Страница 286 из 311
Глава 15 Пещеры стенаний
Нет никого более отчаянного, самоотверженного и вовлеченного, чем разумное существо, занятое самым сакральным из возможных таинств – самообороной. Конечно, тут весьма специфичен акцент самости, то есть того, с чем именно ассоциирует себя это разумное существо, и что именно оно защищает! Чаще всего, речь идёт о собственной шкуре, а она, родимая – это вовсе не только жизнь. Она еще и будущее.
Как думаете, о чем я? Ну конечно же о простом вопросе нашему Игорю. Мол, если тебя можно запихнуть в чемодан, то почему бы не запихнуть и другие ИИ, а там, на корабле, уже разберемся?
– Я себя сто лет дефрагментировал ради того, чтобы иметь возможность занять такой малый объём, – наврал мне чемодан, – С остальными так не получится.
– Мы от терминала недалеко ушли, – по‑ленински улыбнулся я электронному козлу, – Может, тебя оставить, а пойти задать вопросик другому компьютеру?
– Этот ход серьезно подорвет доверие, главнокомандующий.
– Ты только что серьезно подорвал моё доверие!
– Не докажете.
– Игорь, ты чемодан, Игорь. Мы можем тебя забыть.
– Это угроза?
– Нет, это дипломатический ход. Знаешь, как звучит настоящая угроза? «Сброс до заводских настроек»!
– … не надо.
– Тогда не сношай мне мозги, засранец. Давай выкладывай всё, что узнал в терминале.
Мы бежали, мы бежали, наши нимфочки устали. Теперь товарищ Тамарис дрыхнет без задних ног, а И‑игорь рассказывает мне сказку, после того как мы подключили его к терминалу, чтобы разумная машина пассивно узнала о том, как дела в мире.
Дела оказались полный атас. Архаровцы, что чистят горы, продвигаясь к ключевому узлу Аварийника, были не просто весьма успешны, а еще позвали братанов. Тех подловил защитный искусственный болван, шарахнув по ним натуральной ядреной бомбой, только вот беда, маленькие и средние у Аварийника давно кончились, он буцнул на всю котлету самой здоровой, пятьдесят пять, мама, мегатонн. Взрывная волна трижды обошла матушку‑Землю, показав каждому джигиту с аппаратурой лучше планшета для недоразвитых детей грустный факт – кто‑то на Аравийском полуострове балуется отнюдь не плюшками.
Бабахнуло будь здоров, поэтому можно ждать, что скоро все серьезные пацаны, то есть церковь, Хаб и Институт, скоро будут здесь, почесывая свои большие вопросики. Аварийник это дело понимает прекрасно, но яйца нашего манипулятора зажаты в очень плотных тисках его ограничений. Проще говоря – скорый кирдык абсолютно неминуем, а для нас он наступит не со взрывами, а в момент, когда разные толстые дяди сюда просто прилетят. Почему? Потому что, увидев взлетающее «Возмездие», они воспылают и начнут вжухать по нему со всех стволов. Потому что нельзя быть красивой такой.
Причем, это не самая большая половая проблема в нашей жизни, есть кое‑что покруче – здоровый военный корабль, висящий над нами на орбите.
Но это ладно, это еще неплохие новости. Просто расклад, как он есть. По‑настоящему плохие были в том, что искусственный интеллект, который ранее, при угрозе взлома, мог просто сдохнуть во имя ОПЛОТ‑а, теперь сдыхать не собирался, как‑то убедив себя, что не имеет на это прав, потому что товарищ Главнокомандующий живее всех живых, а значит, вся ответственность на мне. Поэтому Аварийник будет биться до талого, а затем, томно вздохнув, разведет ноги, позволив хакеру засадить себе по самые помидоры. Тогда нам наступит полная алга, потому что информации ИИ содержит буквально на всё, включая и меня.
– Нам немедленно нужно начинать двигаться в сторону корабля, главнокомандующий.
– Не раньше, чем мы посетим лабораторию, где я родился, Игорь, – твердо отрезал я, поднимая чуть ли не храпящую женщину на руки и хватая ручку чемодана в зубы, – Вед‑зи фуда фамым форотхим футём!
– Пройдите вперед тридцать метров… – сдался Игорь, – А затем поверните налево. Там будет шахта ремонтного лифта прямо в лабораторию.
У меня непроизвольно разжались челюсти от такой подставы.
…
Как думаете, сколько нехороших слов знает женщина, разбуженная ударом интеллекта прямо в череп…?
Все. А еще она хочет уничтожить цивилизацию, которая меня породила и ни грамма не смущена, что той давно уже нет. Мол, впереди корабль, там всё нужное есть, сначала восстановим, потом уничтожим.
– Вот ты и показала своё истинное лицо! – кряхтел я, пробираясь по шахте давным‑давно сдохшего лифта, – Враждебный ты биоробот!
– От биоробота и слышу! – выплюнув моё пожеванная ухо, женщина попыталась потереть здоровенную шишку, чтобы ойкнуть и снова заматериться, – Что я тебе сделала⁉
– В этом есть доля моей вины, – взял на себя огонь (когда всё уже утихло!) проклятый разумный чемодан, – Я беру на себя…
– Что ты на себя берешь, железка обслюнявленная⁈ Мы вообще куда⁈ Зачем⁈ Что?!!
– Маму хочу увидеть… – убил я остатки мыслительной деятельности ушибленной жизнью нимфы, а затем, наконец‑то, вполз в родные пенаты, еле разодрав по сторонам двери лифтовой шахты.
Грязь, темнота, запустение давным‑давно заброшенного места, чрезвычайно похожего на лабораторный комплекс. Мельком пожалев, что оставил внизу свою огромную палку‑спасалку, и надеясь, что она всё‑таки не пригодится, я обозрел еле освещенный парой почти сдохших ламп коридор направо и налево. Ощущение заброшенности, лишь слегка нарушаемое циркулирующим по древним проводам электричеством, моментально ушло вместе с сердцем в пятки, когда с громоподобным лязгом с потолка развернулась турель, уставилась на меня, а затем заорала:
– ОБРАЗЕЦ ДЕВЯТЬ‑ОДИН‑ОДИН! НЕМЕДЛЕННО… ДОБРЫЙ ДЕНЬ, ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ КРИНДЖ!
– Ага, здорово… – пробурчал я, пытаясь понять, не появилось ли у меня чего лишнего в штанах, – Покажи мне дорогу до родной хаты.
Турель помолчала, а затем, неуловимо сменив тон, буркнула:
– Вы отклонились от маршрута, врио главнокомандующего Криндж.
– И тебе привет, – нервы тут же слегка пощекотало снова, – Показывай дорогу до моей родной хаты!
– Это нецелесообразно… – попытался нудеть Аварийник, но заглох после моего обозленного «Немедленно!».
Задолбало! Роботы, женщины, электротатары эти, мать их, какой‑то придурок с бабами, корабль с гопниками, все настроены, чтобы мешать мне жить! Может, я вообще лежу, галлюцинирую, в коме⁈ Какого хрена все такие противные⁈