Страница 76 из 77
Так и было. Портной внезапно подался вперед. Одной рукой вцепился в руку с пистолетом, отвел его в сторону, а второй нанес удар металлической коробкой снизу-вверх по челюсти Бульдога. Его голову нелепо подбросило вверх. Громыхнул выстрел. Бульдог рухнул на пол коридора.
Портной тут же вырвал у него пистолет из руки, отбросил в сторону, положил шкатулку, достал наручники. После чего перевернул Бульдога на живот, завел руки за спину и сковал браслетами.
Второй преступник был пойман.
— Повезло нам всем, ребята. Я подумать не мог, что компания Зингер помогала «Союзу Русского Ренессанса» и здесь могут быть другие ходы. Все известные то мы взяли под свой контроль. Я догадывался, что Бульдог сунется, но думал мы его скрутим на входе. Не знал, что он проберется так глубоко.
Пашка восторженно сказал:
— Вот это ух ты.
Остальные слова от восторга у него похоже выветрились из головы.
Славка сказал:
— Хорошо, что вы были с нами.
— Это ты верно, брат, подметил, — ответил Портной.
— Но рано расслабляться. На воле же еще княжеский сын, — сказал я.
— Мы его еще вчера задержали. Он же напал на тебя, отобрал платок. Расшифровал послание. Платок же начало пути. Вот он и отправился на двенадцатую линию Васильевского острова за драконом-пепельницей. Там мы его и повязали. Он уже дает показания. За ним многие грешки водятся. Ждет его лесоповал и телогрейка на долгие годы. Если, конечно, суд не даст высшую меру.
— Получается. Остается последний клад в здании «Топографического отдела Главного штаба», — сказал я.
Портной довольно улыбнулся и сказал:
— Не хочется вас, ребята, расстраивать. Но тот клад мы нашли.
— Без нас? — возмутился Пашка.
— Да вы тогда еще пешком под стол ходили, когда его нашли. Когда здание проходило перепланировку под наши социалистические нужды, то случайно и наткнулись на тайник. Тогда никто не мог и подумать, что этот тайник первый в цепочке нескольких. Когда вы мне рассказали про свою первую находку и назвали адреса, то я сразу вспомнил, что мы уже его нашли.
— На тайник тоже указывала птица? — спросил я.
— Это я не могу сейчас сказать. Тайник нашли случайно. Указывал лебедь на тайник или нет, сейчас не известно. Но, вероятно, всего да. Не стал вам сразу рассказывать, чтобы не сбивать боевой настрой. Так что похоже тайна платка с иероглифами и бронзового дракона полностью раскрыта.
В этот момент я испытал разочарование, облегчение и восторг одновременно. Ядреный коктейль чувств. Судя по вытянутым физиономиям моих товарищей, они испытывали схожие чувства.
— Вы, ребята, отлично поработали. Просто молодцы. Но теперь пора остановиться. Клады найдены. Пора возвращаться к мирной, школьной жизни. К тому же скоро начнутся занятия.
Бульдог зашевелился на полу, приходя в себя. Портной отвесил ему пощечину, что окончательно привело его в чувства, и поднял на ноги.
— Гражданин Казанский, вы арестованы, — сообщил ему Портной.
Бульдог как-то разом постарел и обмяк. Он понимал, что сопротивление бессмысленно. В наручниках далеко не убежишь.
Мы пошли назад.
Первым теперь шел Бульдог. За ним шел Портной. Он периодически подталкивал арестованного пистолетом, который держал в левой руке перед собой. Правой он прижимал к боку металлическую коробку с сокровищами, которые теперь принадлежали Советскому государству. За ним уже шел я с ребятами.
Мы не стали возвращаться в Детгиз, чтобы продолжить экскурсию. Даже встречу с Маршаком затмила находка клада и поимка преступника. Поэтому мы просто спустились вниз на улицу.
У входа в Дом Книги стояли машины госбезопасности. И тут произошло то, что никто из нас не предвидел.
Бульдог резко обернулся и ударил коленом Портного в живот. После чего бросился бегом прочь по Невскому проспекту в сторону Гостиного двора.
Место тут такое, что далеко не уйдешь. Все улицы прямые. Ни одного поворота или закоулка. До ближайших дворов или парадных, где можно попробовать укрыться, еще бежать и бежать.
Я не понимал, на что рассчитывает Бульдог. Ему все равно не уйти.
Несколько сотрудников госбезопасности бросились бегом за Бульдогом. Хотя тот, не смотря на свою внешнюю неуклюжесть, оказался очень проворным, и бежал с заметным отрывом вперед.
Портной пришел в себя почти мгновенно. Пресс у него вероятно был накачен до стального состояния. Такой пресс простым ударом в живот не пробьешь. Он распрямился. Поднял пистолет, прицелился и сделал всего один выстрел.
Бульдог в этот момент пробегал по мосту. Он резко дернулся, споткнулся, упал на чугунные перила ограды моста, перевалился через них и рухнул вниз. Тут же раздался всплеск, и воды канала проглотили его тело.
— Вот зараза. Не захотел живым сдаться, — сказал Портной.
Смерть Бульдога на нас произвела странное, гнетущее впечатление.
Вроде и преступник. Но вот был человек и нет человека.
— Ладно, ребята, на этом точно финальная точка, а вернее выстрел поставлены. Пора домой.
Мы сели в машину к уже знакомому Серго.
Портной с нами не поехал. Он на другой машине повез шкатулку с сокровищами в управление.
Когда мы отъезжали, сотрудники пытались выловить всплывшее тело мертвого Бульдога.
Всю дорогу до дома мы молчали. Каждый переживал произошедшие события в себе, не желая ни с кем делиться сокровенными впечатлениями. Даже вечно неугомонный Пашка молчал и думал о чем-то.
Серго высадил нас во дворе. Теперь, когда все преступники пойманы, этот двор казался таким тихим и безопасным, что и не верилось, что буквально еще вчера вечером я дрался здесь с бандитом Чесноком.
Идти домой не хотелось. Мы пошли к Катьке. Она знала, что у нас сегодня был запланирован адрес, сидела дома, болела и переживала.
Даже Пашка пошел, хотя всегда очень боялся заразиться от больных.
Мы рассказали обо всем Кате. О том что расследование закончено, клады все найдены, и нам больше ничего не угрожает. Она нас выслушала, похлопала радостно в ладоши и спросила:
— И что на этом все?
Я тоже задавался этим вопросом. И не мог поверить в том, что на этом все.
Но похоже это и правда был конец. И мы не узнаем, что нашли в швейцарском банке, удалось ли вывезти находки из Швейцарии. Куда пошли деньги, вырученные от найденных кладов.