Эникс и Аметист

Амет отстранился. Провел подушечками больших пальце по обеим щекам, задев уголки губ. Легонько поцеловал и… пересел обратно на стул. Не отрывая от меня глаз, нашел графин и наполнил бокалы. Протянул один мне.

— Все-таки надеешься усыпить? — со смешком сказала я, делая осторожный глоток. Руки подрагивали.

— Только твою бдительность, — мягко улыбнулся мужчина.

«Тогда почему остановился⁈»

Естественно, вопрос я не озвучила, но посмотрела с ожиданием.

— Хочу убедиться, что ты не допускаешь ошибки, — вдруг серьезно произнес Амет. — Вчера мне показалось, что ты… не готова.

Наваждение уходило, вспыхнувшая кровь остывала. Я зябко повела плечами, но покачала головой, когда взгляд Амета метнулся к открытому окну. Благодарно улыбнулась, когда он накинул мне на плечи покрывало с кровати.

— Моя готовность не играет роли, — произнесла я тихо. — Высшие драу в целом не принадлежат себе, ты понимаешь это и без меня. Моя семья достаточно знатная, и я всегда четко понимала, что мой брак будет по расчету. Княгиня уже подобрала подходящего человека.

Амету услышанное явно не понравилось. Он нахмурился, взгляд потемнел, но мужчина промолчал.

— Но два месяца назад один драу потребовал меня себе. Именно потребовал, даже не знаю, шла ли речь о браке. Этот мужчина достаточно могуществен, чтобы причинить много бед. Не только моей семье, многим. Родители отправили меня сюда, но даже они не верят, что я в безопасности. То, что я делаю, я делаю с одобрения семьи. Ты сам слышал маму, когда она приезжала сюда. Все сказанное ею шуткой не было. Дело в том, что я нужна этому мужчине только до инициации. Он очень верит в старые легенды, надеется, что моя особенная кровь сделает его драконом.

— Не хочу это спрашивать — но как же твой суженый? Которого выбрала княгиня и с которым ты, по видимому, должна была пройти инициацию?

— Во-первых, он далеко, — я без удовольствия подумала про Имруда. — Во-вторых, для него моя девственность не имеет значения, он не станет возражать, если у меня будет опыт. В-третьих, его семья, узнав о притязаниях Ма… мужчины, попросила времени на раздумья.

«Не напрямую, конечно, но достаточно понятно, чтобы моя вспыльчивая мама сама разорвала помолвку».

— Расскажи мне эту легенду, прошу тебя.

— Разве ты не знаешь? — я удивленно уставилась на блондина. — Она же есть в любой детской книге сказок!

— Я получил… ограниченное образование, — неохотно признался Амет. — Расскажешь?

— Сейчас? — я растерянно посмотрела на накрытый столик, на свое нарядное платье.

— Мы выключим свет, заберемся под одеяло, я обниму тебя и буду слушать твою историю. А ты будешь ко мне привыкать.

— Звучит неплохо, — пробормотала я и допила бокал наливки, к которой обещала не притрагиваться. Но то ли она была не такой крепкой, как вчера, то ли я не такой ослабленной, но в сон меня не тянуло.

Не глядя друг на друга, мы прибрали на столике, и Амет отодвинул его от кровати. Потом я поставила защиту от разрыва пространства и сбежала в уборную. Там избавилась от платья и натянула на голое тело любимый пушистый халат, захваченный из дома. Когда вышла, свет был почти погашен.

— Залезай, — мужчина приглашающие приподнял край одеяла, и я юркнула под него с единственной мыслью «а он одет⁈» — Слушаю внимательно.

— Ладно, — я поерзала, устраиваясь. Амет неподвижно лежал рядом и меня не касался. Представила, что читаю книжку маленькой Нике и начала рассказывать. — Давным — давно — много поколений назад — в мире наравне с людьми жили драконы. Они были сильны и мудры, но их было мало и с каждым годом становилось меньше. Кто-то считает, это потому, что они были гостями в мире людей, кто-то — что их время просто вышло. Какова бы ни была причина, но драконы вымирали. И когда они поняли, что изоляция неминуемо приведет к гибели, они решили смешаться с людьми. Люди были не против, как понимаешь. Драконы в человеческой ипостаси были совершенны — как мужчины, так и женщины. И невероятно сильны. Так родились первые драу. По силе, красоте и мудрости они почти не уступали драконам. Имели вторую ипостась и сильный дар. Но чем сильнее разбавлялась кровь, тем меньше дара оставалось в крови. Драконы исчезли, а драу ослабли. Настолько, что некоторые почти ничем не отличались от людей. Тех, кто сохранил силу стали называть…

— Высшими, — негромко произнес Амет.

— Не перебивай! — пожурила я и вдруг поняла, что за время моего рассказа блондин придвинулся ко мне почти вплотную. Словно подслушав мои мысли, он просунул под меня руку и устроил мою голову на своем плече. Было удобно и тепло, отстраняться я не стала.

— Я слушаю, — заверил Амет.

— Да, высшие опомнились и, чтобы сохранить дар, стали заключать союзы только между драу. К счастью, нас довольно много и вырождение пока не грозит. Но сил первых драу нет ни у кого. Вторая ипостась стала легендой, да и остальные силы — создавать разрывы, общаться на расстоянии… это могут лишь единицы.

Я замолчала. Под моей щекой поднималась и опускалась мужская грудь, раздавался увереный сильный стук. Я осмелела достаточно, чтобы устроить свою руку прямо напротив его сердца.

— Так в чем суть легенды? — Амет свободной рукой начал поглаживать мои волосы, легонько касаясь скул, губ, подбородка. — Зачем этому драу нужна твоя невинность?

— Вторая ипостась исчезла не сразу, — сказала я, млея от нехитрой ласки, — какое-то время драконьей крови хватало, чтобы истинные пары могли найти друг друга. И когда находили — силы обоих увеличивались многократно. Так вот… тот драу знает, что во мне довольно много драконьей крови. Узнал случайно. Из-за ее целительных свойств. И теперь надеется получить вторую ипостась, переспав со мной.

— Это возможно? — ласковые пальцы скользнули на шею, обрисовали ключицы и будто случайно задели грудь. У меня вырвался сдавленный выдох.

— Нет, — прошептала я. — Но он не отступится.

Больше вопросов не было. Амет безошибочно нашел мои губы, и второй поцелуй начался с того, на чем закончился первый — горячий язык уверенно проник в мой рот, изучая, пробуя на вкус, лаская изнутри и заставляя внутренности сжиматься. Сладко заныло внизу, грудь обрела невероятную чувствительность. Не знаю в какой момент я оказалась без халата, прижатая всем телом к раскаленной коже мужчины, но мне все безумно нравилось.