Последняя из Охотников

— Не вынуждай меня применять ментальное воздействие, — в самое ухо прошептал Гронн. — На нас уже смотрят.

— Плевать, — рука потянулась к кисти мага.

— Тебе может и плевать, а она и так под большим давлением. Думаешь, девочка выдержит ещё и косые взгляды тех, кто будет воспринимать её едва ли не монстром?

На этот раз я была готова и с лёгкостью поставила блок от ментального вторжения. Но решила пока не горячиться. В любом случае, эти идиоты больше не отважатся трогать Молнию. Тому, кто рискнул прикоснуться к клинку, долго ещё придётся восстанавливать жизненные силы, которые вытянул из него мой проводник.

Скрывшись от любопытных глаз и ушей, маг тут же отпустил меня и, скрестив руки на груди, присел на край стола.

— Что это было, Вэл? — требовательно вопросил он.

— Я уже объяснила, — ответила, прямо глядя противнику в глаза.

— Таким поведением ты вредишь самой себе. До тех пор, пока сущность Охотника полностью не сольётся с твоим сознанием, постарайся держать себя в руках, — отчеканил Гронн.

— Я смотрю, ты тоже сделал домашнее задание, но кое в чём ты ошибся, маг, — усмехнулась, устраиваясь за его столом (хм, а у него кресло удобнее). — Она слаба. Никакого слияния не будет. Я уничтожу эту плаксивую, трусливую размазню. Охотник не может быть слабым.

— Даже так, — усмехнулся Гронн. — Но ты не учла того, что без неё не будет и тебя. И до тех пор, пока ты, Вэлина, не осознаешь себя, как единое целое, как Охотник ты будешь слабой и неуравновешенной. Подумай об этом. А теперь расскажи-ка мне поподробнее о клинке. Ты назвала его проводником, что это значит?

— Вот пусть твои умельцы тебе и ответят, — усмехнулась я. — Думаешь, ты знаешь обо мне больше, чем я сама? Как самонадеянно.

— Видишь ли, Вэл, твоя кровная память даёт тебе только инстинктивные, физиологические знания. И пусть тебя немного просветила эта твоя мадам старьёвщица, ты ещё очень многого не знаешь. Не спорю, Борненжо первой всё поняла, что делает ей честь. Но произошло это лишь потому, что она увлекается именно эпохой Охотников и Зверей. Однако у мадам нет доступа к тем историческим данным, которые доступны мне, уровень не тот. — Контролёр встал, подошёл ко мне вплотную и наклонился, опершись руками на подлокотники кресла. — Таким образом, у каждого из нас есть информация, которой не владеет другой. Поделимся? Для пользы общего дела, так сказать.

Я же вжалась в спинку кресла и не знала, куда глаза деть. За время прочувствованной речи командующего злость схлынула, и я опять стала «трусливой размазнёй».

— Да не дрожи ты так, — усмехнулся мужчина, наконец-то отстранившись. — Рассказывай про проводник, — приказал он, опять устроившись на краешке стола.

— Сначала вы, — собрав остатки самообладания, решительно произнесла я.

— Вэлина, у меня к тебе огромная просьба, пожалуйста, обращайся ко мне на «ты». Мне и так нелегко перестраиваться в зависимости от твоего поведения. А тут ещё и эти перескоки в обращении. Раздражает, — устало проговорил он.

— Мы с вами, командующий Гронн, не настолько близко знакомы, — буркнула, скорее из чувства противоречия.

Мужчина потёр лицо руками, страдальчески вздохнул и.. сдался.

— Хорошо, слушай, — проговорил он, пристально взглянув на меня. — Раса Охотников не была единой, они делились по силе, на следопытов, загонщиков и ловчих. Так вот, ты, судя по поведению, когда.. на тебя находит, ловчий.

— И что это значит? — насторожилась я.

— Ловчие были высшей кастой, элитой, — ответил Дэрил, продолжая следить за моей реакцией.

Я ответила ему напряжённым взглядом.

— Они убивали Зверей не по зову долга, не ради справедливости или высшей цели, они убивали.. для удовольствия.

Эти слова прозвучали приговором. Я всё-таки монстр. Но тут же внутренний голос подсказал, что Гронн не совсем прав.

— Нет, — отрицательно качнула головой. — Не так. Должно быть, ваши исторические источники содержат только поверхностную информацию об иерархии Охотников. Но не саму суть становления их общества.

— Расскажи, — тут же предложил Дэрил.

А я в этот момент осознавала только что пришедшее знание, от которого мне стало плохо до тошноты. Я не хотела верить в то, что поведала мне кровная память, но причин для недоверия не было.

Застонала, спрятав лицо в ладонях. Нет, не хочу.

— Вэл, — тихий голос прозвучал совсем близко.

Командующий присел на корточки передо мной и не приказал, попросил:

— Расскажи. Вместе мы со всем разберёмся.

— Вы не понимаете, — пробурчала, продолжая прятать лицо в ладонях. — Я действительно монстр. Наверняка вы читали красивую сказочку про Охотников, которые взвалили на свои плечи великую ношу — уничтожить кровожадных и беспощадных Зверей. А на самом деле всё было совсем не так. Не знаю, кровная это память, или что-то другое. Но я знаю, что всё было не так!

— Просто расскажи, выговорись, — мимолётно тронув меня за плечо, произнёс командующий.

— Вы говорите — ловчие убивали для удовольствия? Именно так, но только потому, что до этого убили стольких, что и не сосчитать! Мы такие же Звери!

Это я сказала? «Мы»? Значит, я всё же уже воспринимаю себя Охотницей..

— Идём, — куда-то позвал меня контролёр.

Я послушно встала и последовала за ним. Мы подошли к, казалось, глухой стене, движение рукой и вот перед нами уже дверь.

— Проходи, — распахнув её, предложил Дэрил.

Мы оказались в кабинете, теперь уже настоящем, а не в той огороженной комнатушке практически без мебели. Здесь были и стеллажи с книгами, и заваленный бумагами рабочий стол, и даже удобный диванчик с чайным столиком.

К диванчику меня и подвели.

— Насколько я знаю, ты не восприимчива к алкоголю, — задумчиво переставляя бутылке во встроенном в стену баре, проговорил Гронн. — Надеюсь, это ты почувствуешь.

И мне протянули низкий широкий бокал, на дне которого плескалось не больше двух глотков мутной, сероватой жидкости с отчётливым запахом каких-то трав.

— Что это? — настороженно спросила я, не спеша принимать подношение.

— Пей. Тебе понравится, обещаю, — улыбнулся мужчина. Не оскалился, не усмехнулся, а именно улыбнулся.. сочувственно.

От проявления сочувствия, хотя нет — жалости, мне стало ещё хуже. Схватила стакан и залпом осушила. Напиток оказался терпким, чуть горьковатым, но со сладким послевкусием. Воздействие я почувствовала практически сразу же, и с трудом сдержала желание запустить стаканом в контролёра. О чём он только думал? Я и так себя плохо контролирую, а он мне ещё и повышающий энергетический резерв коктейль подсовывает.