Страница 76 из 333
Близнецы вцепились в отца мертвой хваткой, но не плакали. Молодцы. Следом шел Никита. Лицо грязное, под глазом фингал, губа разбита. Похоже, он даже пытался сражаться с бандитами. В любом другом случае ублюдки не стали бы его бить. Слишком ценный.
Забавный мальчишка. Наверное, и правда, дело в породе.
Следом за Никитой топали Осеев и доктор.
Заметив меня, пацан на секунду замер. Потом решительно подошел. Остановился.
– Ваше сиятельство… знал, что вы придете.
Я чуть со стула не свалился. Впервые он что‑то сказал вслух. Реально. До этого момента не слышал от него ни слова.
Я встал на ноги. Положил руку мальчишке на плечо.
– Молодец. Держался.
Никита шмыгнул носом, кивнул.
– Накормили они их, ага… – голос Прокина дрожал от ярости, – Сухари плесневелые да вода ржавая! Сволочи!
Я обвёл взглядом бандитов. Все. Больше нам тут делать нечего.
– Уходим, – скомандовал своим.
Мы двинулись к выходу. Прокин с детьми – впереди. Я, Тимоха и Осеев прикрывали. Доктор, решив, что здесь ему делать больше нечего, присоединился к нашей компании.
Внезапно, краем глаза, слева от себя, заметил движение. Один из бандитов лежал у стены. Он казался до сих пор оглушённым. Но конкретно сейчас его рука осторожно тянулась к валяющейся на полу шинели. Похоже, Осеев и Прокин проглядели этого урода. Под шинелью спрятано оружие. Или лежит в кармане.
Я резко развернулся, вскидывая маузер.
Белогвардеец понял, что его тактика раскрыта. Он рванул к этой чертовой шинели, выхватил маленький, никелированный деринджер. Пугалка для портовых девок, но убивает она весьма эффективно.
Грохнули выстрелы. Не один, сразу несколько.
Первый – мой. Второй – бандита. Третий – Тимофея. Вахмистр пальнул в урода почти одновременно со мной.
Белогвардейца отбросило на пару метров. Он охнул, завалился набок и замер в нелепой позе. Вокруг начала растекаться кровавя лужа.
– Уходим! – рявкнул я. Меня эта ситуация немного выбила из колеи. Взбесила.
Вышли в коридор, закрыли двери. Подпёрли их какой‑то железной болванкой. Тут же подскочил Тимофей, лицо его казалось слишком бледным.
– Зацепило?
– Да нет, вроде – уверенно ответил я. И даже сделал ещё несколько шагов.
А потом почувствовал толчок в ребра, будто кто‑то ткнул пальцем. Еще секунда и начал гореть бок. Сначала глухо, потом невыносимо.
Я сунул руку под пальто. Влажно, липко, горячо.
Вытащил, с удивлением посмотрел на свою ладонь. В тусклом свете кровь казалась абсолютно черной.
Сука. Все‑таки попал. Хотел сказать это вслух, но не смог. Пол поплыл под ногами. Стены наклонились.
– Пал Саныч? – голос Тимофея доносился словно сквозь толщу воды.
Я попытался сделать еще шаг, однако ноги больше не слушались. Они вдруг стали ватными, чужими.
Последнее, что увидел перед тем, как рухнуть в кромешную тьму – перекошенное ужасом лицо вахмистра.
Ну, хоть не павлины в этот раз…