Попаданка на самокате

— Это не от любимой женщины. А вот девочки из “Четырёх лун” вполне могли подарить “сувенир на память” не слишком уверенному в себе клиенту. Сохрани, – он вернул мне салфетку и полез в следующий шкаф.

Я подошла к столу с другой стороны. Потерла носком странное пятно на полу – то ли от пролитого кофе, то ли от масла – и склонилась над чертежами. Похожи ли они на те, что я видела на фабрике? Но так сразу было не понять – всё это слишком сложно для человека, не разбирающегося в маготехнике.

— А вот и первая улика, – Глеб выудил из ящика сложенный вдвое лист.

На нём было всего несколько слов: “Детали – как в прошлый раз. Оплата – как договаривались. Получатель: “Мастерская под Воротами”.

— Одна из мастерских, которая числится под Смольным, – тут же пояснил Глеб. – Гильдейские будут довольны. Их драгоценные технологии сливали там, где по их заверениям утечки не могло быть. Собери чертежи. Даже если в них ничего нет, вполне возможно, мы найдем что-то похожее на тот нестандартный заряд.

— Но если Буров – опытный инженер, как вышло, что его батареи взрываются? – с сомнением спросила я, сворачивая чертежи.

— Некачественные материалы, отсутствие проверки, – начал перечислять Глеб, торопливо перебирая остальные бумаги. – Ты сама видела, что все сомнительные образцы на фабрике проходят дополнительный контроль, и брак уничтожают. А этим никакого дела до безопасности.

К Глебу подошёл один из полицейских и протянул ему карточку – что-то вроде бейджика и именем “Анатолий Руднёв”.

— Вот это уже что-то, – довольно ухмыльнулся Глеб. – Наш красавчик не просто работает на Смольного вне фабрики. Он имеет доступ в одну из его мастерских.

— Но тут чужое имя, – возразила я.

— Он же не сумасшедший, чтобы бывать там под своим именем, – возразил Глеб. – А даже если и так, то в мастерских таких дураков нет, иначе давно бы попались.

— А если чужая? – не знаю почему, но мне было жалко Бурова, и я искала поводы усомниться в его виновности.

Глеб протянул карточку мне, и я узнала на фото пропавшего инженера.

— Гильдейских мы теперь сможем успокоить. Осталось понять, чем нашей великолепной троице помешал Лебедев, – шутливый тон пропал из голоса Глеба. Он отправился в другую комнату, позволяя полицейским закончить обыск. А я поспешила за ним.

Спальня сильно отличалась от предыдущей комнаты. Если бы не вынутый из комода ящик на идеально заправленной кровати, я бы решила, что Буров не знал, что у него есть ещё одна комната. Кроме раскиданных вещей из этого ящика, тут не было почти ничего – лишь жестяная коробка из-под конфет на тумбочке.

Я открыла её и обнаружила россыпь винтиков и гаек – а что ещё можно было ждать от инженера? Открыла тумбочку – в ней несколько листов и блокнот с вырванными листами.

— Лия сегодня посмеялась над шуткой, – вслух зачитала я. – Может не такая уж и дура. Инга слишком болтлива. Карин – вычеркнуто – лучше не связываться..

— Девушки из борделя, – фыркнул Глеб, осматривая что-то на другом конце комнаты.

— Знаешь их всех поименно? – не сдержала сарказма.

— Не всех, – коротко ответил Глеб и вдруг повернулся ко мне. – Ревнуешь?

Я растерялась из-за вопроса. Но быстро взяла себя в руки: он ещё и издевается?

— Учитывая пожелание Мари, чтобы ты никогда не возвращался в клуб, мне не о чем беспокоиться, – спокойно ответила я.

Глеб только хмыкнул, а я вернулась к бумагам.

Тут было письмо к одной из девушек – незаконченное или черновик. Он признавался, что заметил её внимание к нему, что разделяет её чувства и беспокоится, когда ей приходится выходить к другим мужчинам. А ещё обещание забрать её.. В голове почему-то всплыло лицо того пьяного мужчины в клубе. Он в это верил. И верил по-настоящему.

Как никогда Буров казался мне жалким и мерзким. Любовь работницы борделя измерялась в деньгах, которую за неё заплатили, а инженер, похоже, принимал это за искренность. Я убрала бумаги назад в тумбочку. Не думаю, что его нездоровые мечты имели отношение к делу. И повернулась к Глебу.

Он осмотрел шкаф, перебрал разбросанные вещи и повернулся к комоду. На комоде сверху стояла настольная лампа, а рядом на мятом чертеже магбатарея. Не удивительно, учитывая что всё здесь работает на этих штуках. Наверное, хозяин квартиры хотел заменить светильник, но так и не успел.

Я подошла к комоду и взяла в руки бумагу, пытаясь разгадать механизм. Глеб тем временем разглядывал батарею.

— Подделка, – заявил он. – Интересно, зачем он пользуется ими, если знает, что они нестабильны?

— Смотри, тут внутри впаяно что-то, как на батарее из самоката, – я указала на светлое пятно на боку батареи.

— Вижу, – ответил Глеб и провел пальцем по боку. А потом отдернул его. – Ай, греется.

А потом вдруг выругался, бросил батарею за кровать, а меня резко потянул к выходу из комнаты. Я не сразу поняла, что происходит, а Глеб вытолкнул меня в коридор.

Тут же раздался громкий хлопок, воздух стал нестерпимо горячим. А в следующий момент Глеб закрыл меня собой, и мы ударились о стену, когда из спальни вырвались клубы дыма. Я зажала уши и закашлялась, когда пыль и осыпавшаяся штукатурка забили нос и рот.