Страница 52 из 77
Если мы выясним, что он стал невольным орудием в руках Чеснока, то необходимо, чтобы комсомол вступился за него, взял на поруки. Нельзя такому молодому парню идти в тюрьму. Это сломает всю его жизнь.
Потом мы договоримся о пионерских патрулях. А уже потом отправимся по оставшимся адресам, которые хотели пройти сегодня, но не смогли.
На этом мы разошлись, и я вернулся домой.
Мама лежала на кровати, завернувшись в одеяло, лицом к стене и не хотела со мной разговаривать.
Я понимал ее состояние и с разговорами не лез. Но пообещал, что обязательно что-нибудь придумаю, и мы дотянем до конца месяца.
Но придумывать ничего не пришлось.
Через полчаса позвонили во входную дверь. Я пошел открывать.
На пороге стояла наша соседка по лестничной площадке Полякова Надежда Степановна. В руке у нее был мешок с сушеным горохом, полкирпича серого хлеба и маленький пакетик сахара. Она протянула мне и сказала:
— Вам нужнее.
Я поблагодарил и отнес продукты на кухню. Как в дверь опять позвонили.
На этот раз это был сосед сверху офицер Красной Армии в отставке, Окунев Петр Ильич. Он держал в руках тряпицу, в которую был завернут ломоть сала.
— Из деревни братовья прислали. Держите. Я вам половину отделил.
В следующие два часа у нас на пороге образовалось настоящее паломничество из сердобольных соседей, которые услышали о нашем горе и теперь несли нам, кто чего мог.
Ивановы — банку меда из деревни.
Сидоровы — квашенной капусты и мешок картошки.
Малиновские принесли кругляшок Краковской колбасы и полбатона Чайной.
Головы орехов и манной крупы.
Топоровы гречневой крупы и муки.
Игнатьевы десяток яиц и пачку чая.
Саловы принесли полкилограмма макарон и кусок свинины, аккуратно завернутой в бумагу.
Одним из самых последних к нам пришел товарищ милиционер Сахаров.
Вот уж кого я не ожидал увидеть так скоро.
Он держал под мышкой курицу, завернутую в бумагу, из которой выглядывали ноги в перьях.
— Я рассказал о вашем горе в отделе. Завтра ребята принесут, кто что сможет. Голодными не останетесь, — сказал он перед тем как уйти.
К вечеру в нашей квартире продуктов было больше, чем в соседнем продуктовом магазине.
Теперь до конца месяца хватит и нам, и соседям. Проживем.
Мама услышала весь этот шум, и сама встречала соседей и благодарила со слезами на глазах. Потом вечером сказала:
— В какое удивительное время мы живем. Трудное, но все равно замечательное, когда вокруг столько отзывчивых и хороших людей.
Я не стал маме портить настроение, что на такое количество отзывчивых и хороших найдутся свои мерзавцы и негодяи, такие как Чеснок.
Последним в квартиру вернулся Петр Егоров. Был он в изрядном подпитии. В руках у него была коробка. Он сходил за инструментом и за полчаса врезал во входную дверь новый замок. После чего выдал всем соседям по ключу. Один на комнату.
— Дубликаты за свой счет, — сказал он.
Узнав о том, что соседи оказали нам посильную продуктовую поддержку, обрадовался и вынес бутылку красного сухого вина к ужину.
Ужинали мы все вместе на кухне, сдвинув столы.
Вечером перед сном я твердо решил, что не отступлю и найду Воробья. Если он еще не пропал для общества, то я его спасу.
Я и не знал, что не я его найду. А очень скоро он сам меня отыщет.