Страница 107 из 333
Княгиня железной рукой разделила женский батальон по способностям. Непосредственную готовку она мудро поручила тем, кто умеет обращаться с ухватом. Бывшей прислуге и обычным женщинам. Без дворянских титулов. Они отлично знают толк в объемных варках и совершенно не боятся печного жара.
А вот благородным дамам, ни разу в жизни не спускавшимся в кухню, досталась рутинная, но не менее важная работа. Тонкие аристократические пальцы теперь чистили бесконечные горы картошки, лущили лук, перебирали крупу от мелких камней и отмывали грязную утварь.
Прямо сейчас, когда я вошел, в дальнем конце пакгауза развернулась поистине драматичная картина. Молоденькая баронесса – титул запомнился, а вот фамилия напрочь вылетела из головы – остервенело терла песком огромный закопченный казан. По бледным щекам катились слезы обиды и усталости, нежные руки покраснели от ледяной воды и въедливой золы, но девчонка упрямо скребла черную сажу, тихонько всхлипывая в такт своим методичным «вжих‑вжих»
Суровая маньчжурская реальность быстро стирает сословные границы.
Княгиня Шаховская, кстати, личным примером показывала, что готова ради выживания быть и кухаркой, и поломойкой, и посудомойщицей. В данный момент она монотонно шинковала морковь на большом столе, сделанном специально для готовки. Вера Николаевна всем дамам сразу дала понять: хочешь кушать – изволь отрабатывать еду.
Возле печи суетилась Арина. Та самая нянька Никиты Щербатова. Похоже, Шаховская назначила ее главным шеф‑поваром нашей артели. Старушка бодро покрикивала на двух девиц, которые мешали еду в чугунных котлах.
Заметив мое появление, все присутствующие дамы как‑то смущенно притихли. Одна из девиц, что мешала поварешкой кашу, стрельнула на меня игривым взглядом карих глаз, выразительно вздохнула грудью и свободной рукой расстегнула верхнюю пуговицу блузы.
Я, честно говоря, даже не сразу понял, что меня откровенным образом «снимают». Хотя, ничего удивительного в этом нет. Для этой девицы Арсеньев – молодой, влиятельный князь, который заправляет всем на лесопилке. Она, наверное, по наивности считает, если показать мне грудь и дать за нее подержаться, а потом забраться в мою постель, так я сразу поплыву и подниму кухарку до статуса княжеской любовницы.
Я посмотрел на ушлую девку, усмехнулся, отрицательно покачал головой. Она сдаваться не собиралась, потянулась рукой ко второй пуговице. Делала вид, будто ей невозможно жарко возле плиты.
– Я те щас зеньки то наглючие платочком завяжу, – Ласково проворковала бабка Арина, – Кашу и в темную мешать можно. А ну ка! – Старуха со всей силы лупанула кареглазую девицу тряпкой по спине, – Делом занимайся, а не по сторонам глазей!
Разобравшись с зарождающимся непотребством, Арина тут же схватила миску, положила туда порцию каши. Затем деликатно оттеснила меня к одному из столов, загораживая спиной от знойной кухарки.
– С добрым утром, ваше сиятельство, – бабуля ухитрялась одновременно и нести миску, и кланяться, – Кашка сегодня знатная, с мясом. Наши мужики вчера тушу свиную разделали, что от китайца привезли.
Я уселся за стол, поблагодарил Арину и приступил к завтраку. Подцепил варево деревянной ложкой. Густая, наваристая перловка с крупными, щедрыми кусками жирной свинины моментально прогнала утреннюю зябкость. Идеальная, сытная пролетарская еда.
За соседним столом сидела группа парней из «службы безопасности». Сегодняшняя смена, которой предстоит заступить на дежурство. Они орудовали ложками молча, сосредоточенно. Только хором пожелали мне доброго здравия.
Минут через пять подошла Шаховская. Присела на лавку напротив меня, поставила кружку с крутым, обжигающим чаем.
– Рада отметить, князь, что вы с каждым днем выглядите все лучше и лучше.
– Спасибо, Вера Николаевна, – кивнул я княгине. – И хочу отметить, что вы совершенно незаменимый человек. Настоящий генерал интендантской службы.
Аристократка скупо улыбнулась.
– Умете вы, Павел Александрович, сказать приятное даме. Даже если дама годиться вам в матери.
Я закинул ложку с кашей в рот, тщательно пережевал, а потом спросил:
– Как чувствует себя ваша невестка?
Если не ошибаюсь, соответственно этикету, мне сейчас полагается поддержать беседу с Верной Николаевной, но только в перерывах между порциями еды, с пустым ртом.
Взгляд женщины на мгновение потемнел. Похоже, она вспомнила подробности эвакуации из Читы. А именно – гибель сына. Когда обезумевшая толпа, штурмующая спасительный эшелон, вытолкнула молодого мужчину прямо под железные колеса маневрового паровоза. Сама Шаховская даже не сразу узнала об этом. Князь сначала запихнул в вагон мать и беременную жену, а сам оказался в конце людского потока.
– Держится, слава богу, – тихо ответила княгиня. – Гуляет по территории, дышит морозным воздухом. Успокаивает нервы рукоделием, сидит вечерами у печки, вяжет вещи малышу.
– Вяжет? – переспросил я.
Ложка с кашей замерла в нескольких сантиметрах от моего рта.
– Ну да. Вяжет, – Шаховская легко небрежно повела плечом, – Что вас в этом удивляет, Павел Александрович? Она у меня с хорошим воспитанием. Как и положено женщине, умеет шить, вязать.
Я пялился на Веру Николаевну и, наверное, выглядел в этот момент полнейшим идиотом. Сижу, открыв рот, смотрю в одну точку на переносице княгини.
На самом деле, все дело в слове «вяжет». Оно сработало в мозгу подобно щелчку электрического рубильника. Мозг моментально уцепился за эту деталь.
Я собираюсь забрать у японцев медь, нарядив своих людей, как хунхузов. Шмотки достанем, не проблема. Михаил даже, возможно, подскажет пару фраз, которые однозначно говорят только разбойники. Однако славянские, европейские рожи никаким гримом не замажешь. Да, среди хунхузов полным‑полно русских. Но не все же. По идее, нужно разбавить тех, кто будет грабить склад, китайцами. А где их взять?
Нанимать местных? Ни в коем случае. Сразу же сольют меня япошкам или тем же хунхузам…
Значит… Значит надо спрятать лица. А что скрывает физиономию лучше, чем классическая вязаная маска с прорезями для глаз, столь любимая силовыми структурами из будущего? Проще говоря, балаклава.
– Вяжет – это замечательно, – я широко улыбнулся, – Вера Николаевна, соберите‑ка вечером всех женщин, умеющих обращаться со спицами. И зайдите ко мне в контору. Появился срочный, крайне важный заказ для нашей артели. Понадобится связать особые головные уборы… скажем так, для защиты лиц от сильного ветра.