Страница 58 из 77
— Итак, как я понимаю помимо вас за кладом князя Корягина охотится преступник по прозвищу Бульдог, личность не установлена, и сын князя. Вам удалось найти один клад из пяти возможных кладов тайного, как я понимаю, политического общества «Союза Русского Ренессанса». Про это общество я раньше никогда не слышал. Но до Революции политических кружков, обществ и партий было великое множество. Я сейчас пытаюсь решить, что мне с вами дальше делать. То, что вы нашли клад и сдали, это хорошо. Но то, что не поставили своевременно в известность милицию о возможности существования этого клада, плохо. Но не смертельно. А вполне объяснимо. Я вижу, что вы настоящие пионеры и верные ленинцы, поэтому стремитесь помочь нашей стране в меру своих сил. И это похвально. Но тут у нас с вами вырисовывается большая проблема. Даже две. Первая мы не знаем, где сейчас Бульдог и князь. Они в любом случае придут к вам. Если же увидят представителей органов, то залягут на дно, и мы их не отыщем. Второе, я могу вам запретить дальше искать клад, но проконтролировать выполнение запрета будет затруднительно. Для этого мне нужно посадить вас за решетку и держать там, пока все не закончится. Я не могу так поступить. Вы, конечно, еще дети, но надо помнить, что в годы Гражданской войны много таких же ребят воевало и отважно воевало в рядах Красной Армии. Так что думаю, мы поступим следующим образом. Вы продолжите разгадывать загадки князя Корягина, но уже на правах добровольных помощников госбезопасности. Мы приставим к вам прикрытие. На случай если Бульдог и молодой князь придут к вам. И окажем всяческое содействие. Лучший сейчас вариант действовать скрытно, как вы действовали до сих пор. Но уже с нашей невидимой помощью.
Портной на минуту умолк, снова изучил адреса и продолжил.
— Я вижу, что тут есть несколько адресов, куда будет сложно проникнуть вот так с улицы. В этих зданиях находятся государственные учреждения. Вы уж думали о том, как вы это сделаете?
— При поддержке комсомола мы пытаемся организовать экскурсию в издательство Детгиз. Когда окажемся внутри здания, то сможем проникнуть к куполу Зингера. Где по всей видимости находится клад, — сказал я.
— Хорошее прикрытие. Одобряю. Мы поможем с организацией экскурсии. А вот как вы «Военно-топографический отдел Главного штаба» проникнуть собирались?
— Тут пока мы не поняли как, — признался я.
— Хорошо. Оставим этот адрес на самый конец. Рассчитываем, что других претендентов на клад нам удастся нейтрализовать раньше. Тогда подведем итоги. Сегодня никаких больше кладов. Займитесь другими своими делами и обязанностями. Что вы там собирались делать?
Я рассказал о пионерских патрулях для выявления беспризорников.
— Хорошая идея. Завтра утром я заеду к вам и обсудим план дальнейшей работы. Сначала я все должен согласовать с командованием. Вот такие трижды три восемь. Пока же благодарю за службу, — сказал Портной и поднялся из-за стола.
Мы тоже встали. Он каждому пожал персонально руку и сказал:
— Можете идти.
Мы вышли из кабинета Сахарова и увидели самого хозяина кабинета. Он сидел на стуле напротив дверей и смотрел на нас.
— Вы закончили?
— Да.
— Хорошо.
Он поднялся и пошел к себе. Нам он не задал ни единого вопроса.
Из отдела милиции мы направились в школу.
Было уже почти пять часов. Нас ждал товарищ Катюнин. Он уже был на месте и радостно сообщил нам, что вопрос с пионерскими патрулями решен. Завтра в двенадцать совещания Совета Дружины. Нужно составить график дежурств и закрепить за каждым пионерским звеном конкретные улицы.
Также он порадовал, что вопрос с экскурсией согласован. Он сам звонил в редакцию Детгиза, и руководство редакцией очень обрадовалось, что пионеры интересуются их работой.
Но всех принять сразу в один день не смогут. Потому на Совете проведем опрос и составим список пофамильно, кто в первую очередь пойдет на экскурсию, кто во вторую.
Товарищ Катюнин пожал нам руки, поблагодарил за проявленный энтузиазм и сказал, что всех ждет завтра в полдень. На этом мы распрощались и ушли.
Домой мы возвращались воодушевленные. Столько полезных дел сделали за один день.
— Не у всех такое получится. А у нас получилось, — хвалился Пашка. — Я вот только не понял. Нам теперь полагается двадцать пять процентов или уже нет.
Кто о чем, а Пашка о процентах,
Мы распрощались возле дома.
Я вспомнил, что собирался проведать Катю и пошел к ней. Но мама не пустила, сказала, что Катя спит, но ей уже лучше. Я попросил передать ей, что я приходил и зайду тогда завтра во второй половине дня. Вернее постараюсь. Мама обещала передать.
Я попрощался с ней и пошел домой, но сначала я решил заглянуть в штаб и забрать платок, чтобы завтра передать его товарищу Портному.
Я поднялся на чердак, достал платок из тайника и собирался уже уходить, когда услышал позади себя шаги. Я резко обернулся, получил сильный удар по голове и потерял сознание.