Страница 92 из 311
Последнее для Мурхухна было уже чересчур. Хотя, играть наживку для трех отморозков, каждый из которых мог бы свободно начинить морфа пулями, тоже было чересчур, но всё кончилось удивительно хорошо, благодаря наглости Кринджа… ну и тому, что от больного плана здоровяка бывший коп не отказался, рассчитывая, что хотя бы этого идиота пристрелят раньше, чем его самого. А тот, гад, оказался чересчур живучим. Зато теперь у них есть деньги, а также их рожи знают «армейцы», способные подготовить встречу на обратном пути, но это мелочи. Наверное.
Пока можно было вести машину и наслаждаться еще одним днём жизни.
Через несколько часов, когда уже он подумывал будить некисло так заснувшего здоровяка, джип, чей движок также бодро ревел, как и все тысячи пройденных километров, подъехал к Свободному городу, нагло расположившемуся в прямой видимости от Трассы. Здоровенное торжище, защищенное двенадцатиметровыми стенами, утыканными поверху крупнокалиберными пулеметами, щеголяло широкими подъездами, приглашая странников с Великой Трассы оценить гостеприимство преступных карликов.
Некстати подумав о том, что он ни разу даже не слышал о том, чтобы Омнипол проводил рейды на Свободные города, Мурхухн повернул машину в город. Ну а чего? Смеркается, а они уже близко. Пропустить поворот на Ромус в темноте было бы тем еще делом. Криндж и так засыпал злой, как собака, причем невесть с чего. Морфу совершенно не хотелось стать целью для раздражения неуравновешенного гиганта, чье чувство юмора явно было выблевано худшей клоакой этой планеты!
Бывший офицер Виверикс рассуждал совершенно здраво, коварно планируя сначала найти постоялый двор, которых в Свободном городе должно быть просто уйма, а лишь потом разбудить своего напарника, только вот обстоятельства оказались… не то, чтобы против, но совершенно неожиданными для морфа, планировавшего просто посидеть этот вечер с пивом, наблюдая, как мерзостное чувство юмора Кринджа делает несчастным кого‑то другого. Двухэтажный постоялый двор с парковкой, куда загнал джип довольный зверочеловек, вёл себя совершенно обычно для постоялого двора, но ровно до того момента, как Мурхухн не выключил двигатель их средства передвижения.
Сразу же после этого разлапистое деревянное строение взорвалось визгом, писком и гамом, а из распахнувшихся дверей и даже окон к опешившему офицеру и недоуменно хлопающему ресницами Кринджу рванула настоящая река, состоящая из… рейлов!
– Ты куда… – успел произнести здоровяк перед тем, как его облепила масса из десятка радостно горланящих существ, часть из которых размахивала бутылками, кружками и чем‑то вроде закуски. Это было последнее, что смог внятно рассмотреть погребаемый под юркими разноцветными телами Мурхухн, перед тем как он осознал свою ошибку и принял последствия. В том числе – и внутрь.
Он, Мурхухн Виверикс, находясь в полном здравии и ясной памяти, совершенно дееспособным и трезво мыслящим, завез чемпиона Свободных городов по выпивке на… рейловскую свадьбу в Свободном городе.
На очень большую свадьбу.
Морф сам не понял, каким образом эта шумная масса умудрилась затолкать двух здоровенных мужиков внутрь огромной хибары, как их усадили, как в руке образовался целый графин обалденно пахнущей шипучей настойки, бьющей в чувствительный нос морфа насыщенными ягодными ароматами. Шум, гам, музыка оглушали, что делать – было решительно непонятно, поэтому, когда внезапно гаркнул Криндж, пожелавший счастья молодым так, что это было слышно на соседних улицах, а в ответ гомон перерос в стихийные вопли одобрения, то Мурхухн, пожав плечами, попросту залил полученный кувшин в себя. Интуиция кричала ему, что теперь остается только плыть по течению.
Это предстояло делать не только им. Среди гостей на свадьбе, не считая многочисленных рейлов, устраивающих вокруг веселый хаос, были и люди, и мьюты, и даже настоящие примитивы, тихо сидящие по углам и жрущие за десятерых. Змеиное племя тоже присутствовало в виде прилично одетой парочки оранжевошкурых, на хвостах у которых сидел целый отряд возбужденно стрекочущих рейлов‑баб. Всё это не‑рейловское племя мало чем отличалось от ошарашенных физиономий морфа и Кринджа, от чего все и каждый показывали весьма высокую скорость потребления алкоголя. Иначе всё это мельтешение было буквально невыносимо!
Мурхухн выпил тоже. А дальше потом даже заговорил с соседом, облаченным в кожаный фартук человеком, чувствующим себя здесь более уверенно. Тот, хоть и косясь на кабанью морду собеседника, но объяснил, что здесь затащенным ничего не грозит, просто рейлы отмечают большое событие, поэтому можно просто напиться во всем этом бардаке, а затем упасть мордой в пол – и всем понравится. Вещи тоже не пропадут, не волнуйтесь, это очень хороший постоялый двор. Бухайте спокойно.
Виверикс, которому уже сунули в руки очередной графин вместе с огромным куском пирога, уже хотел было извернуться и донести полученную информацию до Кринджа, но критически опоздал – хлопающая ушами образина, вылив внутрь себя кувшин с чем‑то отчаянно алкогольным, тут же подцепила второй, встала вместе с ним и, оглушительно гаркнув для привлечения внимания, закатила короткую речь. Сильным, хоть и слегка матерным языком, гигант, почти задевающий макушкой потолок, знатно прошёлся по «молодым», которых тот же Виверикс еще даже и не видел. Жениху с невестой было сказано всякое, в том числе и добрые пожелания, звучавшие достаточно дико от такой фигуры в таком окружении. В завершение своей речи, в почти полной тишине, Криндж замахнул кувшин внутрь себя, недоуменно огляделся, а потом пояснил, что всем окружающим тоже надо выпить, потому что это был «тост».
Мурхухн не сразу понял всю опасность требования окружающих рейлов объяснить им концепцию «тоста», которую и сам не особо понимал, но, как оказалось, не понимали и гости. Энтузиазм небольших существ не распространился на них самих, попросту не умеющих достаточно долго и связно выразить торжественную мысль, зато гости другой расовой принадлежности отлично с этим справились. Что было, в принципе, хорошо, если бы не постоянное требование тоста за тостом, от чего свадьба быстро приобрела очертания интенсивного марафона для алкоголиков.
Сознание морфа начало мутиться уже на восьмом тосте… Дальше все было проблесками.