Страница 39 из 129
Все разошлись. Тему забыли, только Мурат в эту ночь не мог сомкнуть глаз. Он очень скучал по ним и уже не мог отрицать этого самому себе. Он рассматривал все ходы, выходы, как поступить. Его нерешительность и податливость женским амбициям не давали ему решать свои жизненно важные вопросы. Он вырос в семье, где порядки устанавливала женщина, а именно его мать, и если она что-то решила, то, даже если все пойдет против, она сделает свое вопреки всему. Так было и в этот раз.
Наутро, когда Мурат ушел на работу, Айшат, несмотря на свою хворь, побежала к старейшине, чтобы снова поднять вопрос сватовства Самиры. Она места себе не находила, боясь, что даже за сегодняшний день Мурат что-то предпримет, чтобы вернуть Джаннет. Шагая, немного как бы пошатываясь из стороны в сторону то ли из-за полноты, то ли из-за больных ног, женщина, сама себя опережая, поспешила к старейшине рода – Хамзату.
Выслушав всю ситуацию, старик не стал все спрашивать подробно, так как предполагал, что старуха уже все сама предусмотрела, и пообещал сегодня же послать в дом Самиры человека, для того чтобы изначально затронуть тему сватовства. Это делается для запроса на разрешение сватовства, если можно так выразиться. Старик Хамзат послал свою уже зрелую дочь Раису и сына Умара. Женщина та хорошо и харизматично умела приукрасить любую ситуацию, и похвалить семью Мурата не составило ей никакого труда. Но самое интересное в этой истории было то, что здесь и не нужны были усердия. Сама Самира и ее семья только и мечтали, чтобы породниться с ними, но мать девушки убедила пришедшую, что немного ошеломлена неожиданным визитом гостьи и ее вопросом, отчего не сможет сразу решить. Посоветовавшись с родней, она обещала в ближайшее время дать ответ. Та, в свою очередь, взяла у нее слово о скорейшей доброй весточке.
Передав весь разговор отцу, Раиса обнадежила его, вероятно, положительным ответом. Хамзат немедленно передал весть своей родственнице Айшат.
В этот день и вечер Айшат не находила себе места. Она и вовсе забыла про свое недомогание и созвала дочерей, чтобы обсудить вопрос о сватовстве. Довольной в этой теме оставалась только Рабия, Раяна же, что уже не секрет, недолюбливала Самиру за ее меркантильность, которую она видела невооруженным глазом. Пока мать и старшая дочь на эмоциях бурно обсуждали тему, Раяна незаметно вышла из комнаты матери и направилась в комнату брата. Постучавшись к Мурату, она вошла. Тот лежал на кровати, прикрыв изгибом руки лицо. Одна нога упиралась в пол, другая лежала на кровати. Видно было, что он абсолютно не расслаблен и прилег недавно.
– Мурат, – шепотом позвала его сестра. Мурат убрал руку с лица и, немного прищурив глаза, посмотрел на Раяну. Затем он приподнялся и сел на кровать, опустив обе ноги на пол, показывая девушке рукой на место рядом с собой.
– Мурат, братишка, ты в последнее время сам не свой. Что тебя гложет? Может, поделишься?
Он пожал плечами, но ответил, что все в порядке, и замолчал.
– Ты скучаешь по ним? Да?
Он посмотрел на нее с удивлением на лице. Может, он удивился оттого, что она попала в точку, или оттого, что заговорила так прямо, но где-то ему даже и понравилась начатая тема, хоть он и не был особо щедр на ответы.
– Мурат, родной, ведь ты тут совсем не виноват. Разве могли мы предположить, что в нашей семье такое может произойти? Ведь никто и не хотел ничего подобного. Ты, наверное, в чем-то себя винишь, но ты тут ни при чем, поверь. Я, конечно, любила Джаннет, а Аниса была моей душой, но Джаннет сама испортила свою жизнь. Никто здесь ей не виноват.
Мурат снова молча, но уже без эмоций посмотрел на сестру, словно на его лице было изображено разочарование, словно он ожидал от нее другого разговора, а услышал то же самое, что и от других. Немного потянув паузу, он ответил:
– Я в порядке, Раяна. Все хорошо. Спасибо за заботу, но не стоит. Все нормально.
Раяна погладила его по голове, прижала свою голову к его плечу, пытаясь как-то успокоить.
– Ты в курсе, что мама сегодня снова посылала людей по вопросу сватовства Самиры?
– В смысле? Каких людей?
– Да. Сегодня она ходила к старику Хамзату, чтоб тот снова… ну типа замутил это.
– Оф-ф-ф. Мама-а-а! Мама-а-а! Да что за женщина! Сказал же ей пока эту тему закрыть. Что за упрямство?
– Тебе она нравится? Ты испытываешь симпатию к Самире?
– Что? В смысле? Ты о чем?
– Тебе нравится Самира как девушка? Как женщина? Ну не знаю – как человек вообще?
– Да при чем тут это? Какое «нравится»? Я вообще не думал об этом. Да, она умная, симпатичная, на работе старательная, приветливая, отзывчивая, и у нее много качеств, но я не думал о ее качествах как о качествах женщины, которая меня интересует. Просто хороший человек и мой коллега. И все.
– Зато она так не считает. Спит и видит, как повеситься на тебя. Уже все ходы и выходы перепробовала. Через маму ей легко это далось: пара сумок с гостинцами – и мама куплена с потрохами, сестра так вообще дурочка, тает от пары добрых словечек Самиры. Только меня она не обманет. Я ее хитрости вижу за версту.
Мурат улыбнулся. Ему показалось забавным ее эмоциональное описание Самиры.
– И чем же она себя так проявила? Что ты прямо ух какая злая? Ах-ах, – засмеялся он. – Ты смотри, прямо ведьму описала.
– Нет, не ведьму. Но далеко она от нее не отстает. Ты в курсе, что она была замужем?
– Замужем? Серьезно? Нет, и не слышал. Вдова?
– Нет. Не вдова. Разведенная, причем через две или три недели после замужества.
– Причина?
– Хм. Причина? Ну конечно же, несчастный брак. Жестокое обращение мужа к ней. Наркоман, пьяница, убийца и все страсти. В общем, как обычно, старая история в таких случаях.
– А на самом деле?
– А на самом деле… я, конечно, свечку не держала, но у меня есть знакомая, родственница ее бывшего мужа, она предполагает другое.
– Ну, предполагать мы тоже можем многое. Ее предположения еще ни о чем не говорят.
– Мурат, ты слепой или…
Мурат с удивлением и ухмылкой посмотрел на сестру.
– Наверное, тупой, но вразуми меня тогда, такого недалекого.
– Ну как-то странно за две недели выявить столько недостатков в муже и понять, что жизнь с ним невыносима.