Страница 85 из 105
– Здесь нельзя сидеть – замерзните и свалитесь, – спокойно говорит ей человек за спиной.
Крепкие руки подхватывают ее под локти и помогают встать. Она плачет и осторожно пятится назад, стараясь держаться вплотную к человеку за спиной. Он уверенно ведет ее – она чувствует исходящее от него ощущение силы и надежности. Когда вода по обеим сторонам пирса мелеет, она оборачивается и падает в его объятия. Незнакомец подхватывает ее и успокаивающе похлопывает по спине. Это полицейский в униформе. На обочине стоит автомобиль с мигалкой, и еще один полицейский ждет их на берегу.
– Такие вот прогулки могут очень плохо закончиться, – внушительно произносит служитель закона и, отстранив Элин от себя, устремляет на нее суровый взгляд.
– Я просто подумала… я только хотела… – Отвыкнув от своего родного языка, она с непривычки запинается, и хорошего объяснения не получается.
– Да вы же насквозь промокли! Где вы живете? Думаю, будет лучше, если мы отвезем вас домой.
Она кивает и идет к машине. Когда она нагибается, чтобы сесть на заднее сиденье, второй полицейский кладет ей на голову свою руку, словно хочет защитить ее. Элин проводит ладонью по обивке сиденья. Опять «вольво».
– Моего папу увезли в тюрьму на «вольво», – вполголоса произносит она, но полицейские не обращают на ее слова внимания.
Они спрашивают, куда ее отвезти, и, когда она называет адрес гостиницы в Висбю, смеются, словно она прибыла с другой планеты.
– Обалдеть, – наконец резюмирует один из них.
– Летом еще попадаются свихнувшиеся туристы, которые лезут на пирс, но в ноябре подобное редкость, – смеется второй.
– Я не сумасшедшая, честное слово, можете сами убедиться. Я просто хотела подышать воздухом, – едва слышно оправдывается Элин.
Полицейские провожают ее до вестибюля. На белом как мел лице посиневшие от холода губы. Мокрые брюки прилипли к ногам, вода капает с одежды на каменную плитку, по полу тянется цепочка мокрых следов. Ботинки набухли от сырости. Алиса встречает ее громким воплем, эхом отскакивающим от стен:
– Где ты была?!
Она бросается к полицейским и устремляет выжидающий взгляд на их лица. Они отпускают руки Элин, давая ей возможность идти самостоятельно.
– Она говорит, что с ней все в порядке, но мы в этом не уверены. Хотите, мы отвезем ее в больницу?
Алиса мотает головой. Элин наклоняется к дочери.
– Я просто очень замерзла. Давай поднимемся наверх, – шепотом просит она.
– Что ты натворила, мама?
Полицейские собираются уходить.
– Нет, ничего она не натворила. Мы нашли ее на дальнем конце пирса, неподалеку от больницы. На море сейчас шторм, и волны перекатывались прямо через ее ноги. Она бы замерзла и свалилась в воду, если бы мы не сняли ее оттуда.
– Спасибо вам. – Алиса благодарно кивает.
Не попрощавшись и даже не поблагодарив полицейских, Элин устремляется к лифту. Алиса извиняется за нее и вприпрыжку несется следом.
Элин стоит, прислонившись спиной к стене, и сжимает в руке телефон.
– Почему так много пропущенных звонков от Сэма? Он же никогда мне не звонит.
Она поднимает телефон и показывает экран дочери. Восемь пропущенных вызовов. Алиса пожимает плечами и отводит глаза:
– Ты могла погибнуть, мама. Что ты там делала, на этом пирсе?
Приходит лифт.
– Ты ведь ничего ему не рассказывала? – с подозрением спрашивает Элин дочь, словно не расслышав ее вопроса. Ее руки так замерзли, что телефон выскальзывает из пальцев и падает на каменную плитку вестибюля. Экран трескается. Элин отпускает проклятие и наклоняется за ним, пытаясь ухватить.
– Ну… Он звонил сегодня утром, спрашивал, где я.
– Когда он успел заметить твое отсутствие?
– Он пришел в школу, чтобы повидаться со мной, а там ему сказали, что я взяла освобождение от занятий по семейным обстоятельствам. Он спросил, что это за обстоятельства. Встревожился, понятное дело.
– Но ты ведь ему не рассказывала?
– Я сказала ему, где мы.
– Но ведь не сказала зачем?
– Я соврала, что помогаю тебе с новым проектом. Кстати, он уже и так знал, что ты здесь родилась. Откуда ему стало это известно?
– Всего не скроешь. Он узнал об этом, когда мы поженились, – увидел в моих документах. Я ему сказала, что мои родители были здесь проездом и меня угораздило родиться именно на этом острове.
Лифт медленно едет наверх. Элин колотит озноб, она вся дрожит. Алиса стягивает с себя кофту и накидывает ей на плечи. Элин смеется:
– Что ты делаешь? Ты ее так только намочишь. Не видишь разве, на что я похожа?
– Шерсть согревает, даже когда она мокрая. Ты сильно замерла, тебя всю трясет.
– Спасибо. Какая же ты у меня умная, заботишься обо мне.
Они лежат в постели под толстым пуховым одеялом. Желтые, цвета охры, стены внушают удивительное спокойствие. Алиса заказывает в номер горячий шоколад и печенье.
– Расскажи мне поподробнее о пожаре, мама. Что тогда произошло?
Элин что-то неразборчиво мычит, натянув одеяло до самого носа.
– Я видела тело, – шепчет она и замолкает.
– Чье тело?
– Эдвин был рядом со мной, он лежал позади меня на поле. Я видела Мике, он погиб. А мама кричала и выла. Она стояла на коленях во дворе, и эхо ее воплей до сих пор раздается в моих ушах.
– Это был последний раз, когда ты ее видела?
– Да. Потом мы вместе оказались в больнице, но там мне не удалось с ней встретиться.
– Но почему ты решила, что все случилось по твоей вине? Я не понимаю.
– Мы часто разводили костер на берегу. Мы с Фредриком. В тот вечер я была одна, он уехал к своей матери в Висбю. Я развела слишком большой костер, а потом уснула рядом с ним.
– И огонь распространился дальше, – закончила Алиса.
Элин кивает, ее голос становится гнусавым, глаза наполняются слезами.
– Эрик остался лежать в сарае, в шалаше, который он смастерил вместе с Эдвином. Во время пожара вся постройка обрушилась на него. У меня был шанс его спасти, но я не могла утащить на себе двоих. Он был слишком тяжелым, и поэтому я сначала взяла Эдвина.
– Почему ты сбежала?
– Потому что все, кого я любила, погибли по моей вине.
– Но твоя мама…
– Тебе не понять. Тебе никогда этого не понять. Ты даже не представляешь, какой она могла быть в гневе. Она убила бы меня на месте, если бы узнала правду.
– Лично я не могу представить свою жизнь без тебя. Ничто бы не заставило меня расстаться с тобой.