам знать, когда ехать. И, кстати, Рустам сегодня говорил, что скинет тебе деньги. Так что по поводу денег тоже не беспокойся. Давай, Джаннетик. Позже свяжемся. Целую тебя.
Так прошла неделя, а от Амины не было ни весточки. Джаннет с каждым днем все больше чувствовала себя неловко, словно лишняя в доме, особенно со стороны Мананы. Она всячески пыталась избегать столкновений с Бадри, чтобы не давать повода злиться его матери. Ожидая звонка от Амины, девушка не находила себе места. Бадри даже не подозревал об их разговоре и не думал, что Джаннет собирается покинуть их дом. Конечно, рано или поздно это по-любому случилось бы, но, возможно, не так скоро, если бы не влияние его матери.
Наконец в комнате Джаннет раздался звонок. Все в этот момент ужинали, включая Бадри и детей. Услышав звонок, Джаннет дернулась с места, чтобы встать.
– Ждешь важного звонка? – улыбаясь спросил Бадри, посмотрев на нее влюбленными глазами.
– Да… То есть нет… Просто, наверное, с дома звонят.
– Тогда перезвонишь позже… Можно же?
– Аха. Ладно, – согласилась Джаннет, поймав наблюдающий взгляд госпожи Мананы.
После ужина Джаннет быстро убралась на кухне, чтобы скорее посмотреть, кто звонил. Было два пропущенных от Амины. Джаннет сразу набрала ее.
– Алло. Добрый вечер, Джаннет. Как ты? Как наша Анисочка?
– У нас все хорошо. Как дома? Как мама, папа?
– Не переживай, Джаннет, все живы-здоровы. Все хорошо. По тебе безумно скучаем, по нашей малышке.
– Хм. Да, я тоже безумно скучаю по вам. Но какой толк в этом, если я не могу вернуться домой? Я так хочу вернуться. Амина, я не могу здесь больше оставаться, и это не мои капризы, поверь. Я здесь лишняя.
– Почему? Тебя обижают? Сын хозяйки сказал тебе что-то обидное?
– Нет, ко мне очень хорошо здесь относятся, но я не хочу и не могу объяснять, мне просто нужно уехать.
– А-ам. Да-а. По этому поводу я как раз тебе и звоню. Мама моя звонила своему дяде в Турцию, они с радостью готовы вас принять. Ты можешь отправляться хоть завтра.
– Они? В смысле – они? А кто еще?
– Дядя мамы со своей женой и их сын. Они абсолютно не против вашего приезда.
– Хм. Понятно. Ладно.
– Деньги тебе, наверное, уже прислал Рустам. Остальное мы объясним. Завтра я позвоню.
– Ок. Тогда до завтра. Целую. И поцелуй мамочку за меня.
– Конечно. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Перед сном Джаннет решила выйти во двор и посидеть на качелях. Аниса уже спала. Накинув кардиган, девушка тихо вышла на задний двор. Глубоко вдохнув свежий осенний воздух, она присела на качели. Плакать или смеяться? Джаннет пыталась разобраться в своих мыслях или чувствах. «Истязать себя из-за Мурата есть ли смысл? Все уже и так решено и сделано, и он сделал свой выбор и сделал быстро. Нет никакого смысла биться головой об стену и рвать на себе волосы. Нужно продолжать жить ради жизни, ради себя, ради Анисы», – успокаивала она себя.
Вдруг неожиданно Джаннет почувствовала, как качели стали покачиваться. Обернувшись, она увидела Бадри со своей обнаженной белоснежной улыбкой.
– Слишком сильно? – спросил он.
– Ам-м. Что, прости?
– Слишком сильно качаю качели?
– А-а. Не стоит. Не нужно качать. И так нормально.
– Ладно. Как скажешь.
Бадри обошел качели и присел рядом. Присел достаточно быстро и близко, что Джаннет съежилась от смущения и немного отодвинулась в сторону.
– Ты всегда будешь такой?
– Какой?
– Робкой.
– А я робкая?
– А нет разве? Ты всегда застенчивая, не любишь просить ни о чем. Зажатая немного, извини, конечно, за прямоту.
– Не знаю, – пожимая плечами, ответила Джаннет. – Я уже не знаю, какая я… Никакая, наверное, я. Никакая.
Бадри повернулся к ней лицом и, смотря прямо в глаза, сказал:
– Ты лучшая, Джаннет. Ты потрясающая и очень хорошая. Ты особенная девушка, и это в тебе больше всего меня притягивает. Ты нужна мне, Джаннет, пойми, нужна мне очень.
– Я уезжаю, – прервала его Джаннет, не давая продолжить. – Завтра, скорее всего.
– В смысле – уезжаешь? Как это – уезжаешь? К-к-куда? Почему?
– Я должна. Должна, пока не поздно.
– Пока не поздно? Не поздно для чего? Зачем уезжать? Почему ты так решила? Ты хочешь вернуться? Но ты же сама говорила, что не можешь вернуться. Я тебя совсем не понимаю.
– Я не домой еду. Я еду в Турцию на какое-то время к родственникам своей невестки.
– Не делай этого, Джаннет, прошу. Я смогу тебя отговорить?
Джаннет отрицательно покачала головой:
– Не надо меня уговаривать. Я не люблю, когда меня уговаривают, чувствую себя неловко – и тем более не в этом случае.
– Я заметил, что ты этого не любишь. Я знаю… Я не нравлюсь тебе и никогда не нравился. Так ведь? Я не в твоем вкусе, и давно это понял.
– Это не так. Дело не в том, нравишься ты мне или нет. Я должна уехать, пойми. И дело не в тебе.
– А в чем тогда дело? – раздраженно спросил Бадри. – Что тебя заставило так неожиданно и резко поменять свое решение? Ты же до этого ничего об этом не говорила. Что подтолкнуло тебя? Кто-то тебя вынудил? Может, мама моя чем-то обидела тебя?
Джаннет, резко посмотрев на него, ответила:
– Нет-нет, госпожа Манана ничего плохого не сказала. Она очень хорошо ко мне относилась. Я сама так решила. Это мое решение, мое.
Бадри кивнул головой:
– Я понял тебя и не вправе мешать. Поступай, как считаешь нужным.
– Спасибо тебе большое. Спасибо, что не злишься, что с пониманием отнесся.