Страница 35 из 78
Поступить подобным образом Юлии Сергеевне казалось не совсем правильным, но и Вениамина Георгиевича она прекрасно понимала и не осуждала ни капли. Род располагал двадцатью с чем-то ратниками — верными, наделёнными даром бойцами, на которых можно положиться в любой ситуации. Было бы опрометчиво оставить четверых из них в пустыне, обрекая на верную смерть от руки Ламсдорфов. Возможно, ратникам суждено погибнуть, защищая интересы рода, но не так и не там.
А вот Даниилу, пожалуй, действительно не стоило сейчас сообщать эту новость. Парень до сих пор считал Детей бури своей настоящей семьёй и мог повести себя совершенно непредсказуемым образом. Лучше повременить.
Павел Дмитриевич и посмотрел на часы:
— Что ж, Юлия Сергеевна, поболтал бы ещё, да пора. Если никаких больше вопросов нет, поеду. Документы скоро будут готовы: и по наследству, и по опеке. Надеюсь, за неделю справимся, если лишних проволочек не возникнет. Ну а вы тут держитесь, не падайте духом. Не так всё плохо, как могло было бы быть.
— А что ещё нам остаётся, Павел Дмитриевич? Хорошего пути.
— И вам всего хорошего, Юлия Сергеевна, до связи.
Павел Дмитриевич направился к машине, залез в салон, и микроавтобус через открытые ворота усадьбы выехал на дорогу.
* * *
— Ваше сиятельство, оставайтесь, пожалуйста, в машине, — попросил телохранитель Федя, оценив угрозу. — Я выйду и спрошу, что они хотят. Судя по форме, как будто щербатовские. А этот лысый — видать, ратник ихний и уж наверняка какой-нибудь маг.
— Щербатовские? Не из-за вчерашнего ли происшествия они здесь? — предположил я.
— Не знаю, право слово. Но вам в любом случае не стоит им на глаза показываться. Недобрые у них намерения, сразу видно. Поэтому позвольте я говорить буду. На меня они не посмеют руку поднять.
— Выходите из машины! — повторил лысый.
Федя вылез из-за руля и вышел на дорогу перед микроавтобусом:
— Вы говорите с ратником князя Муравьёва, — грозно и зычно прозвучал голос телохранителя. — Кто вы такие и по какому праву перегородили мне дорогу?
— Ратник Муравьёвых? — лысый как будто удивился такой встрече, но быстро сориентировался в ситуации: — У нас нет никакого дела к Муравьёвым. В вашей машине — князь Скуратов. Пускай выйдет. Князь Щербатов велел говорить с ним.
— Здесь нет никакого князя Скуратова. Освободите дорогу! У нас с вами мир заключён, и не надо ссору провоцировать. Господину Муравьёву это не понравится.
— Простите, но не могу. У меня есть приказ. Да вы не беспокойтесь, никого убивать мы не собираемся. Парни, пушки спрячьте, — бросил лысый своим спутникам и продолжил, обращаясь к Фёдору: — Вчера случился один инцидент, и нам надо разобраться. Мы знаем, что господин Скуратов ездит на этой машине. Пусть он выйдет, и мы с ним потолкуем.
— Господин Скуратов — гость господина Муравьёва и находится под его покровительством. Если у господина Щербатова есть дело к господину Скуратову, пускай обратится лично в официальном порядке через Ивана Георгиевича. А то сейчас вы ведёте себя как обычные разбойники, и я обязательно доложу его сиятельству, что люди господина Муравьёва такое творят. А сейчас мне некогда с вами языком чесать. Позвольте откланяться.
— Нет-нет, не так быстро. Раз уж мы здесь, и господин Скуратов здесь — а я наверняка знаю, что он находится в машине — мы с ним пообщаемся. Просто пусть выйдет, не прячется. Или боится чего?
— Я сказал, это невозможно, если есть какое-то дело…
— Да-да, я уже слышал. Не заставляйте применять силу, — лысый был настроен решительно и отступать не собирался.
— Что вы сказали? Это угроза? Вы угрожаете мне, ратнику князя Муравьёва? — возмутился Фёдор. — Подумайте над своими словами ещё раз…
Я не стал ждать окончания словесной перепалки. Было очевидно, что люди Щербатова так просто нас не отпустят. Да и не хотелось, чтобы пострадал Фёдор, который не имеет никакого отношения к конфликту, но почему-то вознамерился защищать меня до конца. Поэтому я отодвинул дверь и вышел.
— Спокойно, парни, не ссорьтесь, — прервал я разговор. — Здесь я. Что там от меня господин Щербатов хочет?
— Вот вы-то нам и нужны, ваше сиятельство, — с недоброй ухмылкой проговорил лысый. — Пойдите-ка сюда, поближе. Потолковать надо. А то дело одно осталось неразрешённым, Щербатов просил уладить. Вы не бойтесь, никто стрелять не будет. Парни вон и оружие убрали. Вы, главное, резких движений не делайте.
Трое парней в бежевой форме действительно закинули автоматы за спину. Однако лысый, очевидно, владел какой-то магией, и от него можно было ожидать чего угодно.
— Ваше сиятельство! — окликнул меня Федя, но я жестом велел ему молчать.
— Так вот, я здесь, — я пристально следил за каждым движением лысого, чтобы не пропустить момент атаки. — Говори, что хотел. Я тебя и отсюда прекрасно слышу.
— Нет-нет, вы подойдите, а то я сам подойду, тогда будет хуже.
— Тоже мне испугал. Подходи!
— Я прикрою, — проговорил за спиной Фёдор.
— Да погоди ты, — остановил я его. — Попробуем обойтись без стрельбы.
— Значит, отказываетесь мою просьбу исполнить, — уточнил лысый ратник.
— Хватит пустого трёпа. Говори, какое дело ко мне у Щербатова.
— Ну тогда не обессудьте, ваше сиятельство.
Невидимая сила обхватила меня, да так, что чуть кости не треснули, приподняла над землёй и притянула к лысому.
— Эй, оставь его! — Фёдор выхватил пистолет.
— Оружие убрал! — приказал Лысый. — А то я и его, и тебя по асфальту размажу! — его взгляд обратился ко мне. — Вы не с теми воевать взялись, ваше сиятельство. Напрасно против власти пошли. Поэтому вас проучить велено за вашу дерзость. Чтобы знали впредь.
— Да пошёл ты! — выдавил я.
Меня так туго сжала невидимая сила, что было невозможно сделать вдох. Вокруг крутились воздушные вихри, поэтому сомнений не оставалось, и я сразу догадался, какой школе магии принадлежит этот одарённый. Мои руки были прижаты к бокам, и я не мог выпустить молнию. Оставалось только укреплять энергией духа мышцы и кости, чтобы меня не раздавали, как муху. Ну или стоило попытаться вызвать шторм с риском самому себе подпалить задницу.
— Да не ругайтесь, — лысый словно насмехался надо мной, он чувствовал торжество. — Убивать вас не будем. Мне велели лишь поучить вас немного и предупредить, что любой враждебный шаг в сторону членов рода Щербатовых будет сурово наказан. Наши господа не потерпят произвола от какого-то чужака. Это ясно?
— Я сказал… пошёл в жопу!