Страница 115 из 129
– Амир, мне это не нужно. Мне не нужно, чтобы он звонил, и не нужно, чтобы он приходил, меня больше не волнует ничего, что связано с ним… – Сделав небольшую паузу, она продолжила не на долго от смущения опустив взгляд: – Знаешь, когда-то я трепетно ждала его звонка, а тем более приезда, и ждала каждый день, каждую минуту. Иногда не засыпала до утра, представляя нашу с ним встречу. Это было невыносимо. И, приди он за мной тогда, даже менее года назад, я бы не задумываясь пошла за ним, несмотря на то, как он поступил со мной и как унизил меня, я все равно бы вернулась. Я так ждала его, Амир, и столько плакала, и это продолжалось долгое время – день за днем, неделя за неделей. Но сейчас все по-другому, сейчас все изменилось. Я изменилась. Жизнь изменилась. И теперь даже мысли о моем возвращении в прежнюю жизнь вызывают у меня отвращение. Я ни за что и никогда не вернусь к нему, чего бы мне это ни стоило. Он сегодня для меня не имеет никакого значения, словно короткое сообщение из прошлого, и все. И знай одно, Амир: он никогда не займет твое место для меня. Я надеюсь, ты понимаешь, о чем я. – Теперь они поменялись местами, на этот раз молча слушал Амир, боясь прервать ее. Он безропотно вслушивался в каждое слово, следя за каждым движением ее губ и глаз, а она боялась шевельнутся, чувствуя неловкость. От волнения по ее коже прошлись мурашки. Джаннет теперь точно знала, что любит его, и уже не боялась признаться в этом самой себе, но ему признаться пока еще не решалась. – В моей жизни столько происходило перемен, что я не успевала принять их и подстроиться под каждую. И возможно, я не сразу успела понять, когда со мной рядом появлялись достойные люди, которые действительно бескорыстно заботились обо мне, но это не значит, что я не ценю их. То, что ты думаешь, Амир, это не так. Тебе не стоит волноваться о том, что он все еще что-то значит для меня. Он никогда не займет твое место, я повторю это, так и знай. Теперь этого уже не изменить. – Его глаза заблестели, и взгляд изменился, на лице стала заметна радость, словно ему дали эликсир энергии, и он снова улыбнулся, как прежде, взяв ее руку и поцеловав пальцы с внутренней стороны ладони. Она улыбнулась и, аккуратно отняв свою руку, пожелала ему спокойной ночи, а затем ушла в свою комнату. Немного постояв, он тоже скрылся в своей.
На следующий день они оба были заняты делом у себя на работе, но закончили рабочий день быстро. Вернувшись домой, Джаннет занялась уборкой дома, а Амир принялся ремонтировать сломанную дверь стеклянного шкафа на кухне. Аниса была в дошкольном саду. Спустя несколько минут ему позвонили. По его разговору и реакции было понятно, что ему сообщили неприятную новость. Он кого-то ругал, обсуждая это по телефону с собеседником, а положив трубку, назвал кого-то завистливым подлецом. После завершения разговора он нервно продолжил ремонт шкафа, но вдруг неожиданно осколок стеклянной двери из-за трещины, что уже была на ней до этого, откололся и упал на руку Амира, глубоко поранив его. Девушка обернулась на шум, но он, ничего не сказав, зажал крепко руку другой рукой и пошел в свою комнату. Немного постояв, Джаннет взяла аптечку с бинтами и дезинфицирующими средствами и направилась следом за ним.
Постучав в открытую дверь, она вошла. Невольно взгляд упал на новую красивую мебель в турецком стиле и большую двуспальную кровать, на которой он сидел и пытался перевязать руку другой рукой, помогая в этом себе зубами. Девушка молча подошла и, опустившись на колени, принялась обрабатывать рану. Сняв бинт, который он уже успел как смог намотать, она обработала рану спиртом. Перед тем как начинать перевязку, она внимательно осмотрела порез и случайно заметила что-то постороннее в нем. Аккуратно вынув небольшой осколок стекла и сделав несколько нажатий вокруг раны, чтобы проверить наличие других осколков, и, снова обработав спиртовым раствором, девушка наложила бинты. Она сделала это настолько ловко и аккуратно, словно работала в сфере медицины много лет и ей приходилось это делать каждый день. В очередной раз Амир был поражен ее разносторонним умениям и навыкам. Он наблюдал за ней, забыв о своей ране и неприятном разговоре по телефону.
– Вот что мне доставляло боль и дискомфорт, когда я перевязывал рану. Я и не заметил в ней осколка. Ты так хорошо это сделала. Где ты этому научилась?
– Я не училась. Это же элементарно – обработать и прочистить рану, прежде чем накладывать бинт, – спокойно ответила она. – Ты перенервничал. Тебя что-то расстроило?
– А, ерунда. Не добьется он этого.
– Он?
– Да, Закир. Попытался прервать мои соглашения и воспрепятствовать моему сотрудничеству с той фирмой, с которой я подписал контракт в Анталии. Он во всем пытается мне препятствовать, это своего рода месть за мое, как он считает, предательство. Но не тут-то было. Придется ему показать, с кем он пытается тягаться, и доказать, что я ему не по зубам.
– Серьезные проблемы? – встревоженно спросила она, все еще оставаясь сидеть на полу на коленях.
– Не настолько серьезные, чтобы ты переживала и в твоих глазах была тревога, как сейчас, – ответил он и, взяв ее за руки, усадил рядом с собой на кровать. – Джаннет, мне придется уехать на несколько дней в Анталию и решить кое-какие вопросы. Я могу тебя попросить, чтобы ты эти дни оставляла Анису дома? – ласково попросил он. Джаннет засмеялась, опустив голову.
– Чтобы со мной снова не произошло каких-нибудь приключений. Да? – улыбнувшись, добавила она.
Амир нежно поднял ее лицо за подбородок и продолжил:
– Нет, Джаннет, не поэтому. Чтобы ты не утруждала себя, так как еще не окрепла до конца, тебе нужно еще немного поберечься. Ты выполнишь мою просьбу?
– Хорошо. Я буду ее с собой водить в ателье. Пусть сидит там.
– Спасибо. Мне будет так гораздо спокойнее, – сказал он с улыбкой и погладил ее по голове. – Ты никак не хочешь расстаться со своим платком дома. Когда же ты привыкнешь, что с тобой рядом твой муж, а не кто-то посторонний, – это прозвучало из его уст так ласково, что она от смущения быстро встала и направилась к выходу, но он схватил ее за руку и быстро потянул к себе. Оступившись, она чуть не упала на него, лишь едва успев опереться на кровать, но оказалась с ним настолько близко, что их губы чуть не соприкоснулись. Он улыбался и не двигался с места, а Джаннет, сильно покраснев, в ту же секунду оттолкнувшись от него, убежала прочь.