Страница 320 из 333
Француз без лишних вопросов вскочил на ноги и двинул к штабелю, возле которого мы день назад точно так же вели секретные переговоры о походе в «Модерн». Это у нас уже становится какой‑то традицией.
– Помнишь наш разговор? Про предателя, – начал я без предисловий.
– Помню.
– Есть один кандидат. Нужно проверить. Задача: следить. Если попытается выйти с лесопилки – идёшь следом. смотришь, куда пошёл, с кем встретился, что передал. Думаю, не надо говорить, что ты должен оставаться для него невидимым.
Гастон кивнул и сразу в лоб спросил:
– Кто?
– Князь Манджгаладзе.
Ни удивления, ни вопросов не последовало. Танкист затянулся, выпустил дым в сторону, задумчиво прищурился.
– Ясно.
– Если тебе придётся отлучиться, Осеев пусть найдёт ещё кого‑то в помощь. Главное – проследи за князем от лесопилки и обратно. Я должен знать каждый его шаг. И вот ещё что. Если он покинет базу и ты двинешь за ним, а я буду отсутствовать, информацию передай через Петра. Скажи просто, что срочно понадобилось отлучиться.
Француз снова кивнул. Я хлопнул его по плечу и пошёл обратно к конторе.
В кабинете сел за стол, придвинул чистый лист бумаги. Пора было заняться следующим вопросом.
Красильников. Задача, которую надо решать. Такова договорённость с Бао. Губернатор ждёт результата, а сам есаул со дня на день получит сигнал, что кордон отменили.
Своими силами лезть к семёновцам – глупо. Слишком заметно. Шума будет на весь Харбин. И людьми рисковать не хочу.
К тому же, я не обещал, что прикончу Красильникова лично. Всего лишь гарантировал губернатору голову есаула на блюдечке. Обсуждался, конечно, еще такой вариант, что Красильников может попасть в руки Бао живым, но это я слегка преувеличил. Мне такой расклад не выгоден. Так что будет только голова. В переносном, естественно, смысле.
Для подобных мероприятий у меня теперь есть партнёры, которым разобраться с кучкой белогвардейцев – плёвое дело.
Я откинулся на спинку кресла, задумался.
Психованный Секач? Нет, пожалуй. Его лучше не просить о помощи. Причина ясна – он наведет слишком много шума. Этот хунхуз отбитый на голову.
Чжао – вот кто нужен. Триада работает чисто. Если Линь возьмётся, всё будет сделано безупречно.
И есть ещё одна задача, которую можно решить тем же способом. Приходько. Очкастая гнида болтается где‑то в городе, служит курьером у Хондзё. Своими силами я его буду искать неделю. А сеть Триады накрывает Пристань и Фуцзядянь, как одеяло. Достаточно дать словесный портрет, назвать пару мест, где он уже мелькал, – через несколько дней они его притащат на лесопилку. Живым, разумеется. С этим господином я ещё хочу побеседовать.
Вытащил из стола бумагу, подвинул чернила. Обмакнул перо, начал выводить послание:
«Господин Чжао. Есть два дела, оба денежные, оба срочные и крайне деликатные. Требуют вашей манеры работы, а не грубой силы. Готов встретиться в удобном для вас месте в течение суток. Место назначайте сами».
Писал обычным русским языком, без всяких «ятей». Надеюсь, для китайца это не будет выглядеть странно. В конце концов, если мне не изменяет память, в бывшей империи уже года два как отказались от прежнего стиля письма. До Харбина эти новшества еще не докатились, но князь Арсеньев вполне продвинутый господин.
Выглянул в окно, позвал Ерёму.
Извозчик появился на пороге через пять минут, комкая шапку в руках.
– Ерёма, слушай внимательно. Едешь в «Красный дракон». Знаешь такой?
– Как не знать, ваше сиятельство. Мы с Марусей туда уже наведывались, когда вы с Тимофеем Ильичом с китайскими господами беседовали.
– Верно. Значит, дорогу помнишь. Отдашь управляющему это, – я протянул конверт. – Скажешь ровно два слова: «От князя». Всё. Никаких пояснений, никаких вопросов. Отдал – и обратно. Понял?
Ерёма спрятал конверт за пазуху, застегнул тулуп на верхнюю пуговицу.
– Понял, Павел Александрович.
– Вот и хорошо. Езжай.
Возница развернулся, водрузил шапку на голову и вышел.
Я удовлетворенно выдохнул. Наживка закинута, вопрос с исполнителями, надеюсь, тоже сегодня решится. Теперь можно и о приятном поговорить. Например, найти Шаховскую и обсудить крестины ее внука.