Страница 31 из 46
Каэль посмотрел на студента с таким видом, будто ответ на этот вопрос был очевиден даже первокурснику:
— Я вообще-то был боевым генералом, Морвейн.
— Слушай, а это универсальное объяснение подходит абсолютно ко всему на свете?
— Практически ко всему.
Лира тем временем присела на корточки возле ствола и внимательно осмотрела трамбованную землю у корней:
— Видимых следов физической охраны здесь нет.
— Это ещё совершенно ничего не значит, — не соглашаясь, качнул головой Каэль.
Она осторожно коснулась ладонью травы и прищурилась:
— Зато по всему периметру проложена активная защитная магия.
Эдрик мгновенно отступил на шаг назад:
— И насколько всё серьёзно?
— Настолько, что если ты ступишь не на тот камень, нас через секунду услышит вся Академия.
— Ну просто замечательно…
— Именно поэтому мы прямо сейчас никуда не идем.
Каэль тяжело и понимающе вздохнул:
— Крайне разумное решение, госпожа инквизитор.
Эдрик ошеломлённо посмотрел на духа:
— Ты что, сейчас вот так просто взял и согласился⁈
— Иногда и со мной случаются приступы здравого смысла.
— Надо обязательно записать этот исторический день в календарь.
Они уже разворачивались, чтобы бесшумно покинуть заброшенный сад, когда из-под земли донёсся глухой, приглушённый чьей-то речью звук. Все трое одновременно замерли на месте.
— Там под землей кто-то разговаривает… — шёпотом выдохнул Эдрик.
Лира мгновенно приложила палец к губам, призывая к тишине. Под корнями старого дуба слова сначала звучали размыто, а затем стали чуть отчётливее:
—…Нет, я больше не намереваемся ждaть…
Это был узнаваемый голос профессора Вайса. Ему тут же ответил второй голос — глухой, низкий и совершенно незнакомый:
—Архив всё равно не откроется.
—Он уже практически открылся!
—Лишь потому, что в Академии объявился свидетель…
У Эдрика перехватило дыхание, а сердце заколотилось в груди. Лира осторожно придвинулась ближе к монолитной плите, а Каэль хмуро подался вперёд. Из-под земли снова донёсся приглушённый разговор:
—Он всё равно абсолютно ничего не помнит.
—И не должен вспомнить. Ни при каких обстоятельствах.
Наступила короткая, невыносимая пауза, после чего Вайс тихо спросил:
—А если он всё-таки вспомнит?..
Ответ из темноты прозвучал почти сразу — ровно и пугающе спокойно:
—Тогда абсолютно всё, что мы так тщательно скрывали долгие четыреста лет… станет известно общественности.
Воцарилась гулкая тишина. Эдрик медленно обернулся к Каэлю. Генерал стоял абсолютно неподвижно, и на его обычно ироничном лице впервые не было ни малейшей тени привычной улыбки.
— Ты… ты слышал это? — с трудом выдавил из себя парень.
Каэль коротко и строго кивнул:
— Да.
— Они ведь только что говорили о тебе?
— Очень похоже на то.
Лира едва слышно прошептала, нахмурившись:
— Значит… вашу память стёрли четыре века назад вовсе не случайно.
Каэль долго молчал, вглядываясь в потемневший камень, а потом негромко произнёс:
— Я начинаю очень сильно подозревать, Морвейн, что умер в своё время вовсе не так красиво, как это расписано в ваших академических учебниках.
Внизу снова раздались приближающиеся шаги.
— Быстро уходим! — скомандовала Лира.
Они едва успели сдать назад и спрятаться в тени за массивным постаментом обезглавленной статуи. Через пару секунд каменная плита у корней дуба со скрипом приподнялась. На поверхность неторопливо поднялся профессор Вайс. Он был абсолютно один.
Эдрик осторожно выглянул из-за камня:
— А где же второй?..
Каэль смотрел на открытый проход невероятно внимательно:
— Второго собеседника… — Генерал медленно качнул головой. — … там физически не было.
Эдрик нахмурился:
— В каком это смысле не было⁈
— Я отчётливо слышал два разных голоса.
— Мы все их слышали!
— Нет, — Каэль, не мигая, следил за Вайсом. — Второй голос принадлежит вовсе не живому человеку.
Лира мгновенно застыла:
— Ещё один дух?
— Возможно… — Генерал медленно перевёл тяжелый взгляд в сторону возвышающейся западной башни. — Или же… кто-то, кто вот уже четыреста лет подряд просто не способен окончательно умереть.
Профессор Вайс тем временем замер возле дуба и медленно, неторопливо оглядел пустующий сад. На какую-то долю секунды его внимательный взгляд задержался прямо на статуе, за которой затаились Эдрик и Лира. Парень мгновенно перестал дышать. Профессор ещё пару секунд всматривался в вечернюю темноту, а затем едва заметно улыбнулся и тихо прошептал сам себе:
— Чрезвычайно любопытно…
После чего развернулся и спокойно пошёл прочь по заросшей аллее. Лишь когда звук его шагов окончательно растворился в тишине, Эдрик шумно и тяжело выдохнул:
— Как думаете… он нас заметил?
— Не уверена, — честно ответила Лира.
Каэль же продолжал пристально смотреть вслед удаляющейся фигуре историка:
— А вот я абсолютно уверен в другом, друзья.
— В чём именно?
— Вайс знает обо всём происходящем в сотни раз больше, чем пытается показывать. И если он действительно способны наравне со мной разговаривать с духами… — Генерал невесело и иронично усмехнулся. — Значит, я далеко не единственный мертвец в этих стенах, который за четыре века так и не смог обрести долгожданный покой.