Страница 83 из 105
Алиса перестает петь, но ее губы беззвучно шевелятся, а ноги продолжают двигаться в такт неслышной мелодии. Внутри нее всегда – музыка, всегда – радость.
Запихнув сумки в багажник, они наконец садятся в нанятый автомобиль. Алиса прилипает носом к стеклу и принимается разглядывать проносящиеся мимо пейзажи. Фермы, позади которых на скудных пастбищах пасутся серые овцы. Деревья, низкорослые сосенки с изогнутыми стволами, про которые рассказывала Элин. Большие массивы леса с редкими домами.
Элин без труда ориентируется на местности – все дороги остались прежними, ничего не изменилось. Выехав на площадь с кольцевым движением, у Норргатан она сворачивает к Северным воротам. Алиса радостно вскрикивает, завидев живописную крепостную стену. Спрятавшиеся за стеной дома выглядят как игрушечные, словно их перенесли сюда из другой эпохи.
– Неужели там живут люди? – спрашивает она с надеждой в голосе, и Элин смеется:
– Да уж, стоило приехать сюда, чтобы ты в кои-то веки увидела хоть что-нибудь, кроме небоскребов. Да, представь себе, в этих домах живут люди.
Всего три часа дня, а уже начинает темнеть. Крошечные невесомые снежинки кружатся в свете уличных фонарей. Элин пробирается вперед по узким извилистым переулкам, приближаясь к гавани и гостинице. Внутри нее все ходит ходуном, нервы как натянутые струны. От внезапного приступа недомогания кружится голова. Элин тормозит и ложится лбом на руль. Алиса открывает дверцу.
– Нет, мы еще не доехали, – говорит Элин.
– А почему тогда остановились?
– Скажи, зачем мы здесь?
– Чтобы ты побывала дома.
– Я не хочу. Я правда не хочу.
Порыв ветра вцепляется в приоткрытую дверцу и распахивает ее настежь. Алиса поскорее захлопывает ее. Холодный воздух наполняет салон. Воздух пахнет морем.
– Поехали. Доберемся до гостиницы, там и отдохнем.
– Думаю, он живет где-то здесь. Всего в паре улиц отсюда.
– Кто?
– Фредрик.
– Расскажи мне о нем. Он был твоим парнем?
– Он был лишь моим другом. Почти братом.
– Тогда, если хочешь, мы можем заехать в гостиницу и прямо оттуда позвонить ему.
Элин заводит двигатель и трогается с места. Шины мягко шуршат по камням мостовой.
– Глупости. Ведь ясно же, что я этого не хочу.
Оставшуюся часть пути они проделывают в молчании. За все время им попадается всего несколько прохожих, которые ежатся на холодном ветру в своих толстых куртках, шарфах и шапках, натянутых по самые брови. Здесь живут своей жизнью, отличной от жизни многих. Элин думает о Фредрике. Чем-то он занят целыми днями? Кем работает? Он остался жить на острове, значит, не стал космонавтом, как мечтал в детстве. Быть может, у него есть жена. Дети. Интересно, вспоминает ли он ее? Скучал ли он по ней, когда она исчезла? Или, наоборот, злился на нее за то, что она отняла у него отца? От этой мысли Элин вздрагивает.
– Элин? Неужели это ты?
Они стоят в вестибюле в окружении сумок, когда перед ними вдруг останавливается женщина – одна из служащих гостиницы. Элин вопросительно смотрит на нее.
– Ведь это ты? Элин Эрикссон? Никогда не думала, что снова тебя увижу.
Женщина похожа на привидение, внезапно возникшее перед ними из ниоткуда. Элин поспешно надевает темные очки, но Алиса тут же их срывает.
– Да, это Элин, – отвечает она по-английски и вежливо кивает незнакомке. – А вы кто?
Женщина неуверенно начинает на английском, но потом снова переходит на шведский.
–
I am Malin
… не помнишь меня? Мы ходили в один класс. Пока ты не переехала после пожара. Как это здорово, снова увидеть тебя здесь, на острове, после стольких лет. Мне всегда было интересно, как сложится твоя судьба. Ведь нам никто ничего про тебя не рассказы вал. – Малин склоняет голову набок и внимательно разглядывает Элин. – Ты все такая же и в то же время совсем другая.
Лицо Элин суровеет, вокруг рта собираются мелкие складочки. Избегая встречаться с женщиной взглядом, она тянется за сумкой.
– Мне очень жаль, но я вас не помню. Должно быть, вы ошиблись, – бормочет она по-шведски.
Алиса пихает ее в бок:
– О чем вы говорите? Кто это? Вы не могли бы говорить по-английски, чтобы я поняла?
– Не знаю, я с ней незнакома. Пойдем.
Элин решительно хватает свою сумку и тащит ее к стойке регистрации. Алиса и Малин остаются стоять. Элин слышит за спиной их негромкое бормотание, но не слушает, о чем они говорят. Получает ключи от номера и делает шаг к лифту, мечтая поскорее лечь спать.
– Мама, хватит тебе уже убегать, – сердито шипит Алиса ей в спину. – Поговори с ней, вы же учились в одном классе. Такое ведь не забывается, верно? Ну же, не будь та кой букой.
Элин протягивает дочери электронную карточку-ключ и снова поворачивается к ней спиной:
– Вот, теперь у тебя есть своя комнату. Делай там что хо чешь, можешь даже заказать себе еду прямо в номер, если голодная. Мне же нужно отдохнуть и побыть одной.
Не включая свет, не разуваясь и не снимая одежды, она садится на диван. Как же сложно отключиться и забыться сном, когда все вокруг – запахи, звуки – напоминает о доме. Одно из окон чуть приоткрыто, и из щели тянет прохладным воздухом с моря. Пахнет солью и водорослями. Как же тихо…
Малин. Конечно же она ее узнала. Тихоня, которая время от времени бросала восхищенные взгляды на Фредрика. Скольких еще она встретит на острове за эти дни? Неужели все те, с кем она училась, по-прежнему живут здесь? Поддерживают друг с другом связь?
Нервная дрожь пронзает все ее тело. Она падает на бок и сворачивается в позе зародыша.
Элин будит стук в дверь. Она тянется за телефоном, чтобы посмотреть, который час. Прошло всего полчаса, но за это время она успела провалиться в глубокий сон. Должно быть, это Алиса – уже успела посеять свои ключи. Вздохнув, Элин спускается по винтовой лесенке двухэтажного номера люкс, чтобы открыть дверь. И подпрыгивает от неожиданности, когда видит, кто стоит перед дверью. Малин. В руках она держит поднос с чашкой кофе и тарелочкой с горкой золотисто-желтых оладий.
– Я подумала, может, ты устала и проголодалась с дороги. – Она с улыбкой протягивает ей поднос.
Элин медлит.
– Ты ведь все-таки узнала меня? – добавляет Малин.
Элин кивает и наконец берет поднос у нее из ее рук.
– Очень любезно с твоей стороны, – бормочет она и ставит поднос на зеркало.