Страница 107 из 129
– Конечно. Вот, возьми, Джаннет, это тебя, – протянул он ей трубку.
– Джаннет, сестренка, где ты была? Соскучилась по твоему голосу. У тебя все хорошо?
– Да, хорошо, – пока еще слабым голосом сказала она.
– А почему у тебя такой слабый голос?
– Я спала. Со мной все в порядке.
– Ок, тогда я передаю маме. Она ждет.
– Доченька моя родная. Как ты? Как там моя внучка? Почему мне не звоните?
– Мамочка, все хорошо. Просто закрутилась, дни были загружены, и телефон еще сломался, – собрав все силы, говорила она.
– Главное, чтоб все было в порядке. Ты знаешь, нас сегодня пригласили в гости. Отгадай кто?
– Кто?
– Твои свекор и свекровь. Они собирают гостей и нас позвали.
– М-м. Я очень рада. Когда? Сегодня, ты говоришь?
– Да. Папа сначала отказался, сказал идти мне с Рустамом, но я потом его уговорила.
– Как папа? Как его здоровье? Я так соскучилась.
– Папа тоже в порядке. Про тебя спрашивает часто. Позвони ему.
– Да, обязательно позвоню. Как мне станет лу… Ам, как телефон заберу с ремонта. – Они поговорили и попрощались.
– Что они говорят? – спросил Амир. – Все хорошо?
– Да. Мама говорит, что их пригласили сегодня вечером в гости твои родители.
– Наши родители налаживают отношения. Они считают наш брак серьезным и хотят поддерживать родство, как подобает сватам.
– Да, – тихо проговорила она, желая коротким словом завершить разговор.
Он посмотрел на нее и не стал продолжать тему.
– Я пойду что-нибудь куплю поесть.
– Я не буду есть. Мне ничего не нужно. Просто привези мне Анису.
– Привезу, но ты должна быть в форме, когда она тебя увидит. И никаких разговоров больше.
– Ладно. Амир, скажи мне, пожалуйста, только честно, что врачи говорят о моем состоянии. Они говорили, что у меня ушиб позвоночника. Я буду ходить? Я не чувствую правую ногу частично. Мне сказали, что позвоночник не поврежден, но временно я буду в инвалидной коляске. А может, они мне недоговаривают и я на всю жизнь прикована к ней? Скажи мне правду, пожалуйста.
– Ничего подобного, Джаннет. У тебя просто перелом обеих ног и ушиб позвоночника. Это временно. Ты встанешь, даст Аллах. Не думай об этом. Просто выздоравливай, но тебе нужны силы для этого. А для сил нужно хорошо питаться. Я тебе сейчас куплю фруктов, соки и еще что-нибудь, но ты должна это есть. Хорошо?
– Хорошо, – неприхотливо согласилась она. Амир ушел за покупками, но девушка не могла ни о чем думать, она думала о своей дочке. «Завтра уже неделя, как я здесь, а Аниса неизвестно у кого, – думала она, отчего не могла найти себе места. – Уже вечер, и ей предстоит провести еще одну ночь в чужом доме». Все мысли были о ней. Через полчаса вернулся Амир с пакетами.
– Зачем столько всего? Кто это будет есть?
– Ты, конечно. Давай, тебе нужно набираться сил.
Немного перекусив, Джаннет отодвинула тарелку. Амир провел в больнице рядом с Джаннет почти семь часов. Время было почти двенадцать, когда он ушел. На следующий день он составил список всех приютов, что нашел в интернете, чтобы по порядку объезжать каждый. Лишь к вечеру ему удалось посетить четыре, но девочки нигде не было. В этот день он не заезжал к Джаннет, так как нечего было сказать о ее дочери.
На следующий день он вернулся в детский сад, чтобы подробно разузнать данные о тех, кто забирал девочку, а после направился на поиски, начав сначала. Вернувшись в организацию опеки несовершеннолетних, он потребовал позвать главного. Спустя некоторое время его пригласили в кабинет директора. Амир говорил жестко и коротко, потребовав рассказать все, но ему ответили отказом, ссылаясь на то, что он не является ни родителем, ни опекуном, и попытались доходчиво предупредить, что передадут ребенка только родителям или законным представителям, и предупредили, что в случае появления желающих для ее удочерения вынуждены будут отдать ее им.
– Через мой труп! – громко крикнул он и захлопнул дверь.
Весь оставшийся день Амир катался по городу, не решаясь появиться перед Джаннет. Но долго избегать встречи с ней было невозможно, и, набравшись смелости, он решил поехать в больницу. Медленно подойдя к палате, он услышал ее плач, после чего поспешил войти внутрь.
– Ее увезли органы опеки, а ты мне не сказал об этом ни слова?! Почему, Амир? Почему? Почему я ничего не знаю об этом, ведь она моя дочь? – измученная от рыдания, она начала говорить, едва увидев его на пороге палаты. – Я здесь лежу как на курорте, пока моя дочь получает стресс каждый день, находясь в чужом доме с чужими людьми! – Ее слезы продолжали литься ручьем. Амир молча стоял, выжидая, пока она немного успокоится.
– Я не хотел тебя расстраивать, Джаннет. Я хотел сначала ее забрать, прежде чем ты узнала бы обо всем, – виновато оправдывался парень.
– Нужно сообщить Рустаму, чтоб он приехал, – настаивала она.
– Ты считаешь, что я не способен решить эту проблему, и хочешь позвать брата из такой дали? – с обидой спросил он.
– Он ее дядя, возможно, ему отдадут ее. Они не имеют права держать ее там при живых родителях.
– Спасибо, Джаннет, за доверие, но я этим активно занимаюсь. Это не решается так быстро. Для того чтобы ее отдали, нужен законный представитель, это родитель или опекун, и твоему брату ее не отдадут без официального опекунства на нее, – он говорил сухо, но тихо. Его сильно ранили слова Джаннет, но он тщательно старался это скрыть, и, если бы она была немного повнимательнее к нему, она бы это заметила. После этих слов Амир направился к выходу из палаты, затем, обернувшись, добавил:
– Хотя есть выход и из этой сложной ситуации. Если, например, за ней приедет Мурат, ее отец, то они сразу отдадут ее ему, так как он ее законный представитель и имеет полное право забрать своего ребенка.
– Что? – с ужасом переспросила она, но Амир уже ушел. Теперь Джаннет сильно ранили его слова. Она даже и представлять не хотела, что отец ее дочери может приехать, забрать ее и увезти. В очередной раз она поняла, что снова обидела Амира и он это говорил из-за горькой обиды на нее, а не от души, и снова ее охватило отчаяние и злость на себя. «Я в очередной раз облажалась. Как я могла? Я снова ранила его. Когда же я поумнею?» – не переставая ругала она себя.