Страница 224 из 333
– Да черт его знает. Какой‑то особняк в Новом Городе.
Казак озадаченно сдвинул малахай на затылок.
– И чья же это берлога?
– Хороший вопрос, – ответил я, разглядывая винные ряды. – Еще интереснее – зачем сюда приходила Манью. И знают ли хозяева про подземный ход. Погреб выглядит слегка неухоженным. Такое чувство, что про него забыли. Возможно, дом достался новому владельцу совсем недавно, а вся эта винная радость – наследство прежнего хозяина. Ладно. Уходим.
Обратная дорога показалась мне гораздо короче. Наверное, потому что шли уже знакомым путем. Выбрались в комнате китаянки, закрыли крышку и быстренько выскользнули на улицу. Теперь у нас в активе имеются два дополнительных выхода с лесопилки. Тайных выхода. Это хорошо.
– Павел Саныч, – Тимоха озадачено потер лоб, – Ну так что получается? Нет нужды заколачивать? От оврага чужой не придет. Заперто изнутри. А из Нового города – надо знать про тайный механизм.
Только я собрался ответить вахмистру, как со стороны бани донесся грохот. Будто кто‑то швыряется ведрами. Следом – истошный женский визг пополам с отборным матом, в который органично вплеталась шипящая китайская ругань.
Мы с Тимофеем переглянулись и рванули к прачечной.
Там кипел эпичный замес – сцепились две фурии. Угадать участниц конфликта труда не составило. Знойная кухарка Дарья уверенно наступала на Манью. Красная от злости девка сжимала в руках скрученную мокрую тряпку. Размахивала ею, как кистенем, пытаясь достать противницу.
Китаянка в свою очередь демонстрировала чудеса акробатики. Она уворачивалась от ударов с грацией дикой кошки. Попутно швыряла в кухарку из лохани, стоявшей на лавке, замоченные вещи. Остальные женщины жались по углам, боялись попасть под раздачу. Шаховской нигде не было видно. Похоже, княгиня вышла по каким‑то делам и эти сумасшедшие дамочки устроили настоящий Мортал Комбат.
– Ах ты, змея узкоглазая! – вопила Дарья, делая очередной выпад. – Я тебе сейчас патлы‑то повыдергаю! Будешь знать, как зенки свои на князя пялить! Приблуда!
Манью потянулась к лохани, надеясь запульнуть в кухарку еще одну мокрую шмотку. Однако, метательные снаряды закончились. Тогда, не долго думая, китаянка схватила брусок хозяйственного мыла и швырнула его в Дарью. Метила ровно в голову. Мыло просвистело в дюйме от виска кухарки, с чавкающим стуком впечаталось в бревна.
– Твоя голова пустая, как дырявый кувшин! – взвизгнула Манью. – Шлюха портовая!
Дарья взбесилась окончательно. Рванула вперед, напрочь забыв про осторожность. Ее боты скользнули по мыльной луже. Ноги кухарки взлетели вверх, и она рухнула прямо в таз с замоченным бельем. Грязная вода фонтаном ударила в потолок.
– Так тебе! – закричала китаянка.
– А ну угомонились! – рявкнул я.
Дарья, отплевываясь, попыталась выбраться из лохани. Мокрая блузка облепила все ее прелести, но мне сейчас точно было не до созерцания выдающихся форм красавицы.
Манью вытянулась в струнку. Губы плотно сжаты. На скулах – гневный румянец.
– Это что за дурдом на выезде? – поинтересовался я, скрестив руки на груди. – Работы мало? Завтра же организую чистку выгребных ям. Там энтузиазм точно пригодится.
– Ваше сиятельство… – Дарья, наконец, встала на ноги, судорожно одергивая липкую ткань. – Да она первая начала! Вела себя словно королева. Мыло не такое, вода холодная!
– Помолчи, – оборвал я девицу. – Как вы меня… Черт. Как вы мне дороги! Со своими бабскими закидонами!
Перевел взгляд на китаянку, ткнул в нее пальцем:
– Ты! Рысью за мной! В контору! Ватник надевай и через две минуты чтобы стояла в кабинете!