Страница 77 из 78
Ратница опустила глаза, и мне показалось, что на её изящном, бледном личике с утончёнными чертами появился румянец.
— Мой долг защищать вас, ваше сиятельство.
— Только смотри, не назови меня так при остальных. Мы договаривались, помнишь?
— Я помню, ваше сиятельство.
— Всё, давай в машину. Поехали уже. Мне эта проклятая пустошь уже в печёнке сидит.
Я вернулся в пикап, и мы продолжили путь. На этот раз за руль села Лиза, поскольку у меня всё ещё кружилась голова.
Но расслабиться не получалось. Я ждал нового нападения. В этой пустоши могли обитать сотни всевозможных опасных тварей, о которых мы знать не знали. Рация моя сдохла, поэтому пришлось взять лизину, чтобы связываться с Леной. Ратница продолжила наблюдать за окрестностями с помощью эфирного шара. Но пока было всё спокойно. Она засекла лишь несколько одиночных палочников вдали.
Сама пустыня порождала этих тварей, создавая собственную, загадочную жизнь, которая пыталась уничтожить прежних хозяев планеты. И кто знает, что водится в глубинах мёртвых земель, где не ступала нога человека.
Примерно через час нам встретились несколько палочников, которых мы быстро уничтожили, а часа через два мне стало казаться, что мы заблудились. Дороги окончательно потерялась, и мы просто ехали по иссушенному полю, простирающемся от горизонта до горизонта, и не было ни одного ориентира, ни одной зацепки.
В какой-то момент меня охватило отчаяние. Мы в этой пустыне просто потеряемся и погибнем. Машины заглохнут, а жажда и жара сведут людей в могилу. Никто нас не спасёт, никто не вытащит отсюда. Даже моя магия здесь бесполезна. На лошадей полагаться тоже нет никакого смысла. Они не железные, и многие не выдерживали дороги. Остатки табуна редели. Остановиться бы, дать отдохнуть, да только где?
И когда я уже потерял всякую надежду, Елена сообщила, что видит вдали город. Мы направились туда и вскоре упёрлись в пустующие здания на берегу пересохшей реки. У Петра Борисовича были карты, и мы попытались определить, где находимся. Но заброшенные города на карте не отмечались, и это осложняло задачу. Нам требовалось добраться до Оренбурга, где заканчивалась мёртвая пустошь, но как далеко туда пилить, можно было лишь догадываться. Мы знали примерное направление по компасу — и всё.
И тут снова нас всех спасла Лена. Она заметила некую антенну среди разрушенных построек. Мы с ратницей отправились на разведку, долго шли через пустые кварталы, пока не наткнулись на огороженную территорию с запертыми воротами. К ним тянулись следы гусениц, а за забором торчала антенна.
Я постучался. В калитке открылось окошко.
— Кто такие? — грозно спросил человек за дверью.
— Князь Скуратов, — сказал я. — Я со своими людьми еду на Урал. Хочу понять, где мы находимся, — в подтверждение своих слов я показал человеку перстень с гербом.
— Прошу прощения, ваше сиятельство, я сейчас позову старшего, — проговорил парень и ушёл.
Вскоре из калитки вышел рослый мужчина с длинными усами. На нём были форма императорской армии и капитанские погоны.
— Далеко же вы забрались. Гиблые здесь места, — сказал капитан после обмена приветствиями. — Раньше, до Катаклизма этот город назывался Уральск, а сейчас — военная база. Мы из Самары, но до Оренбурга добраться отсюда тоже можно. Пройдёмте со мной, я покажу карту.
Так мы попали на какую-то секретную базу военных. Сама она оказалась небольшой — два жилых здания и гаражи располагались на тесном огороженном участке. Капитан провёл нас к себе в кабинет на второй этаж одного из строений, достал из холодильника две бутылки содовой, расстелил на столе карту и показал, где мы находимся и как доехать до Оренбурга. Оставалось как будто совсем немного.
Но когда я спросил, чем они тут занимаются, капитан отвечать отказался.
— Не имею права этого сообщить, сударь, прошу прощения. Государственная тайна. Если в общих чертах — исследования. Это всё, что могу сказать. Да и вас по-хорошему не должен был сюда пускать. Но раз уж вы в такой ситуации оказались, не могу не помочь. Но простите моё любопытство, откуда вы здесь?
— Сопровождаю кочевой клан на новое место, — сказал я. — Долгая история. Они забрели не туда, а я их вывел. На Урал теперь едем.
— Ну на Урал, так на Урал. Только имейте в виду, здесь очень опасные места. Твари такие встречаются, о которых вы, возможно, и не слышали… Опять же, не имею права всего разглашать.
— Песчаные демоны?
— Бывают песчаные демоны, обычных палочников полно. Но есть кое-что и другое. Так что смотрите в оба и долго не задерживайтесь. И не советую вам ночевать в открытом поле. День к вечеру клонится. Лучше останьтесь в городе. А утром последний рывок до Оренбурга сделаете. А там — зелёная зона, прямиком вдоль Урала. Там относительно безопасно.
Я послушался совета капитана и, когда мы с Леной вернулись к колонне, отдал распоряжение разбивать лагерь. Машины поставили на улицах заброшенного города, назначили дозорных — всё, как положено. И этой ночью спали спокойно. Утром продолжили путь, и часа через три мы выбрались на дорогу. Нам стали попадаться встречные машины, вдоль трассы росла трава, вдали паслось стадо коров на фоне лесного массива. Дорожный указатель гласил, что до Оренбурга — двадцать километров.
Самый трудный, смертельный участок остался позади, но впереди нас ждала ещё сотня километров пути и Уральские горы. А за ним находился наш новый дом — дом, который нам ещё только предстояло отвоевать у нынешних хозяев. Однако теперь я был полон надежд. Мы прошли через настоящий ад, дальше будет легче.
Впереди показался пропускной пункт — одноэтажная постройка с поднятым шлагбаумом. Влево и вправо от него тянулся ров, утыканный кольями. Похоже, здесь нашествия существ тоже не были редкостью. Мы за время пути уж не раз сталкивались с военными. Обычно они не позволяли группам жителей пустыни заезжать в город. Кочевники часто не имели никаких документов, что фактически не позволяло им проживать на территории империи.