Страница 196 из 311
Глава 11 Земля без людей
Знаете такое выражение: «Ну куда ты денешься с подводной лодки!». Вот оно мне раньше, когда‑то тогда, столетия назад, казалось очень тревожным. Про него думаешь и прямо представляешь, как ты заперт в ограниченном пространстве, булькающем на большой глубине, не представляешь, что тут крутить и вертеть, чтобы всплыть, кислород кончается, бежать некуда. Почти как ЗАГС, только страшнее. Есть паспорт бесполезно.
Так вот, смутные ощущения были куда лучше конкретных, потому что, в некотором роде, мой нелегкий жизненный путь соединил оба кошмара, причем в самой хреновой интерпретации. То есть: подводная лодка была маленькая и довольно тесная, а присутствующая в ней живьем особа – самая тревожная из всех цвергов, с которыми я имел сомнительное «счастье» познакомиться. Проще говоря, запиханный металлическим манипулятором в крошечный шлюз (меня туда натурально утрамбовали!), я затем скатился внутрь субмарины, оказавшись лежащим перед фиолетововолосой мадамой карманного размера, предпочитающей готический макияж. И да, в её глазах сношались Гитлер, Сатана и всё русские рэперы девяностых. С гоготом, присвистом и речевками.
– Мадемуазель Вириенна! – сплюнув морскую воду, поприветствовал её я, – Какой приятный сюрприз! А где мой катер? Почему тут подводная лодка с вашей прелестной персоной на борту? Мне обещали робота!
Ну почти так. Не слово в слово, конечно, но что вы хотите от человека, за которым только что гнались бандиты на летающих и плавающих лодках?
– Материться не хорошо, – мерным, почти лекторским, но абсолютно безучастным тоном поведала мне сильно сумасшедшая цверг, – Это и есть лодка. Я сюда сбежала.
– Попрошу подробнее с этого места, о моя удивительная попутчица!
– Материться не хорошо.
– Ну ёмана…
– Мате…
В общем так, мало‑помалу, под мертвенным взглядом, и в плывущей почти по дну подводной лодке, я узнал оху… ладно, действительно нехорошо, вещь – эта самая Вириенна банально удрала от своих товарок, стащив лодку, которая из‑за этого слегка припоздала меня забрать. Предательство? Злонамеренность? Это вряд ли, потому что хрупкая тушка в черном наряде торчит от меня на расстоянии вытянутой руки, совершенно беззащитная.
– Вышла погулять, – поясняет Вириенна, продолжая облучать меня оргией Сатаны из своих темных глазищ, – Давно не выходила наружу.
– Давно – это сколько?
– Двадцать восемь лет. Они снова на связи. Вон.
Действительно, загоревшийся экран за пультом управления вполне самостоятельно куда‑то плывущей подлодки демонстрирует мне шесть девичьих рожиц, все взволнованные. Разевают ротики как золотые рыбки на кормежке. Звука нет.
– Не включу, – поясняет девичий монотонный голосок со спины, – Глупости говорят. Мы плывем к острову. Всё идёт по плану.
– Да? – я слегка успокаиваюсь, выдыхая много откуда‑то накопившегося спертого воздуха, – Ну ладно…
Внезапно на экране, полном молчаливо орущих что‑то мордашек за спинами других цвергов начинается шебуршание – Бингалена всех активно расталкивает плечами и задом, чтобы ткнуть в экран белый лист бумаги, на котором написано:
«НЕ ОСТАВЛЯЙ ЕЁ ОДНУ!»
– Что? – прищуриваюсь я.
– Что? – с легкими нотками настороженности произносят у меня за спиной, а затем… черно‑фиолетовой молнией кидаются к экрану, в прыжке!
Еле успеваю поймать, но Вириенна показывает чудеса увертливости, вращаемости и гибкости. Удержать её почти нереально, так что я проигрываю эту битву, позволив цвергу дотянуться кончиками пальцев на ноге до экрана, куда‑то нажав и вырубив его нафиг! Однако, второй плакатик я прочитать успеваю…
– Ага… – расплываюсь в довольной улыбке, ставя девушку на пол, – Если тебе кто‑то что‑то скажет, то ты его слушаешься!
– Слушаюсь, – мне продемонстрировали слегка надутые губы, – Пока помню. Я умею забывать.
Тут‑то меня снова продрал по спине холодок. Вириенна, гм, производила впечатление. Даже за ту неделю, где до моего тела домогались все семеро, она сама участвовала эпизодически, без огонька и души, а вот теперь, как понимаю, её душа вырвалась на свободу, поэтому, если я попытаюсь следовать указаниям центра, то эта готическая мелочь мне устроит веселую жизнь в мрачных тонах.
– Так, давай проясним, – решил я не гнать коней, – Ты не хочешь вредить ни мне, ни лодке, ни своим сестрам, а просто хочешь поразвлечься? Погулять на свободе?
В ответ мне молча кивнули.
– Ну тогда не вижу никаких проблем, – совершенно безответственно пожал я плечами, – Закидывай меня на остров, а потом две недели гуляй. Потом будем искать вашу базу. Это тебя устраивает?
Люцифер в глубине её глаз встал, оправил китель, поддёрнул мини‑юбку и пригладил усы. Кажется, он готовился держать речь перед армией, собирающейся в поход.
Ну а что? Кто‑то профукал еще одну сумасшедшую бабу (привет Микаэлле!), а мне теперь за ней следить? Как, если предполагается, что я буду бегать по зараженному острову? Все бросить? Ну сейчас – да. Они меня посылают пешкарусом через город, в результате чего я нарываюсь на проблемы, профукивают свою товарку, которая сейчас почему‑то подкрадывается ко мне со стремительно опошляющимся выражением наканифоленной косметикой мордашки, а Кринджу, значит, за всё отдуваться?
Нет уж, девочки. Владение подлодкой не дает вам права на ошибки!
Никак не могу сказать, что принятое мной решение было хорошим. Последствия у него были. Такие, о которых даже находясь на смертном одре от старости, не упоминаешь в мемуарах, потому что даже спустя целую жизнь, они не вызывают умиленной улыбки, только кошмары, дрожь и оторопь. Скажу только одно – когда агрегат цвергов всплыл, я выскочил из него как пробка из бутылки шампанского, рухнул в воду и почесал брассом на зараженный радиацией, химией и токсинами остров совсем без ничего, кроме одежды и счастливой улыбки на лице. Возможно, слегка искаженной судорогой отчаяния.
Цверги страшные. Особенно эта.
Что? Удивляетесь, как так получилось? Напоминаю – подводная лодка. У вас есть права на управление роботизированной подводной лодкой, которая может быть еще и заминирована? Нет? Ну вот и сами на моем месте стали бы на всё «угу»!