Страница 108 из 333
Княгиня удивленно приподняла тонкую бровь, но лишних вопросов задавать не стала. Дисциплина.
Осталось дождаться возвращения Тимофея. Как только вахмистр выложит четкий расклад по японским караулам, станет понятно, сколько именно бойцов пойдет на японский склад, и сколько шерстяных балаклав потребуется изготовить нашим дамам.
После плотного завтрака я сходил в контору, проверил, не появилась ли Манью. Хрен там. Плюнул и пошел к Сергею Петровичу. Пусть он сделает перевязку и посмотрит рану. В конце концов, я исправно хлебаю это отвратное пойло Шэня. Может уже и перевязываться хватит.
Под лазарет наш штатный эскулап грамотно отжал второй кирпичный пакгауз. Размещать хворающих в переполненных жилых бараках, где плечом к плечу ютится почти двести человек – чистой воды самоубийство. Просторное складское помещение мужики из производственной бригады на совесть обшили изнутри толстой сосновой доской для утепления, отгородив глухими щитами приемную, смотровую и палату.
Сергей Петрович обнаружился возле одного из топчанов, выполнявших роль больничных коек. В отделении для болящих. Заметив мое появление, доктор оторвался от пациента и принялся тщательно вытирать руки чистой ветошью.
– Доброе утро, Павел Александрович.
– Приветствую, доктор. Как самочувствие нашего контингента?
Сергей Петрович тяжело вздохнул, окинув взглядом аккуратно застеленные нары. Тиф и холера, к счастью, остались позади, перегорев еще в дорожных эшелонах, но суровый маньчжурский климат и истощение брали свое. Некоторые члены нашей общины мучились от жестоких простуд, надсадного кашля, а у стариков после пережитого стресса откровенно шалило сердечко.
– Идут на поправку потихоньку, – отчитался врач. – Жар у многих спал, травы мастера Шэня отлично помогают от кашля.
– Что требуется для полного порядка?
– Покой, тепло и усиленное питание, – развел руками Сергей Петрович. – Медикаментов, что я привез с собой, на первое время хватает. Дальше потребуется пополнить запасы хлопковой марли, йода, аспирина и сердечных капель вроде камфоры. Кое‑что редкое и строго учетное – ампулы с морфием для тяжелых травм или карболку для дезинфекции – достану сам. Старые харбинские связи в городских аптеках и больницах никуда не делись. Но подробный список нужд я все равно составлю.
– Составляйте, – кивнул я.
Разговор прервал скрип двери. На пороге нарисовался Селиванов.
– Павел Александрович, – Пётр подошел ко мне, протянул плотный конверт. – Нарочный только что приезжал. От Соломона Марковича. Передал вам послание.
Я молча взял письмо, сломал сургучную печать, развернул хрустящий лист. Прочел. Усмехнулся.
Соломон как обычно, в свое репертуаре. Не мог написать простыми словами. Текст письма выглядел следующим образом.
«Дорогой князь! Не сочтите за труд, навестите старого друга. Выпьем по чашечке чая, потолкуем о будущей рыбалке. Жду. Соломон Маркович».
Вообще, в мои планы никакие поездки сегодня не входили. Я собирался дождаться Тимофея и сразу же заняться подготовкой предстоящего мероприятия. Как минимум его планированием. Но Соломон Маркович зовет «на чай» и это явно не просто так. Впрочем, упоминание рыбалки тоже. Старый лис принял какое‑то решение по поводу моей вчерашней просьбы. Так что придется ехать.
Я спрятал письмо во внутренний карман шубы, посмотрел на Селиванова.
– Пётр, найди‑ка грузинского князя. Скажи, пусть собирается. У нас деловая встреча.