Страница 21 из 77
— Это такая математическая таблица, в которой сумма чисел в каждой строке, в каждом столбце и на обеих диагоналях одинаково. Существует несколько таких квадратах. Что если мы найдем нужный нам квадрат. Соответственно присвоим нужные цифры каждому иероглифу. А затем прочитаем иероглифы по возрастанию или убыванию цифр и тогда у нас появится смысл. Вполне себе рабочая версия. Но это явно не квадрат Ян Хуэя. И это не квадрат Альбрехта Дюрера. У нас большее количество иероглифов. Тогда может быть это один из квадратов Афанасия Кирхера, немецкого ученого энциклопедиста. Так, так, так.Раз у нас шесть на шесть стороны, то это квадрат Солнца. Где-то у меня была соответствующая книжечка. Сейчас, сейчас.
Профессор снова ушел и вернулся с книжкой. На этот раз он вернулся быстро. Сел за стол, отодвинул все предыдущие книги и нанес на лист с иероглифами числа, так что каждое число легло на определенный иероглиф.
— Так. Посмотрим, что у нас получилось. Попробуем прочитать от наименьшего числа к наибольшему. Нет. Получается галиматья. А вот если от наибольшего к наименьшему. А вот это уже любопытнее. Запишем-ка, результат.
Профессор аккуратно записал полученные данные на чистый лист бумаги и затем прочитал вслух:
— Тень медленно накрыла спящий царский остров
Луны сиянье серебром венчало эти воды
Полноводье черных рек затопит прошлого следы
Спит страж зажав в руке часы
Там бездна ждет когда проснется дух
Самопожертвование дракона разорвет связь прошлого настоящего.
Профессор обвел нас торжествующим взглядом, снял очки с переносицы и протер устало глаза.
— Итак, вам это что-то говорит? — спросил он.
— Галиматья какая-то, — ответил Пашка разочарованно. — Что это за дракон? Какой такой страж? Какой дух должен проснуться и когда? И что это за царский остров? Ничего не понимаю.
— Я тоже ничего не понимаю, — задумчиво произнес я. — Похоже разгадав одну загадку, мы обнаружили другую.
— Получается так, — сказал профессор, поглаживая бороду. — Но мы уже приблизились к финишу. Теперь все намного проще.
— Почему такие странные слова выбраны для слов. Все слова вроде простые, а одно прямо сложное и трудно выговариваемое. Самопожертвование. Почему дракон должен самопожертвоваться. Не нравится мне это слово. Оно выбивается из контекста, — задумчиво произнес я. — И смысла в этих строках никакого нет.
— Что обычно шифруется в тайных посланиях? — спросил меня профессор.
Я не успел ответить. Меня опередила Катя.
— Координаты местности.
— Правильно координаты обычно считаются по широте и долготе и это числа. У нас слова. Но в каждом слове могут быть зашифрованы числа. Например, каждое слово состоит из определенного количества слогов. Конечно, если посчитать у каждого слова слога получится большое количество цифр. И явно из них многое будет лишним. Скорее всего нам нужно посчитать конкретные слова. Тебе не нравится слово самопожертвование. Точно ухо режет, выбивается из звучания, — рассуждал профессор.
— А что, если это акростих и нам нужны только первые слова строчек, — внезапно меня озарило.
— Хорошая идея. Итак, выпишем их. Получается у нас следующее: Тень, Луны, Полноводье, Спит, Там, Самопожертвование. Посчитаем слога.
Профессор записал полученный результат на листок:
Тень — 1 слог
Луны — 2 слога
Полноводье — 4 слога
Спит — 1 слог
Там — 1 слог
Самопожертвование — 8 слогов
— У нас получаются следующие цифры: Один, Два, Четыре, Один, Один, Восемь, — сказал Долматовский. — Так на координаты это не сильно похоже. Вернее, похоже только на одну строчку координат по долготе или широте. Не хватает еще одного ориентира.
— А если это точный адрес. Какие-то цифры указывают на улицу, какие-то на дом, какие-то на квартиру или что-то такое, — предположил я.
— Знаешь сколько в городе улиц с одинаковыми цифрами в домах. А улицы у нас названия имеют. А не порядковые числа, — сказало профессор.
— Как это так? Не всегда? У нас есть Первая Красноармейская улица, а всего их тринадцать. И на Васильевском острове не улицы, а линии, и они все пронумерованы, — тут же возразил Долматовскому Славка.
Когда я услышал это, тут же перечитал текст послания:
— Смотрите тут говорится о царском острове. И Васильевский он тоже остров. А что такое царский?
— Не было у нас никогда царей Василеев, — горячо возразил Пашка.
— Необразованная ты голова, Рыжий. Еще как были. Только давно, — тут же ответил я ему.
— Правильно Василий Темный например. Но какое он отношения к посланию имеет и к координатам, — поддержал меня профессор. — Думаю тут дело не в конкретном царе. Как у нас по-гречески царь будет?
— Басилевс, — тут же не задумываясь ответил я.
— Правильно Басилевс или Василевс. То есть Василий. И остров тут же превращается из царского в Васильевский, — радостно сообщил нам профессор.
— Получается это все-таки адрес. Урра, — радостно захлопал в ладоши Пашка.
— Адрес то, адрес, но мы пока точно не установили какой. Давайте возьмем справочник по городу.
Профессор снова ушел за нужной книгой. Сколько же книг по всевозможным темам в библиотеке этого профессора. Вернулся с картой, на которой было написано «Новый план Ленинграда», выпущенный издательством Леноблисполкома и Ленсовета.
Профессор развернул карту и углубился в изучение Васильевском острова, изучая его улицы.
— У нас здесь линии. Домов не так много. А что, если это Двенадцатая линия, дом сорок один. Тут еще корпуса есть и литеры они буквенные. Последняя цифра у нас восемь. Тогда получается, что это буква «Ж». Итак, у нас получается адрес Васильевский остров, Двенадцатая линия, дом сорок один, корпус один, литера «Ж». Кажется, мы разгадали ваш шифр, — устало откинулся на спинку стула профессор.
— А что там у нас находится, — задумчиво произнес я, вглядываясь в карту. — Какой-то старый дом.
— Буржуинский особняк, как пить дать, — сказал радостно Петька.
— Вероятно так, — согласилась с ним Катька.
— Теперь вы знаете принцип расшифровки подобных посланий. Так что сможете использовать его для своей пьесы, — сказал Долматовский.
— Спасибо вам, Аркадий Викторович, вы нам очень помогли, — поблагодарил я профессора.
— Всегда рад помочь. Очень интересно решать такие логические загадки. Передавайте пламенный привет Петру Валерьевичу, — попросил он.
Мы пообещали передать привет Малиновскому.