Страница 37 из 129
Проходя мимо комнаты Джаннет, Бадри остановился, услышав сопение носом. Было понятно, что Джаннет плачет. Недолго постояв у двери, он решился постучать:
– Джаннет?! Джаннет, ты там?
Плач затих. В сторону двери послышались тихие шаги, и дверь осторожно приоткрылась.
Бадри посмотрел на девушку, ее глаза были красными и опухшими, а лицо измученным. И несмотря на то, что полчаса назад они спокойно разговаривали в саду, сейчас ее вид говорил о полной душевной слабости.
– Джаннет, позволь мне помочь тебе. Я не давлю на тебя и не настаиваю, но, может, ты хочешь поделиться своей печалью и сбросить камень с души? Пойми, что бы ты ни рассказала, я не буду тебя осуждать. Все выслушаю молча. А если ты пожелаешь, дам совет. Не бойся, прошу.
Джаннет снова расплакалась, опустив голову, рукой опершись об откос двери. Тихо и непрерывно она стала плакать навзрыд, не в силах успокоиться.
– Вы… Вы не… Вы не понимаете, Бадри, как мне тяжело, – еле-еле вымолвила Джаннет.
Бадри аккуратно, не касаясь девушки, направил ее к неподалеку стоявшим креслам, показывая жестом, чтобы она присела. Джаннет присела, но не поднимала взгляда. Парень сел рядом, но не слишком.
– Я слушаю, Джаннет.
Джаннет, немного помолчав, продолжила:
– Я неприхотливый и непридирчивый человек, от жизни никогда многого не требовала. То, что мне посылалось судьбой, с тем и соглашалась, тем и довольствовалась. Я была покорной женой и невесткой и не жаловалась. Меня все устраивало. – Джаннет немного остановилась, так как слезы немного блокировали дыхание. Затем она продолжила: – От мужа ничего не требовала. Не задавала лишних вопросов. И я любила его, любила его дом, жизнь с ним и всем была довольна. И я знаю, что он тоже был доволен мной как женой. Он любил дочку, ко мне относился неплохо. Да, он был не из романтиков и не из самых вежливых мужей, но это нормально, у нас и не встретишь Ромео, мужчины сдерживают свои чувства, и я всегда ссылалась только на это. Как я сказала ранее, меня все устраивало. Все шло гладко и хорошо, шло до тех пор, пока ему почему-то не взбрело в голову проверить тест ДНК на отцовство. – На этих словах Джаннет прикрыла лицо рукой от удивления, которое каждый раз настигало ее при мысли об этом. – До сих пор меня бросает в шок, когда начинаю думать об этом. Бадри, извините, давайте оставим этот разговор. Мне неловко говорить с вами об этом. Да и зачем вам это нужно? Зачем вам забивать голову чужими проблемами?
– Все хорошо, Джаннет. Все нормально, – успокаивал ее Бадри. – Не волнуйся. Продолжай, я внимательно слушаю.
– Тест показал, что наша дочь не является его. Вы только представьте, Бадри. Разве такое возможно? Разве такое бывает? Я ни разу даже в глаза чужого мужчины не смотрела, ни разу не заговорила ни с кем, а тут на тебе – такое. Я сначала подумала, что тест ошибочный, но Мурат проверил сам, позвонив в эту лабораторию, где проводили тест, а затем мой брат сам лично поехал туда и проверил. Все подтвердилось. Я грешным делом даже на минуту подумала, что Анису случайно подменили в роддоме. Иногда такое случается по ошибке акушеров, но не-е-ет, это невозможно. Аниса мой ребенок. И в этом нет никаких сомнений. Я это чувствую. Я это знаю. Но Мурат. Мурат почему-то это не почувствовал. Он сразу отвернулся от нее, хотя как сильно любил и как сильно она любит его. Вся моя семья засомневалась во мне. Мой брат Рахим чуть не задушил меня и хотел довести дело до конца, если бы его не остановили. Мама и папа разрывались между нами, пытаясь как-то решить ситуацию. Хотя я знаю, что они уже поверили в то, что моя дочь не от мужа, но просто не могли позволить причинить мне боль, так как родители очень любят меня. Лишь один мой младший брат и невестка поддержали меня. Они ни разу не усомнились в моей честности и не упрекнули ни в чем. Они и помогли мне уехать. Рустам сказал, что не оставит это так. Он обязательно выяснит, что к чему.
– Джаннет, меня интересует только один вопрос: они перепроверили тест в других лабораториях или ссылались только на одно тестирование?
– Они, наверное, перепроверили, но даже если и проверили, то только в той же лаборатории.
– А у вас были недоброжелатели? Ну, например, те, кто хотел вашего расставания, разлада?
– Вроде нет. Я не знаю таких.
– Это может быть посторонняя женщина, имеющая виды на твоего мужа, или кто-то еще.
– Не. Не думаю. Кто может иметь виды на женатого мужчину? Да еще способный на такие козни против семьи?
– Очевидно, Джаннет, ты плохо знаешь людей, – Бадри посмотрел на девушку улыбаясь. – Ты сама слишком открытая, чистая и искренняя, поэтому не ожидаешь ничего грязного и подлого от других. А подлых людей немало, к сожалению. Ну, это, конечно, мои предположения. Домыслы, как говорится. Не бери в голову. – Бадри с улыбкой снова взглянул на девушку и предложил: – Джаннет, нужно перепроверить тест в другой клинике и не в одной. Если бы у тебя был какой-то биологический материал твоего мужа, мы бы это легко проверили. Или был бы способ достать. Это может быть волос, слюна, кровь, хоть что-нибудь.
Джаннет отрицательно покачала головой.
– У тебя есть кто-нибудь, кто смог бы достать это?
– Кто же это сможет сделать? Моя родня живет совершенно в другом месте, и у них нет доступа к дому Мурата. А в доме Мурата никого нет, кто мог бы поддержать меня. Все вмиг отвернулись от меня.
– Жаль, конечно, жаль… – Бадри немного потянул молчание и продолжил: – Я все же что-нибудь придумаю. Если позволишь, конечно.
Джаннет снова пожала плечами, посмотрела на него и слегка улыбнулась уголком рта.
В сердце девушки появилась надежда. И она уже не знала, надежда это на то, что все наладится, встанет на свои места и она снова сможет зажить, как прежде, или это надежда просто на справедливость, на то, чтобы очистить ее доброе имя и честь семьи.
Теперь Джаннет жила только этим, надеясь на чудо. Она созванивались с Аминой для совета, та пообещала чем-то помочь. Но как она сможет помочь, если семьи порвали все связи и стали чуть ли не врагами друг другу? Дни в жизни Джаннет протекали один за другим, и все пока шло без изменений. А на родине тем временем некоторые люди не теряли времени зря, налаживая свою жизнь.