Страница 200 из 333
– Затем, что мы оба стоим одной ногой в куче дерьма, Хэй Дай, – перешел я сразу к делу, – Японцы из Токуму Кикан держат нас за идиотов. Майор Хондзё приходил ко мне. Сказал, что их склад с медью ограбили твои люди. Обещал наградить, если накажу всю банду. Ограбление произошло той ночью, когда у вас случилось столкновение с японцами возле пакгаузов. Токуму Кикан скрывает, что медь пропала.
Стоило Михаилу озвучить все сказанное, Секач зло оскалился. Он выдал длинную фразу, рубанул воздух ладонью.
– Собачий бред! Хунхузы не воруют у самураев. Мы не самоубийцы. Мои люди той ночью гоняли двух демонов в масках, а не склады потрошили.
– Я знаю. Но японцам плевать на правду, – Михаил переводил без заминок. – Им нужен повод для зачистки Фуцзядяня. Хондзё предложил мне вырезать вас. А для верности дал отмашку еще и Триаде. Линь Чжао и «Зеленая банда» должны были подкинуть тебе пару слитков японской меди, чтобы полиция и жандармерия стерли Черного Секача в порошок.
Глаза хунхуза полыхнули яростью. Он зашипел сквозь зубы.
– Триада… вырежу их бордели. Я пущу Линь Чжао кровь… – монотонно перевел Михаил угрозы Секача.
– Остынь, – оборвал я его. – С «Зеленой бандой» у меня уже был разговор. Объяснил Линь Чжао, что японцы просто переломают нас поодиночке. Сначала стравят между собой, а потом придут за обескровленным победителем. Хондзё хочет очистить город от сильных игроков чужими руками.
Секач подозрительно прищурился, задал вопрос.
– Зачем ты спасаешь меня, русский? Мы тебе не друзья, – перевел Михаил.
– Вы мне не друзья. Это действительно так. Вы мне – полезный временный союзник, – прямо ответил я. – Через три дня японцы передают людям атамана Семенова крупную партию оружия. Встреча назначена на глухом разъезде. Пулеметы, новенькие винтовки, взрывчатка. Мы можем продолжать грызть друг другу глотки на радость самураям, а можем взять этот поезд. И показать Токуму Кикан, что действуем сообща. На некоторое время это их остановит. А у нас будет возможность продумать дальнейший план.
Секач выслушал Михаила, качнул головой и громко цыкнул сквозь зубы. Оружие в Харбине ценится едва ли не выше золота. Особенно пулеметы.
– Линь Чжао в деле. Триада ждет моего сигнала, – пришлось добавить весомый аргумент. – Ты дашь своих бойцов. Я дам своих. Ударим вместе. Каждый из вас получит свою долю оружия Я тоже не останусь в накладе. Кроме того, японцы обломают зубы, им придется придержать коней.
Секач заложил руки за спину. Начал перекатываться с пятки на носок и обратно. Думал. Жажда наживы боролась в нем с природной осторожностью.
Через пару минут он выдал короткую, вескую фразу. Михаил тут же озвучил:
– Три дня… Хороший срок. Твои люди, мои люди и псы Линь Чжао. Мы ударим в одну точку. Но запомни, князь. Если это ловушка, если на разъезде нас будет ждать засада японцев… Я достану тебя даже с того света.
– Если это ловушка, мы сдохнем вместе, Хэй Дай. Я иду в первых рядах. Мое слово тверже стали.
Раз уж китайцы не умеют вести переговоры без напыщенных фраз и понтов, решил тоже напустить немного мыльной пены.
Я сделал шаг вперед, протянул Секачу руку.
Хунхуз посмотрел на мою ладонь. Секунду помедлил. Затем ответил на рукопожатие. Его рука была шершавой, как наждак, и холодной, как лед. Он коротко кивнул, бросил отрывистую команду своим бойцам.
Пятерка охраны быстро, не оглядываясь, развернулась и направилась к выходу. Через секунду китайцы растворились в ночной мгле оврага вместе со своим вожаком.