Страница 45 из 87
Я кивнула, а Глеб ободряюще сжал мой локоть. После чего обернулся к Ольге и попросил показать мне рабочее место Бурова и не мешать ему с допросом.
— Что вы пытаетесь найти? – спросила Ольга, когда мы остановились у широкого стола, и несколько отправленных со мной полицейских принялись перебирать бумаги и папки, проверять выдвижные ящики, осматривая даже кружку с засохшими остатками чая.
Я не знала, как вести себя с ней. Быть собой? Изображать ревизора? Или помощницу полиции, имеющей основание шарить в чужих бумагах?
— Хотим понять, чем занимался Буров последние дни перед исчезновением, – отмахнулась я и, чтобы избежать дальнейших расспросов, стала сама осматривать стол инженера.
— Намекаете, что он мог что-то скрывать? – Ольгу мой занятой вид в этот раз не остановил. – Он, конечно, был замкнутым. Но выдавал хорошие проекты. Не думаю, что он бы стал скрывать что-то.
Я методично перебирала всё, что было на столе. Несколько остро заточенных карандашей. Извлеченные из ящиков папки. На дне карандашницы смятый обрывок бумаги.
Я достала его и развернула – на вид мусор. Но ведь в таком и скрывается самое интересное. Какие-то рисунки, нанесенные будто второпях, на углу адрес: “Кольцевая, 12”.
— Важные проекты мы уже передали другим инженерам, – продолжала тем временем Ольга. – Сами понимаете, работа не ждёт. Но если вы хотите взглянуть..
— Да, покажите, над чем он работал, – сказала я и сунула смятый лист в карман. Может это адрес любовницы Бурова, но игнорировать его не стоит.
Пара минут, и передо мной развернули чертежи – сложные магические схемы, в которых я ни черта не понимала, но искала что-то похожее на то, что я видела в отчете экспертизы взорвавшейся батареи. Один лист, другой. Конечно, чертежи инженеров отличались от того, что могли выяснить в полиции.
— Мне нужна копия этого, – я ткнула пальцем в деталь чертежа, которая отдаленно походила на то, что было в экспертизе.
— Мы не можем позволить вынести чертеж с фабрики, – извиняющимся тоном возразила Ольга. – Внутренняя политика фабрики, вы же сами знаете.
— Мне не нужен весь чертеж, – пояснила я. – Это же.. заряд? То, что отличает работу фабрики? – я попыталась вспомнить всё, что Глеб говорил мне о найденных подделках. И приняла то выражение лица, с которым говорил настоящий техномаг из Гильдии. – В этом нет ничего тайного. Мы должны сверить работу Бурова с тем, что есть у полиции.
Кажется, я угадала. Потому что Ольга вдруг согласилась. И мне не просто отдали копию, а вырезали кусок с чертежа пропавшего инженера и заверили, что позже всё восстановят.
К тому времени, когда Глеб закончил с опросом инженеров, мы разве что не разобрали стол по винтикам, у меня появилось ещё несколько листов с какими-то записями, не имеющими значения для тайны производства, но отражающие почерк Бурова, и пара сплетен о нём самом.
— Кажется, у него была женщина, – сказал один из инженеров, который уже пообщался с Глебом и теперь, заметно расслабившись, был готов поболтать. – Конечно, вряд ли бы он нас познакомил, но всё ж мы надеялись узнать, кто может найти общий язык с таким как Буров.
— Да, он говорил что-то такое, когда собирался уехать на выходные, – добавил другой инженер.
— Да какая женщина? – возразил третий. – Я видел его пару раз возле клуба “Четыре луны”. Сами знаете, какие там могут быть женщины.
Я вздрогнула, услышав знакомое название. Точно! Тот подвыпивший инженер, которого вывели при нас! Я плохо помню его лицо, но, кажется..
— Да ладно? Толя спускал деньги в клубе? Он же как-то обмолвился, что хочет открыть своё проектное бюро. Или он брал заказы на стороне, чтобы скопить деньги?
Не знаю, правдивы ли были сплетни – люди часто придумывают то, чего нет. Особенно о замкнутых неразговорчивых коллегах. Но вот мечта о собственном бюро хорошо ложилась на найденную ранее газетную заметку. А судя по словам Маркова, для своего дела нужны были деньги. Много денег. Значит ли это?..
— Теперь в кабинет Лебедева, – скомандовал Глеб, прерывая мои мысли.
И я поспешила за ним.