Страница 30 из 93
* * *
Железманов поблагодарил коллегу за содействие и отправился на Гаванную. Дело было уже к вечеру, и начальника сыскного отделения логичнее было искать дома. Фон-Лизге по расстроенной физиономии молодого человека понял все сам:
– Вижу, что в тюрьму вы съездили без результата.
– Да, Холера утверждает, что такого заказа не было.
– Врет?
– Не знаю, мне показалось, что он не врет. Сидоренко, который его не раз допрашивал, тоже склонен считать, что его арестованный говорит правду.
– То есть такого заказа местным клюквенникам никто не делал?
– Да, хотя надо допускать, что Холера просто не знает про такой заказ, – предположил Петр.
– Это тоже возможно, хотя обычно информация в криминальных кругах распространяется быстро, если заказ делался, то скорее Холера должен был бы про него знать. Он перед арестом на мели был, обязательно это не пропустил бы, – пояснил Фон-Лизге. Потом предложил: – Желаете кофе или чаю?
– Лучше чаю.
Принесли чаю и турецкую баклаву. За чаем разговор продолжился.
– Теперь я вам расскажу, что удалось выяснить нашей агентуре про этих семерых. Мы договаривались, что пока наши сотрудники узнают, в городе или нет эти люди. Так вот, наш список сократился на двоих человек. По иронии судьбы оба они подходят под приметы Седого. Теперь у нас осталось пять кандидатур на роль Чернявого.
– А что с этими двумя?
– Все очень просто. Одного с месяц назад разбил удар. У него отнялась левая половина тела. Ясно, что совершить поездку в вашу губернию он никак не мог.
– А второй?
– С ним тоже случился, как тут говорят, гембель. Он недавно в одном трактире подрался. Так ему кастетом по лицу прошлись. Теперь у него шрам на пол-лица. Опять же, ваши свидетели об этом шраме не говорили.
– Значит надо собирать информацию про остальных пятерых? – предложил Петр Андреевич. А потом добавил: – Завтра приезжает Егор Иванович Анисимов. Он возглавляет сыскное отделение у нас в Рязани. Мне кажется, что теперь надо рассчитывать на данные уголовного сыска.
– Согласен. Предлагаю следующее. Завтра, когда ваш товарищ приедет, приходите ко мне. Я позову сотрудника, который будет вам помогать, и мы все обсудим.
Анисимов прибыл с утренним поездом. Вид у него был курортно-щеголеватый: модный костюм, изящное канотье, красивая тросточка. Впрочем, Петр Андреевич был уверен, что буквально за секунду эта тросточка может превратиться в холодное оружие, а в карманах модного пиджака нашлось место для револьвера. По дороге в полицейское управление Железманов ввел его в курс дела, рассказал о находках последних дней.
– Значит, у нас пять кандидатур? – спросил Егор Иванович
– Да.
– Это немного. Будем надеяться, что среди них есть нужный нам человек.
В кабинете Фон-Лизге их ждал еще один человек: сотрудник сыскного отделения Соломон Яковлевич Шапиро. Коренной одессит, иудей по вероисповеданию, он знал криминальную Одессу как свои пять пальцев. После официального представления мужчины приступили к обсуждению плана действия.
– Итак, по нашей картотеке у нас получается пять кандидатур, – начал Фон-Лизге. – Кандидатура первая. Ставрони Александр Петрович. 49 лет. По происхождению грек. Поэтому у него и кличка простая – Грек. Вероисповедования православного. Специализируется на краже икон уже два десятка лет. Имеет три судимости. Его место жительства нам известно. Он живет на Молдаванке, на улице Болгарской. Грамотный.
– Я его однажды задерживал, могу сказать за него, шо очень осторожен, – добавил Шапиро.
– А он ходит на дело один, или у него есть сообщники? – спросил Анисимов.
– Нет, сообщников нет, за него известно, шо он не любит делиться, – ответил Соломон Яковлевич.
– А есть какой-то привычный почерк? Какая-то своеобычная деталь? – задал вопрос Железманов.
– Крадет обычно ночью, взламывает замок фомкой или топором, как раз как в вашем случае, – пояснил начальник сыскного отделения. – Теперь второй. Мартиросян Арам. 41 год. Кличка Верста. Армянин, вероисповедания православного, но приверженец армянской православной церкви.
– А его место жительства известно?
– Да, известно. Он проживает в районе 16-й станции Фонтана.
– А его излюбленные приемы?
– Таки его приемы традиционны: тоже фомкой вскрывает двери или окна. Обычно к преступлению тщательно готовится, собирает всю информацию за объект кражи, – продемонстрировал свою осведомленность Шапиро.
– Теперь третий. Ланде Ансель Исаакович. 51 год. Кличка Акробат. Вероисповедания иудейского. Вот его место жительства мы пока не знаем. Ранее он проживал в районе Молдаванки на улице Третецкой, – представил очередную кандидатуру Фон-Лизге.
– Я за него много могу сказать. Интересный персонаж. Прямо-таки разносторонняя личность: ворует не только из церквей, но из домов и квартир. Очень любит проникать в незакрытое окно, – выдал очередную порцию информации Шапиро.
– То есть форточник?
– Он не брезгует ничем: может пролезть в окно, если то не закрыто. А может и взломать дверь фомкой. Он такие мансы
28
делал, шо любо-дорого посмотреть.
– Если он высокого роста, то как пролезает в форточки?! – воскликнул Железманов.
– Таки он гибкий, как кошка, потому и кличка такая, Акробат.
– Далее поехали, – продолжал знакомить со своими подопечными Владимир Федорович. – Четвертый кандидат. Еще один представитель иудейской веры – Канторер Моисей Яковлевич. Ему 54 года. Его местожительство тоже неизвестно. Ранее жил в центре, на Еврейской улице. Кличка Франт.
– Любит красиво одеваться? – догадался Петр.
– Таки он покупает и шьет вещи в лучших магазинах. Если у него жмет карман
29
, то тратит деньги на новые наряды. Шляпы заказывает исключительно у Скороцкого, – опять добавил важные подробности Шапиро. Шляпы от Скороцкого мог себе позволить далеко не каждый. По тем временам это был самый модный и дорогой шляпный магазин в Одессе.
– Он даже преступления совершает франтово, – продолжал сыщик, – всегда взламывает замки аккуратно, после себя обычно не оставляет мусора, объект кражи выбирает по принципу «шо красивее». Кстати тоже не брезгует кражами из домов. При случае может стянуть что угодно.
– Разнообразная у вас тут публика, – выдохнул Железманов.